О чем молчит диктофон - Марина Серова

Вика несколько секунд неподвижно сидела в кресле с перекошенным от злости лицом.

– Я?! – завопила она наконец, тыча пальцем себе в грудь. – Я должна там тряпкой возить?!

Я невозмутимо ждала, когда закончится эта демонстрация оскорбленной гордости. К моему удивлению, ждать мне пришлось совсем недолго.

– А, ладно, ты права. – Вика вынула из кармана жакета смартфон. – Светлана, зайди к нам ненадолго. Надо срочно прибраться.

Она несколько секунд с неудовольствием слушала, что отвечала ей какая-то Светлана, потом раздраженно процедила:

– Это вместо пятницы. Уберешься сегодня и до следующей недели можешь быть свободна. Да, срочно, прямо сейчас!

– Сейчас Светка придет и все вылижет, – удовлетворенно сообщила Виктория, убирая смартфон.

Я внимательно посмотрела на нее:

– Это домработница?

– Ага. Живет тут недалеко, в поселке. Только не в этом, а в другом, поблизости.

Понятно. Приходящая домработница Светлана живет в обычном поселке, не охраняемом и не элитном.

– Что теперь делать-то? – буркнула Вика, угрюмо глядя на меня. – Все разъехались, Кирилл заперся…

– Все, что сейчас можно сделать, – это спокойно ждать звонка майора Векшина. – Я изо всех сил старалась не выдать своего раздражения. – Посмотри пока какой-нибудь сериал или просто приляг и отдохни.

– Да ну тебя с твоими советами! – злобно огрызнулась Виктория. – Я хочу съездить в город, по магазинам пройтись, шмоток прикупить. Сколько можно сидеть взаперти!

«Ты сдурела?!» Я едва сдержалась, чтобы не заорать. Вместо этого я принялась терпеливо убеждать клиентку, чтобы она воздержалась от этого опрометчивого шага.

– А если тебя снова попытаются похитить? – увещевала я рассерженную госпожу Ястребову. – Да, Вячеслав тяжело ранен и сейчас в больнице. Но женщину-то ведь до сих пор не нашли! Ты пойми, она только и ждет, когда ты высунешься. Нельзя дать ей второго шанса тебя похитить.

– Да права ты, права! – Вика махнула рукой. – Слушай, а эту бабу точно еще не поймали?

Я отрицательно покачала головой.

– Векшин бы мне сразу позвонил.

Виктория некоторое время задумчиво молчала.

– Ладно, – произнесла она наконец, вставая и потягиваясь. – Пойду к себе, полежу немного. Ты мне скажешь, когда что-нибудь выяснится?

Совсем как давеча Ястребов. Как там сказал Вячеслав, два сапога пара?

– Конечно, – заверила я свою клиентку, – не волнуйся. Иди отдыхай.

Виктория вышла.

Оставшись одна, я попыталась систематизировать события, которые столь стремительно развивались последние двое суток. Мысль о том, что всю эту кашу заварил телохранитель Ястребова Вячеслав, привела меня в полное смятение. Все, что я смогла уяснить из его гневной бессвязной речи, – это то, что Вячеслав довольно долгое время находился во власти жгучей классовой ненависти. Чем так разозлил Ястребов своего верного стража, оставалось только догадываться. Но какая связь между ним и погибшей шантажисткой Эльвирой? И кто убил эту самую Эльвиру, а заодно и Скрынникова? Со стороны могло показаться, что оба убийства совершил некий тайный хранитель самой Вики, который последовательно устранял одного шантажиста за другим. Но чем тогда объяснить появление третьей шантажистки – той самой женщины, у которой всплыл треклятый диктофон? Столько смертей из-за какого-то гаджета… Ответов на эти вопросы у меня не было. Вячеслав при смерти, едва ли он сможет пролить свет на эту цепь загадочных событий.

Я решила позвонить тете Миле. Услышав бодрый родной голос, я сразу же успокоилась – моя любимая тетушка была дома и, как обычно, хлопотала на кухне. Я убедилась, что тетя Мила чувствует себя хорошо и нападение обошлось без последствий для ее здоровья. Мне даже показалось, что это происшествие произвело куда большее впечатление на меня, чем на тетю Милу.

Поговорив с тетушкой, я спустилась вниз, чтобы немного подкрепиться. Заглянув в холл, убедилась, что в нем был наведен идеальный порядок, словно там и не проливали кровь несколько часов назад. Вероятно, Светлана-невидимка, моментально устранив следы разгрома, растворилась в воздухе.

В кухне я сделала несколько тостов и включила кофемашину. Меня устроил бы и растворимый кофе, но в доме Ястребовых он, вероятнее всего, был под запретом. Странно, что, будучи столь ярым приверженцем здорового образа жизни, Ястребов все же не предал анафеме коньяк. Хотя алкоголь в малых дозах можно употреблять в неограниченном количестве.

Закончив свою нехитрую трапезу, я вернулась в гостевую спальню. Время шло, но от Векшина не было ни слуху ни духу. Зная майора как в высшей степени обязательного человека, я решила не теребить его лишний раз своими звонками. Я вдруг почувствовала, что на меня навалилась страшная усталость. Едва упав в постель, я практически сразу провалилась в сон, даже не удосужившись выключить ноутбук.

Внезапно проснувшись, я не сразу поняла, где я, собственно, нахожусь. В комнате было совсем светло, и я решила, что отключилась всего лишь на полчаса. Однако дисплей телефона, который я немедленно ухватила, безжалостно сообщал, что сейчас половина восьмого утра. Немыслимо позднее для меня время пробуждения. Вцепившись в телефон, я помчалась в ванную приводить себя в порядок, по пути проверяя новые уведомления. От Векшина по-прежнему никаких вестей. И вообще ничего интересного.

После ванной я спустилась вниз, чтобы наскоро перекусить все теми же тостами и кофе. Как все-таки хорошо, что я неприхотлива в этом отношении, иначе от столь однообразного питания впору было бы впасть в депрессию. Я уже наливала себе вторую чашку, когда внезапно ожил телефон. Векшин!

– Женя, срочно хватай Ястребова и прямиком в больницу! – приказал он без всяких предисловий. – Поздняков очнулся.

Я стремительно понеслась вверх по лестнице, прижимая телефон к уху, и лишь через полсекунды сообразила, что Поздняков – не кто иной, как Вячеслав.

– Женя, поторопитесь, – настойчиво продолжал Векшин. – Он сказал, что будет говорить только при Ястребове. Иначе не видать нам его показаний. Врач утверждает, что он и трех часов не протянет, так что не мешкай, прошу тебя!

– Слушаюсь, – отозвалась я на автомате, и мне показалось, что Виктор, прежде чем отсоединиться, язвительно усмехнулся.

Я подлетела к двери возле балкона и без стука ворвалась в кабинет. Ястребов сидел за письменным столом, глядя в ноутбук. При моем появлении он