Бандиты - Элмор Леонард

– Думаю, Элвин торгует оружием.

– Вполне возможно.

– Или у него куча денег и он ненавидит красных. Джек повернулся к Люси. Она взяла свой стакан с шерри и наконец-то отпила из него.

– Звонил папа. Вчера он ужинал с полковником. – Люси отхлебнула еще один глоток и уселась на самый краешек дивана, отставив в сторону стакан.

Джек наблюдал за ней. Сосредоточенная, ушла в себя, не желает ни на что откликаться.

– И что дальше? – спросил он.

– Пока ничего, но кое-что может произойти. Отец говорит, если он сможет отменить платежи по своему чеку, он это сделает. Он сказал, похоже, полковник собирается сбежать со всеми деньгами. А потом он сказал: – послушайте только! – «Что ж, в любом случае эту сумму мне спишут с налогов». Он посоветует друзьям, которые еще не платили полковнику, воздержаться, хотя это только «шестое чувство», никаких доказательств. Он говорит, это всего-навсего «интуиция», однако интуиция помогла ему разбогатеть.

– За этим он и звонил? – спросил Джек.

– Он хотел сказать, что я была права насчет этого человека, что он не должен был давать ему ни цента. И тут же нашел себе оправдание: полковник-де предъявил рекомендательные письма, послание президента, его благотворительный фонд законно зарегистрирован, у них счет в банке «Хиберния».

– В «Хиберния и Уитни», – подтвердил Каллен. – В четырех филиалах.

– Лапонька, – ласково обратился Рой к Люси, – сколько твой папочка ему дал?

– Шестьдесят пять тысяч.

– Господи Иисусе! Мне пришлось бы два года вкалывать за эти деньги.

А мне три, подумал Джек.

– Полковник всякий раз начинал со ста тысяч, – пояснила Люси, – а если приходилось снижать ставку, он рассказывал про одну женщину из Остина, штат Техас, которая внесла шестьдесят пять тысяч, и в ее честь назвали вертолет: «Леди Эллен». Не может же нефтяной магнат из Луизианы уступить какой-то бабе.

– Ага, – подхватил Джек, – это все равно что играть в очко против женщины. Надо, кстати, обдумать этот прием. Но раз так, нам же лучше. Понимаете? Если бы Берти вел честную игру, он попросил бы ЦРУ переправить деньги, а то и военные помогли бы, но если он собирается сбежать, он должен все устраивать сам. Берти и его двое подручных. – Подумал и добавил: – Вот почему он привез из Майами этого, как его, Криспина Антонио Рейна. Понимаете? Этот парень занимался наркотиками, он… Как называется то, что он делал? – обратился он к Рою.

– Выпускал фальшивые облигации, – уточнил Рой. – Отсидел девять месяцев. Арестовывался по подозрению в перевозке наркотиков из Флориды в Луизиану, но сумел отвертеться.

– А второй – тот, который убил Бойлана, – продолжал Джек, – Фрэнклин де Диос, вовсе не был похож на Божьего Фрэнклина, когда выходил из туалета. В Майами его обвиняли в тройном убийстве.

– Он проходил основным подозреваемым по делу, но им не удалось предъявить ему обвинение, – уточнил Рой. – Итак, торговец наркотиками и убийца.

– Понимаете? – в третий раз повторил Джек. – Куда пойдут денежки, раз полковник связался с такими ребятами? Прямиком в Майами, по земле или по воздуху. Похоже, интуиция и на этот раз не подвела твоего отца.

– Кстати, я проверю, нет ли досье и на Элвина Кромвеля, – предложил Рой.

– На самолете или на корабле, – продолжал Джек.

– Кто такой Элвин Кромвель? – спросила Люси, взглянув на него.

– Хозяин магазина спорттоваров в Галфпорте. Завтра я съезжу туда. Только ты сперва проверь досье, – попросил Джек Роя.

– Придется тебе снова заглянуть к полковнику в номер, – неожиданно сказал Каллен.

– Еще чего!

– Я все думаю, почему он хранит деньги в четырех разных филиалах, – продолжал Каллен. – Тут, конечно, есть преимущество: меньшие суммы денег можно быстрее обналичить. На случай, если придется удирать в спешке. Опять все сходится. Ты должен проверить, не перемещает ли он деньги со счета на счет. Поищи новые квитанции.

– Какая разница, если деньги перейдут из «Хиберния» в «Уитни»? – Джеку не понравилась эта идея, снова пробираться в тот номер.

– Ты сам упомянул Майами, – настаивал Каллен. – Они могут не тащить наличные в чемоданах, а просто перевести из банка в банк.

– Они не станут этого делать, если они собираются эти деньги украсть.

– О чем ты говоришь, Джек? Люди, торгующие наркотиками, владеют банками. Иди и посмотри его квитанции. И список пожертвователей проверь, много ли имен еще осталось. Если отец Люси посоветует приятелям не участвовать в этом деле, может, этому парню больше не к кому будет обратиться и придется довольствоваться тем, что он уже собрал.

– Ладно, завтра, – пробормотал Джек. Ох, как ему не хотелось!

– Я вот чего не понимаю, – сказал Каллен, – мы тут сидим, план разрабатываем… В первый раз вижу, чтобы люди собирались на дело и никто не задал самый важный, главный, можно сказать, вопрос.

– Сколько денег? – уточнила Люси.

– Вот именно! – Каллен радостно улыбнулся ей. – Я на глаз прикинул: пяти миллионов он точно не соберет.

– Я на это и не рассчитывал, – фыркнул Рой.

– Даже и половины не соберет, – упорствовал Каллен. – Сейчас у него два миллиона двести.

Повисло молчание. Потом Рой сказал:

– Тоже неплохо, а?

– Нормально, – откликнулся Джек, глядя на Люси.

Она ничего не сказала.

Тень на миг скользнула под абажуром лампы – Люси хотела выключить свет, но передумала, оглянувшись на Джека, все еще сидевшего на диване.

– Пожалуй, подожду, пока они вернутся.

– Ложись спать, я открою им дверь.

Рой и Каллен отправились поужинать. Попостившись двадцать семь лет на треске, Каллен теперь мечтал о жирных креветках. Они собирались поесть в одном ресторанчике на улице Мэгэзин, потом вернуться и пройтись вокруг дома, осмотреться. Это Рой предложил всем троим остаться на ночь у Люси, на случай, если явятся никарагуанцы и тот полунегр-полуиндеец.

– Ты не знаешь, где устроиться на ночь?

– Я могу и в кресле поспать.

– Наверху семь гостевых спален, – заявила Люси, – не говоря уж о комнатах для прислуги. Дом-то громадный, пустой, но мама не желает переезжать. Каждый день приходит уборщица, дважды в неделю – садовник. Я спросила Долорес, чем она занимается целый день. «Присматриваю за домом», – сказала она. «А что же делает мама?» – «Готовится к вечеру», – сказала она.

Люси направилась к бару, прихватив с собой стакан. Джек смотрел ей вслед, любуясь ее тоненькой фигуркой в модных джинсах и черном свитере.

Что-то в ней изменилось, но что? Другое выражение глаз, или, вернее, что-то исчезло, что прежде светилось в глазах.