Искусство заводить врагов - Наталия Левитина

Миша прерывисто вздохнул. Он действительно в последние два года – как женился – раздобрел. И ведь не от хорошей жизни – от нервов. Миша заметил, что едва Надька начинает пилить, его рука тут же тянется за куском колбасы или булки, и он начинает жевать – и жуёт, не ощущая вкуса, жуёт, жуёт, жуёт, тупо, как корова…

Вспотевшая блондинка переместилась на другой тренажёр, друзья потянулись следом.

– Ну что, по домам? – спросил вскоре Андрей. – Заканчиваем тренировку?

– А бокс?

– Поздно уже.

– Боишься, что я тебе, как в прошлый раз, рыльце начищу?

– Какие глупости! – высокомерно произнёс Андрей. – Не было такого, не выдумывай!

– Было-было! Уж на ринге я тебе в два счёта насую.

– Не зарывайтесь, товарищ старший лейтенант! Ладно, в следующий раз проверим, насколько твои бредовые фантазии соответствуют действительности.

* * *

У Андрея выдался свободный вечер, а затем и ночь: Вика умчалась в какой-то райцентр на переговоры с перспективным клиентом, избавив майора от своего пленительного общества.

А сыщик уже привык каждый день видеться с ней, окунаться в её волшебные объятия, безудержно целовать, смотреть в печальные глаза. Ему было трудно оторваться от Вики, она его приворожила, пристегнула к себе коротким поводком. У менеджера по продаже арматуры теперь был свой персональный майор уголовного розыска.

– У нас только секс, – зачем-то постоянно напоминала Вика. – Никаких обещаний, никаких планов на будущее. Я думаю, этот вариант устраивает и меня, и тебя.

– Почему ты так категорична?

– Просто говорю то, что есть. У нас отличный секс. Пусть так и будет. Но если ты хочешь чего-то большего – найди себе другой объект.

– Мне не нужен другой объект, – обижался майор.

– Я – дама в годах, к тому же, изрядно покалеченная жизнью, – грустно улыбалась Вика и щёлкала любовника по носу. – А ты молод, у тебя всё впереди. Тебя ждут тысячи юных и прекрасных дев…

Сам Андрей, когда дело касалось Михаила, постоянно подчёркивал небольшую разницу в возрасте с другом, называя его то «сынком», то «салагой». И то же самое делала Виктория в отношении майора, хотя определение «дама в годах» ей никак не подходило – не соответствовало ни возрасту, ни внешности.

Андрей, конечно, пока не строил никаких особых планов, но уже испытывал непреодолимую потребность ежедневно видеть Вику – и если не заниматься любовью, то хотя бы разговаривать.

Он ей звонил, отправлял эсэмэски, посылал в офис букеты роз – в общем, вёл себя как влюблённый болван. Вика пугалась подобного напора.

– Не увлекайся, – настойчиво повторяла она. – Ты слишком горяч, сбавь обороты! У нас обычный роман, интрижка. Не больше.

Майор снова обижался. Называть «интрижкой» то, что он испытывал, ему казалось кощунством. Он парил над облаками, падал вниз и вновь взмывал к самому солнцу…

– Чем я тебе не угодил? Почему ты постоянно стараешься держать дистанцию? Зачем всё время напоминаешь, что у нас заурядный романчик?

– Ты всем хорош. Это я недостаточно хороша для тебя. Я – бракованный товар. Я никогда не расстанусь со своим прошлым, моё горе всегда со мной, тут, у меня в груди… Я не могу быть лёгкой и беззаботной, не могу не думать о том, что случилось. Думаю об этом постоянно.

– Прошло ещё очень мало времени, чтобы ты смогла успокоиться.

Как ни странно, хотя в любой момент красавчик-майор мог найти себе «лёгкую и беззаботную» юную подружку, ему доставляло особое удовольствие находиться рядом с несчастной, трагической и далеко не юной Викторией. Её улыбка и смех стоили миллионы, их и сравнивать нельзя было с заливистым весельем какой-нибудь нимфетки, готовой поддержать любую шутку симпатичного кавалера. Нет, если Андрею удавалось рассмешить Вику, значит, он действительно был на высоте.

Майор явно не искал лёгких путей.

А ещё – он постоянно думал о Померанцеве и ревновал к нему Викторию. Вопрос «было ли у них что-то или не было» так и оставался открытым. Косвенные улики указывали на то, что было, Вика утверждала обратное…

Майора терзала мысль, что он гипотетически является наследником Померанцева и Вика перешла в его руки прямо из объятий бизнесмена. Он бы смирился, если бы персонаж был достойным, значительным. Но Померанцев никак не соответствовал образу достойного соперника.

* * *

Итак, вечер и ночь без Вики, уехавшей в командировку, надо было чем-то заполнять.

Сначала Андрей хорошенько размялся в спортзале. А в десять вечера позвал на огонёк соседку. Лиза явилась незамедлительно, то есть она сразу же отправилась следом за майором в его квартиру, едва тот нарисовался на пороге с предложением сыграть в шахматы. Андрей успел различить хрип магнитолы, громкость была убавлена до минимума, бас-гитары бесновались почти беззвучно. Смысл в таком воспроизведении музыки полностью отсутствовал.

– Я тихонечко, – грустно вздохнула девушка, кивая в сторону магнитолы. – Сейчас выключу.

– Хорошая девочка, – похвалил сосед. – Пять с плюсом за поведение!

Другая барышня, прежде чем откликнуться на приглашение импозантного соседа, сначала бы сделала причёску и макияж, побрила ноги, набрызгалась парфюмом, долго и придирчиво выбирала бы наряд…

Но Лиза трезво рассудила, что время позднее и вряд ли майор станет ждать два часа, пока соседка приведёт себя в полную боевую готовность. Сейчас самое главное – оперативность, а заявится она на шахматный матч в шёлковом вечернем платье или в костюме для подводного плавания – это уже дело десятое.

Поэтому Лиза только бросила мимолётный взгляд в зеркало и взбила руками свою шикарную рыжую гриву. Она с огромным удовольствием воспользовалась шансом оторваться от компьютера, от нагрузки у неё уже покраснели глаза и задымились микросхемы.

Днём Лиза успела отработать три часа на устном переводе в фирме, торгующей французской детской одеждой. Потом трудилась в офисе, а дома приняла одного за другим двух учеников. И едва проводив последнего до двери, села к компу делать срочный заказ, присланный из одного питерского перевод-бюро: тридцать страниц технического текста, такого запутанного, что Лизе казалось, это ворованная документация с оборонного предприятия.

Её мозгам не суждено было сегодня отдохнуть – ведь сосед в качестве развлечения тоже предлагал интеллектуальную нагрузку. Но после многочасовой лингвистической вахты Лиза подумала о шахматах с радостью…

– Скромный холостяцкий ужин! – объявил Андрей.

По бокам от шахматной доски (вместо шахматных часов) стояли две тарелки, и на каждой высился многоэтажный бутерброд: из-под зажаренных тостов выглядывали куски ветчины и курицы, топорщился зелёный салат и помидоры.

– О! – восхитилась Лиза. – Какие шикарные сэндвичи! Ты уже всё приготовил. А если бы меня не оказалось дома?