Полковнику никто не верит - Алексей Макеев

Здесь его ожидал сюрприз, на который он и не надеялся. Когда они привели в чувство первого пленника, которого Крячко оглушил пистолетом, то обнаружилось, что лицо этого человека знакомо Гурову до боли. Он безжалостно посветил в него фонариком и воскликнул с искренней радостью:

– Господин Нарышкин собственной персоной! Ну до чего я вам признателен! Лучшего подарка вы мне не могли преподнести! В чужом жилище, забрызганы кровью, с оружием в руках, забили чуть ли не до смерти хозяина, залили все бензином... Грех так говорить, но вы нам очень удружили!

Нарышкин хмуро помалкивал. Он сидел на земле, уже в наручниках, привалившись спиной к стене сарая.

– Наверное, и машина ваша где-то рядом, верно? – продолжал Гуров. – Откуда вы узнали про Курбатова? Уже имели счастье познакомиться с ним раньше? Скажем, в лаборатории, где был убит ваш дружок Всеволод Игнатьевич? Молчите? Странно. В последний раз вы были куда разговорчивее. Все, помнится, кричали что-то о произволе милиции, о проникновении в жилище... А тут выясняется, что вы и сами не дурак проникнуть, а?

– Он молчит, Лева, – тоном человека, сделавшего открытие, сообщил Крячко. – Залил все бензином и молчит. Может, его самого немного поджарить, чтобы он разговорился?

– Ну что ты такое несешь, Стас! – с упреком произнес Гуров. – Да еще при молодых сотрудниках! Господин Нарышкин непременно обвинит тебя в давлении. Зачем нам на него давить, когда у нас есть его сообщник, есть Майкл, к которому мы всегда можем вернуться, есть Курбатов и Василевский, есть труп в погребе и еще куча улик. Кстати, господин Нарышкин, вы уверены в своем напарнике Павленко? С которым вы вместе отравили партию молочных продуктов при доставке в магазин? Он будет молчать, как партизан, или предпочтет свалить всю вину на вас, как полагаете?

– Послушайте, – вдруг сказал Нарышкин. – Все это так глупо... Ну да, мы проникли. Но были вынуждены. Нас заставили. Он страшный человек. Нас обещали убить, если мы откажемся. Нам нужно было убрать Василевского.

– Про кого сейчас речь? – с интересом спросил Гуров. – Про Туманова? Через кого он заставил вас убрать Василевского?

– Все не так просто, – покачал головой Нарышкин. – Мы работали для Туманова, это правда, но на другого человека. Он все организовывал, и все решения принимал он. А самое главное брал на себя.

– Ну-ка, с этого места поподробнее! – приказал Гуров. – Что он организовывал? Похищение моей жены? Мифический ночной клуб? Убийство Безуглова? Он подсылал ко мне вас, чтобы вы рассказали мне страшную сказку про синдикат, который подминает под себя милицию и не оставляет никаких шансов? Вы в самом деле член синдиката?

– Нет никакого синдиката, – заявил Нарышкин. – Есть несколько человек, которые по тем или иным причинам были связаны с подполковником Даниловым. Вам-то эта фамилия прекрасно известна! У Данилова есть неплохой загородный дом, новенькая иномарка, небольшой счет в банке. Он делает деньги на помощи полукриминальным дельцам. А они платят ему деньги. Ему не слишком везло. Он все время пытался найти себе более хлебную должность. Теперь он устроился во внутреннюю безопасность. А тут дал знать о себе Туманов. Они давно знакомы и столковались без труда. Для начала Данилов порекомендовал нас с Павленко. Мы устроились в фирму Стаканникова и оказали ему небольшую услугу...

– Ничего себе услуга! Чуть не отправили на тот свет кучу народа! – сказал Крячко.

