Шок-н-Шоу - Юлия Волкова

— Во-первых, давайте исходить из того, что духов не бывает, — твердо сказала Глория.

— Мы можем исходить из допущения, что духов не бывает, — уточнил Борис.

— Ну да, — согласилась она. — И тот, кто является то здесь, то там, просто человек, талантливо перенявший манеру покойного Вениамина и умело изменивший внешность.

— То есть актер, — снова уточнил Боб.

— Конечно, — кивнула Глория. — Причем задуривший многим мозги. Пампушке, Ласточкиной, уборщице, парню-грузчику… Он вообще, кажется, в хозблоке свой человек.

— Хорошо сказано, — сказал Коля Радостев. — Дух — свой человек. Хорошая песня может получиться с такой строчкой. Духи как люди… Духи — повсюду… Мой знакомый дух сдает в ларьке посуду… Он в любой компании — свой человек… — и он стал выбивать ритм шампуром по мангалу. — Этот дух играет на баяне… Этот дух всегда немного пьяный…

— Ну пошло-поехало… — проворчал Жорик. — Рэп-фолк-сити…

— Чтобы ты понимал, — обиделась за своего бой-френда девушка Света. — Колька новое слово в роке открывает.

— Назови мне хотя бы одно новое, — не сдавался Жорик.

— Ша! — сказал Боб. — Лора, в чем твоя идея?

— Я знаю, что где-то здесь на пляже появляется человек, очень похожий на Вениамина, — сказала Глория.

— И он исполняет роль духа? — воскликнул Боб. — Что же ты молчала до сих пор? Так мы его быстро скрутим и объясним, какие шутки допустимы в приличном обществе, а какие нет.

— Он вряд ли может исполнять какую-нибудь роль, — сказала Глория. — Он, мне кажется, не совсем в здравом уме. Я принесла дискету, на ней файл с его изображением. Возможно, вы его узнаете и поможете мне его найти. И если он не совсем не в себе, то мы его загримируем под Веню и предъявим некоторым участникам проекта. Петрову, Пампушке, Ласточкиной… И Марфе, и Барчуку. Я хочу посмотреть на их реакцию. — Если кто-то причастен к этому розыгрышу, то он отреагирует на появление духа спокойно. А еще… еще я хочу… Но это потом. Сначала нужно понять, сможет ли этот человек с пляжа сыграть тот спектакль, который мне нужен.

— Доставай дискетку, — сказал Жорик. — Я счас ноутбук принесу.

Он скрылся в недрах спасательной станции и буквально через минуту вернулся с изящным чемоданчиком.

— А вот и моя ласточка… — Жорик ласково провел ладонью по крышке и открыл ноутбук.

Некоторое время «спасатели» и Глория молча смотрели «кино».

А потом Паша-Танк не выдержал.

— Блин! — воскликнул он. — Так это же Моня-Глиста. Который на дереве живет.

— Так… — пробормотал Жорик. — Я, ребята, что-то конкретно не догоняю. Это у них что за сейшн?

— Игра «Найди десять отличий», — проговорила Алена. — По-моему, и Барчук, и этот ваш поэт очень довольны, что нашли Моню. Может быть, они тоже готовили какой-то розыгрыш? Хотя нельзя сказать, что Глиста очень на покойника похож. Совсем даже не похож.

— Да нет, почему? — задумчиво сказал Коля Радостев. — Вот они очками поменялись, вот причесались одинаково… Глиста, конечно, постройнее будет… Но если на них смотреть метров с пятидесяти, то, пожалуй, и не отличишь.

— Глория, а ты у Барчука спрашивала, зачем он в такой компании перед камерой позировал? — спросил Борис.

— Я не хочу пока спрашивать, — сказала Глория. — Потому что, возможно, он тоже причастен к появлению духа. Понимаешь, если у него давно какая-то идея о розыгрыше появилась, он и после смерти Вениамина мог с ней не расстаться. Только подобрал нормального актера, вместо Мони… Ему трудно разве актера найти?

— А зачем? — спросил Паша-Танк.

— Развлекается он так, — хмыкнул Жорик. — Детей пугает.

— Или еще хуже, — сказал Борис. — Не забывайте о том, что случилось на крыше прошлой ночью.

— Барчука не было на крыше прошлой ночью, — сказала Глория.

— Ну и что? — сказал Борис. — Зато был его сообщник. Если, конечно, допустить, что он причастен к воплощению духа… — добавил он.

— Одно обстоятельство говорит о том, что он непричастен, — проговорила Глория и рассказала о том, что «дух» обвиняет в своем убийстве Марфу Король.

— Не скажи, — Борис задумчиво потер переносицу. — Возможно, это сделано для отвода глаз. Ведь его, так называемое свидетельство, все равно ничего не стоит. Марфу правосудие не тронет, она останется с Барчуком, если, конечно, не охладеет к нему. А вот то, что дух обвиняет ее, доказывает со всей очевидностью, что Барчук о нем ни сном, ни духом не знает. Ой, неудачный каламбур получился!

— Послушайте, — сказала Оленька. — А вдруг это все-таки настоящий дух?

— Нет, — сказала Глория. — Теперь я в этом уверена на сто процентов.

— А что произошло за последние двадцать четыре часа? — озабоченно спросил Боб. — Прошлой ночью ты хотя бы сомневалась.

— Понимаете, — вздохнула Глория. — Он хоть и разговаривает голосом Вени, и лицо у него Венино, но на Веню он совсем не похож. Тот никогда не был так… навязчив…