Когда она вернулась - Люсинда Берри

– Все в порядке, благодарю, – произнес Рэй. Лицо его было торжественным. Я никогда прежде не видела у него такого серьезного выражения. Внутри меня росло беспокойство. Другие тоже что-то подобное ощущали, ожидая, пока Рэй заговорит. Тишина длилась так долго, что стало неуютно. Рэй склонил голову и молитвенно сложил руки. Волосы у него так отросли, что, свисая, закрывали пальцы. Когда он снова поднял голову, улыбка вернулась на его лицо. – Семья, всем вам известна причина, по которой я отправился в свое странствие, и вдали от вас я ощущал ваше присутствие. Благодарю вас за молитвы – нам было отчаянно необходимо получить откровение и узреть путеводный луч света. – Рэй опустился на стул, сложив руки на коленях. – Земля под нашими ногами лишь отражает нашу неспособность заниматься созиданием. Она отражает происходящее в наших душах.

Он сделал паузу, давая своим словам время укорениться у нас в головах.

У меня были схожие мысли – сколько бы мы ни трудились в поте лица, ничего не выходило. Мы прибыли сюда, собираясь создавать новый мир, однако до сих пор не смогли создать ровным счетом ничего. Несмотря на все наши старания, тревога и паника начинали постепенно завладевать умами. Наша реакция на сегодняшнее запоздалое возвращение Рэя была тому подтверждением. Я обвела глазами круг, чтобы оценить эмоциональную температуру собравшихся – она была такой же, как у меня.

– Господь ответил на наши отчаянные мольбы и устремления наших сердец, – просиял Рэй. Преисполнившись благодарности, мы мгновенно воспряли духом. – Если мы хотим войти в Царство Божие, мы должны стать другими. Рэй подвел меня к этому мгновению, но он – не тот, кто поведет нас дальше, по совершенному пути, начертанному для нас Господом.

Рэй воздел руки и запрокинул голову к небесам.

– Родные, мне пришлось принести Рэя в жертву, дабы Господь мог дать нам новый завет. Я похоронил его на берегах того залива, – тут Рэй указал назад, в сторону леса. – В темных водах восстал я после совершенного крещения и услышал его голос так же ясно, как слышал его в тот день, когда мне было видение об «Интернационале любви». Господь сказал: «Отныне и впредь ты будешь зваться Абнер. Ты – Отец Света».

И Рэй, возложив руки себе на грудь, склонился перед нами.

– Я поведу нас в Царство Божие.

Сказанное Рэем оставило нас стоять в потрясенном молчании. Он, однако, не стал дожидаться, пока мы придем в себя, и продолжил:

– Я приглашаю вас присоединиться ко мне, но должен предупредить: это не будет просто. Нам предстоит пережить множество бедствий и пройти множество испытаний. Каждый раз, когда мы переходим на новый уровень, среди нас находятся те, кто не готов. Среди нас и сегодня есть те, кто думают, что не готовы. Вы разочарованы, ведь вы прошли такой долгий путь и пожертвовали столь многим в жизни, чтобы теперь вернуться с пустыми руками. Однако же я призываю вас открыть свой разум. Усвоить все уроки этого мгновения и воспринять все его возможные будущие уроки.

Рэй сменил положение.

– Жизнь – не что иное, как череда рождений, смертей и воскресений, и кто бы из вас ни решился двигаться вперед, прежде он должен предать смерти старое, чтобы Господь мог воскресить его новым.

Обычно в такие моменты Рэй ожидал от нас вопросов, однако сегодня, похоже, наша реакция его не интересовала.

– Хочу, чтобы те из вас, кто выберет идти на следующий уровень вместе со мной, знали, что Господь наделил меня глубочайшей ответственностью за вас. Моя задача – заботиться о вас и приглядывать за вами, как отец и источник света. Как и любому отцу, в какие-то моменты мне предстоит принимать непопулярные решения. Так обстояло дело не всегда. За годы, проведенные рядом со мной, вы могли убедиться, что я предпочитал делать выбор в пользу счастья нашей общины, даже если сам склонялся к иному решению. Забегая вперед, скажу, что отныне не буду столь же озабочен счастьем нашей общины, сколь ее духовным ростом. Если вас разочаровывает такой подход – прошу, не стоит следовать этим путем вместе с нами. Каждого, кто решит не продолжать путь к следующему уровню, я попрошу собрать свои вещи и покинуть нас на рассвете.

Близоруко щурясь от недосыпа, спотыкающейся нетвердой походкой мы побрели под навес. Все отправились спать с одним вопросом: уйдет ли кто-то? Я такой вариант даже не рассматривала. Куда бы я пошла? Мне некуда было возвращаться. Возможно, уже прошли годы с тех пор, как Скотт и Эбби в последний раз вспоминали обо мне. До сей поры все оставались на своих местах, за исключением Уилла и Кита, и то – только потому, что те ушли с Абнером. Мы обсудили смену его имени и как трудно будет больше не называть его Рэем, однако все прошло на удивление спокойно. Уже к концу разговора мы почти привыкли к новому имени.

Кто-то вынес все столы и стулья из-под навеса. Мы стояли толпой, с нетерпением ожидая следующего шага. Долго нам ждать не пришлось – Абнер, Кит и Уилл, прошествовав по лагерю, вступили под тент.

– Родные, этим утром я так счастлив видеть вас всех! Это зрелище наполняет мое сердце чистой радостью.

Любовь Абнера пронизывала весь наш импровизированный зал.

– Сказано, что никто не сможет войти в Царство, пока не родится заново. Я переродился вдали от вас, и все вы должны также родиться заново, если хотите войти в Царство вместе со мной. Если нам предстоит родиться заново, то нашу прежнюю суть мы должны предать смерти.

Руки Абнера непрестанно двигались, акцентируя его слова с помощью жестикуляции. Уилл с Китом принялись вытаскивать коврики для йоги, которые мы складывали в левом углу под голубым пологом.

– Сегодня Уилл готов отречься от своей прежней греховной жизни, чтобы родиться заново для Царства.

Абнер начал хлопать в ладоши, и все мы к нему присоединились, хоть и не понимали, что происходит. В воздухе стоял запах пота – от переживаний все покрылись испариной.

– Прошу вас освободить место посередине, – проинструктировал нас Абнер. Мы разошлись по сторонам, создавая пустое пространство в центре круга. Абнер и Кит расстелили свои коврики рядом. Когда приготовления были завершены, Абнер подал знак Уиллу, и тот ступил на расстеленные коврики. Никогда прежде я не видела страха на лице Уилла. Даже когда Абнер выкрикивал свои приказы и угрожал наказанием, Уилл