– Не преувеличивайте! – поморщился Нарышкин. – В худшем случае потребителей ожидало расстройство желудка и рвота. Но насколько мне известно, даже до этого дело не дошло. Однако главного мы добились – работа «Белого континента» пошла с перебоями, несколько линий вообще остановились, заказчики начали отказываться от продукции... Все шло прекрасно, но тут этот идиот Туманов убил какую-то свою шестерку, и вы его взяли. Эти денежные ребята зарвались – они уверены, что им все можно, и всегда их прикроют.

– Наверное, какие-то основания у них для этого имеются, – хмыкнул Гуров.

– Намекаете, что я сам этим занимаюсь? – спросил Нарышкин. – Ну что же, это верно. Нужда заставила. Хочется жить и кушать хлеб с маслом. А они платят деньги.

– За деньги вы сделаете все, что попросят? – уточнил Гуров.

– Ну что вы! У меня есть свои принципы, – возразил Нарышкин.

– Например, сжигать людей в собственном доме, чтобы не оставлять следов, – подсказал Гуров.

– Это было только намерение, господин полковник, – вкрадчиво заметил Нарышкин, подумав. – Оно же не исполнилось.

– Отнюдь не по вашей вине, – сказал Гуров. – А когда это намерение воплотится в официально оформленный протокол...

– Отпустили бы вы меня, начальники! – мечтательно сказал Нарышкин. – Ну кто я? Просто жертва обстоятельств! Хотите, я скажу вам, кто на самом деле убил Безуглова и подвел вас под статью? Эта задумка – целиком плод безумной фантазии господина Данилова. Он сам все придумал, сам срежиссировал и сам исполнил. Да-да, это он убил! Хотите доказательств? Это очень просто сделать. Я вам подскажу. Только... – он обвел глазами лица слушающих его оперативников. – Обещайте мне, что приложите все силы, чтобы отвести меня от суда. Вы же можете оформить меня, как своего осведомителя, верно? И не такие дела делаются в наше время.

– Ничего мы тебе обещать не собираемся, – жестко сказал Гуров. – А ты не размазывай кашу по тарелке. Начал разбегаться – прыгай, а то у нас лопнет терпение, и мы действительно наделаем каких-нибудь глупостей. Сам знаешь, какая у нас теперь репутация... Уж мы точно таких можем дел натворить!

– Ну уж в это я не поверю, господин полковник! Мне-то не рассказывайте про репутацию. Такого кристального человека вряд ли еще найдешь...

– Ты издеваешься, что ли? – спросил Крячко, ухватывая Нарышкина за грудки и отрывая от земли, точно мешок с картошкой. – Закрой рот, пока не отправили тебя в подвал, где твой мертвый дружок лежит. Никто ведь не узнает, что здесь на самом деле случилось. Нечаянная искра – и все запылало! Неплохой конец для такого болтуна, как ты!

– Я не болтун, – торопливо сказал Нарышкин. – Я правда, знаю, как вам прищучить Данилова. У него в отделе есть дружок – майор Ступин. Он тоже немного замешан в эти дела, но делает вид, будто ни хрена не понимает. И вообще они с Даниловым как бы приятели. Выпивают вместе, на рыбалку ездят... Ну и само собой, делятся информацией, подстраховывают друг друга. Короче, если вы сделаете так, чтобы этот Ступин узнал, что я у вас в руках и собираюсь давать показания, он обязательно стукнет об этом своему дружку.

– И что же? Тот смажет лыжи? – спросил Гуров. – Заберет назад свои обвинения? Извинится?

– Он сразу захочет все свалить на меня, – объявил Нарышкин. – Просто встанет в позу, что он абсолютно ни при чем, что он рыцарь без страха и упрека, и никакого отношения ко мне, Павленко, Майклу, а тем более Туманову не имеет.

– Прекрасно, он так скажет, – повторил Гуров. – Ну а в чем фишка, я не понимаю? Чем мы его возьмем, если он займет такую позицию? Насколько я понимаю, вся ваша братия не откажется давать показания: ведь никто же из вас не захочет отдуваться за «синдикат», верно? Так что рано или поздно с вашей помощью мы припрем господина Данилова к стенке.