Холодные тени - Мила Бачурова

В наступившей тишине отчетливо фыркнул водитель Огастес. Остальные обитатели станции молча переглядывались, отодвигаясь друг от друга. Только Конрад спокойно стоял, глядя на Тимофея задумчивым взглядом.

– Повторяю, – сказал Тимофей, – мы с Вероникой были вместе, когда произошло убийство, и можем друг за друга поручиться. Понимаю, для вас это – не доказательство, однако просто рассмотрите такую ситуацию. Пока никаких конкретных доказательств против одного из присутствующих нет. Вот только нож, которым был убит Лоуренс, однозначно был взят из кухни.

На повара и его помощника посмотрели сразу все. Те переглянулись.

– Что?! – Повар сжал кулаки.

– Я никого не обвиняю, – сказал Тимофей. – Я пытаюсь объяснить, что самоизоляция будет иметь смысл лишь в том случае, если ей подвергнутся все без исключения. Но в этом случае останется один человек, обладающий ключами от всех дверей. И я хочу, чтобы каждый из вас сейчас подумал, кому из присутствующих можно было бы доверить ключи? Кому он готов доверить свою жизнь? Это будет человек, который может зайти в комнату к любому из вас.

Вновь стало тихо. Сначала все посмотрели на Конрада, потом отвели взгляды.

– Генрих, – сказал вдруг Конрад. – Он был взаперти, когда произошло убийство. Я думаю, ему можно доверять.

– То есть, – осторожно подала голос Брю, – этот человек сможет зайти ко мне в любой момент? После того, как я выставила его убийцей?

– Что, так трудно посмотреть простому работяге в лицо и извиниться? – съязвил Огастес.

Брю опустила взгляд.

– Огастес! – прикрикнул Конрад. – Брюнхильда, пожалуйста, вы не могли бы рассказать, что конкретно произошло в вашей комнате?

Брю закрыла глаза. Ее руки, лежащие на столе, дрожали.

– Может, не нужно допрашивать ее вот так, при всех? – впервые вмешалась в разговор Вероника.

На нее никто не обратил внимания. Поняли только Тимофей и Оскар, но и они промолчали.

– Он пришел ко мне, – сказала Брю, не открывая глаз. – Лоуренс. Принес вино…

– Предложил отметить смерть сестры, – добавил Огастес.

– Огастес, пошел вон отсюда, – все так же ровно, не повышая голоса, сказал Конрад.

– Чего? – искренне изумился водитель.

– Ты меня услышал. Уйди, ты не помогаешь. Выпусти лучше Генриха. – Конрад вынул из кармана связку ключей и бросил их водителю.

Пробормотав себе под нос ругательство, Огастес резко отодвинулся от стола, ножки стула проскрежетали по полу. Конрад подождал, пока Огастес выйдет, и обратился к Брю:

– Продолжайте, прошу.

Та замялась. Неловко сказала:

– Мы с Лоуренсом немного выпили, поговорили. А потом… Потом… Ну, вы понимаете…

– Потом вы занялись сексом, – сказал Тимофей тем же тоном, которым сказал бы: «Вы сели играть в шахматы».

Брю покраснела:

– Я не знаю, что на меня нашло…

– Стресс плюс алкоголь, – любезно пояснил Тимофей. – Плюс – напористость Лоуренса. Это, впрочем, в данной ситуации не имеет значения. Что произошло дальше?

– Дальше… – Брю облизнула пересохшие губы. – Открылась дверь… Наверное. Я этого не слышала и не видела.

– Почему? – спросил Тимофей.

Брю вместо ответа мучительно покраснела.

– Да потому что ей было не до этого, колода ты бесчувственная! – не сдержалась Вероника. – Когда люди занимаются сексом, они не очень-то смотрят по сторонам. А Лоуренс загораживал ей обзор. Он был сверху. Так? – Она нажала на планшете нужную кнопку и повернула планшет к несчастной Брюнхильде.

– Да, – выдавила та. – А потом… Ну, в общем, потом – я увидела, что дверь открыта. Лоуренс, он… Он вскрикнул и упал на меня. Мне пришлось его столкнуть. У меня на руках оказалась кровь, я почувствовала это. Заметила нож, закричала. А он убежал.

– Кто убежал? – спросил Конрад.

– У-убийца, – пролепетала Брю.

– Ты его видела? – подобрался Тимофей. Он буквально вцепился взглядом в лицо Брю, и Вероника почувствовала себя ненужной преградой.

– Только силуэт, – сказала Брю. – Только… Там было темно, понимаете? А он сразу убежал. А потом пришел Оскар. Я даже подумала, что это убийца вернулся, снова заорала, как ненормальная. Но потом Оскар включил свет, и…

– Сколько времени прошло между тем, как убежал убийца и появился Оскар? – спросил Тимофей.

Брю открыла глаза и недоуменно посмотрела на врача.

– Ну… Секунд пять… наверное. Получается, что вы должны были с ним столкнуться?

– Я никого не видел, – быстро сказал Оскар. – Этой ночью я дежурю. Я вышел в столовую из медпункта и услышал крик. Тут же побежал в коридор, но там никого не было.

– Значит, убийца забежал в одну из комнат, – сказал Конрад.

– Брюнхильда закричала, когда убийца еще был в ее комнате, – возразил Тимофей. – Следующая комната – Вероники, там были она и я. Дальше – опечатанная и запертая комната Габриэлы, потом – моя, я ее запирал перед тем как уйти. Комната Лоуренса была последней по коридору, и она тоже была заперта, я проверил.

– Да, но… Тогда… – пролепетала Брю, и затряслась уже всем телом, глядя на Оскара. – Тогда…

67

Вероника почувствовала, как кровь отливает от лица. Вспомнила, как она непринужденно болтала с Оскаром – кажущимся таким приветливым. Как ходила с ним в гараж и обратно. Один на один с убийцей…

Все разрозненные кусочки головоломки внезапно сложились в единое целое. Врач, который говорит на русском и на немецком, оказался на станции, куда приехали русские и немецкие туристы. Совпадение? Слишком невероятное!

Оскар – из Мюнхена. Он мог и присылать Брю анонимные письма, и знать про Тимофея и отвертку. И уж совершенно точно мог следить за карьерой Тимофея и его передвижениями.

Теперь Оскар почему-то смотрел на Веронику, приоткрыв рот. Как будто обвиняющие слова произнесла она. «Что ему от меня нужно? – пронеслось в голове. – Какого черта он таращится на меня?!»

Конрад первым пришел в себя.

– Оскар… – начал он.

– Нет!

Оскар буквально выпрыгнул из-за стола. Стул, на котором он сидел, полетел в угол, а Оскар стремительно увеличил дистанцию между собой и людьми. Теперь стало очевидно, как удачно он выбрал место – ближе всех к выходу, будто знал, чем все закончится.

– Оскар, подожди! – Конрад поднял руку, моментально переключившись из режима «суровый начальник» в режим «добродушный дядюшка». – Мы сейчас все обсудим…

– Здесь нечего обсуждать! – крикнул Оскар. – Вы спятили? Засунете меня в чулан, как Генриха, и будете ждать следующего убийства? Нет уж!

Теперь уже поднялись все, включая Веронику. Никто не дергался в сторону Оскара. Может быть, среди полярников большинство и были специалистами по спасательно-розыскным работам, но специалистов по задержанию опасных преступников здесь не водилось. Как же сильно Вероника скучала по привычному миру, где можно просто позвонить в полицию…

– Оскар, все не так, – продолжал уговаривать Конрад. –