Исчезнувшие - Саймон Бекетт

– Далеко собрались? – спросила Беннет.

Глава 22

Если разработчики преследовали цель подавить у входящего всякую волю к сопротивлению, то допросная являла собой торжество архитектурного дизайна. Висящая на потолке люминесцентная лампа отбрасывала резкий свет, делающий помещение еще более безжизненным, и издавала гул неустанно бьющегося в ловушке насекомого. Стены выкрасили в бледно-серый цвет, металлические ножки обшарпанного стола намертво привинтили к полу. Стул, на котором сидел Иона, изготовили из формованного пластика, но создавалось впечатление, что он не соответствует контурам человеческого тела. Через двадцать минут Иона почувствовал, как у него затекли ноги и начало ломить поясницу. Томясь ожиданием, он время от времени вытягивал ступни и голени, но в остальном пытался не обращать внимания на дискомфорт. Подобные комнаты он знал очень хорошо. За время службы в полиции Ионе довелось побывать в десятках таких допросных.

Вот только по другую сторону стола.

В участок его доставили два констебля в форме, прибывшие, когда улица рядом с домом, где находилась съемная квартирка, стала наполняться полицейскими машинами. Они не обращали на него внимания, сидели впереди и обменивались отрывочными фразами, пока он в одиночестве трясся на заднем сиденье. Его охватило невыносимое чувство: сейчас карательная машина стала его противником. В участке его провели в допросную и там оставили. Время, казалось, почти остановилось, и Иона испытал нечто похожее на облегчение, когда в дверь наконец-то вошел Флетчер. Он выглядел усталым, его мешковатая одежда вся покрылась складками, а обычно натянутая синевато-серая кожа на лице побледнела и висела мешочками. За ним появилась Беннет и плотно закрыла дверь. Они устроились на стульях по ту сторону стола. После формальностей установления личности для протокола инспектор молча просмотрел на Иону, выдержал долгую паузу и заговорил:

– Как долго вы служите в полиции?

– Вам это известно.

– Напомните.

– Шестнадцать лет.

– Шестнадцать лет, – эхом отозвался Флетчер. – Достаточно для того, чтобы знать: на месте преступления следить нельзя. Хотя это вошло у вас в привычку, не так ли?

– Я не знал, что там место преступления, пока туда не приехал. И я старался ничего не трогать голыми руками.

– Вам вообще не стоило ничего трогать.

Иона не нашел что возразить. Хуже всего оказалось понимание, что он сам накликал неприятности. Иона понадеялся, что Флетчер и Беннет не видели, как он приехал к Мари одновременно с их отъездом, однако они, конечно же, его заметили. Инспектор велел Беннет высадить его у ближайшей станции метро, а потом вернулся и стал ждать у дома Мари. Когда Иона двинулся вслед за Диланом, он так старался не упустить из виду серебристый «Воксхолл», что ему и в голову не пришло, что за ним тоже могут следить.

Шок от внезапно появления Беннет у подъезда сменился осознанием, в какой он попал переплет. И злобой на собственную глупость. Он-то надеялся, что известия о снятой Гевином квартирке и деньгах автоматически снимут всякие нарекания насчет того, что ему изначально не следовало там находиться. А теперь, вместо того чтобы добровольно сообщить информацию, Иона попался при попытке скрыться, что совершенно меняло его положение.

Флетчер внимательно разглядывал сидевшего по ту сторону стола Иону.

– Квартиру снимал некто назвавшийся Ричардом Кингом. Вам это имя что-нибудь говорит?

Иона покачал головой:

– Нет. Я же сказал, что ничего не знал об этой квартире.

– Домовладелец показал, что Кинг заплатил за полгода вперед, – продолжал Флетчер, словно не услышав ответа. – Наличными на месте плюс солидный залог. Домовладелец не спросил ни паспорт, ни водительские права на основании того, что перед ним положили толстую пачку наличных, однако данное им описание совпадает с приметами Маккинни, к тому же он опознал его по фотографии. Сын Маккинни признался в краже отцовских ключей и продаже лэптопа из этой квартиры. Это произошло до того, как он обнаружил деньги и начал ими пользоваться.

– А как насчет лэптопа? Вы его обнаружили? – спросил Иона.

– Вопрос подходит под ответ «не ваше дело». Однако нет, не обнаружили. Думаю, можно с уверенностью сказать, что он исчез навсегда.

Сюрпризом для Ионы это не стало, но потеря по-прежнему горько разочаровывала. Если Гевин обладал дополнительной информацией об Оуэне Стоксе, существовала вероятность, что он хранил ее в резервном лэптопе в квартирке.

– На чердаке нашли без малого семьсот сорок тысяч фунтов, – продолжал Флетчер. – Малое в данном случае означает примерно пять тысяч, которые прикарманил мальчишка. Почти четверть миллиона не новыми купюрами. Есть предположения, как Маккинни обзавелся таким количеством наличных?

– Понятия не имею.

– Ладно, спрошу иначе. Как вы думаете, он получил деньги законным путем? Возможно, взял кредит в банке? Или, может, экономил на всем и вся?

Иона хотел бы ответить, что не знает, но слова застряли в его горле:

– Нет.

– По крайней мере, в этом мы сходимся. Полагаю, что это закономерно порождает вопрос о причастности Маккинни к коррупции. Что заставляет меня в который раз задуматься о вашем отношении к этому делу.

– Говорю же вам, мать Дилана попросила меня присмотреть за ним, потому что он ведет себя странно. Я даже не подозревал о существовании денег и квартиры, пока не проследил за мальчишкой. И шел к машине, чтобы оттуда вам позвонить, когда встретил сержанта Беннет.

– Конечно, конечно. А я-то думаю, что вы нам все сообщили потому, что мы перехватили вас выходящим из дома.

– Я знаю, как это выглядит со стороны, но просто время не срослось.

– Похоже, у вас оно частенько не срастается.

На это Ионе тоже не нашел возражений. Инспектор выждал, не вызовет ли его сарказм ответную реакцию, после чего продолжил:

– А как насчет письма, которое Маккинни оставил жене? Там говорится, что, если с ним что-то случится, она может положиться на вас. Что вы все объясните. Как бы вы это сделали, если ничего не знаете?

– Понятия не имею. – Иона с отчаянием понял, насколько же неубедительно звучат его слова. – Гевин наверняка планировал рассказать мне все при встрече.

Флетчер качнулся на стуле, внимательно глядя на Иону.

– Чисто теоретически предположим, что вы так глупы, как говорите, и ничего о этом не знали, – произнес он. – Квартирка, деньги – силы небесные, какой сюрприз. Одно мне трудно понять – почему офицер полиции с шестнадцатилетним опытом решает, что лучше всего не… не знаю, возможно, не сообщать об имеющих отношение к расследованию убийства уликах, а самому устроить обыск? Я уж молчу о самовольном осмотре. Вы сдвинули кровать, чтобы добраться до