Ассасин - Евгений Сухов

От этой истории так и разило фальшью, да и физиономии у милиционеров не внушали особого доверия. Где они подобрали таких? Если покопаться в биографии каждого из этих типов, то наверняка в ней окажется немало криминальных пятен.

Нина погибла через три месяца после этого нападения. Все это очень хорошо увязывается между собой. Можно предположить, что в первом случае они пытались ее напугать, а когда из этого ничего не вышло, то просто устранили.

«Но почему Густав решил связаться именно со мной? — ломал голову Игорь. — Ведь мы не были закадычными приятелями, и я совсем не тот человек, которому он доверился бы. Следовательно, каким-то образом я должен быть связан с этим делом».

Выключив компьютер, Анисимов поднялся и вышел на улицу.

День прошел незаметно. Смеркалось.

Гнетущее чувство, что он является марионеткой в чьей-то игре, не проходило. Конечно, он не мог знать, кто стоял за стеной, но ведь именно его пуля убила Густава. Отказаться стрелять тоже было невозможно. Его натаскивали стрелять, психологически готовили к тому, что когда-нибудь он выстрелит, и когда наступил этот момент, то он должен был доказать, что его обучение прошло не впустую, и безукоризненно продемонстрировать все то, чему его учили.

Собственно, что бы изменилось, если бы он не стрелял? А ничего! Ровным счетом. Отыскался бы другой, который исполнил бы выстрел с не меньшим мастерством.

В висках закололо, и Анисимов, стиснув зубы, едва сдержал стон: «И все-таки это была твоя пуля! Кто придумал всю эту затею, прекрасно знал о наших дружеских отношениях, пусть и давних». А этим выстрелом он решил искорежить душу Игорю, превратить ее в сплошную рану. И у него это получилось. А может, они хотели таким образом сломать его психологически?

Что делать ему дальше, Анисимов не знал. Не самая радужная перспектива на предстоящий вечер. Впрочем, есть масса мест, где можно прекрасно отдохнуть. В конце концов, он это заслужил. Пашешь целыми днями, как вол, а в результате минимум результатов и страшная усталость.

Домой идти не хотелось. С Лизой, со своей прежней женщиной, у него давно пошли какие-то нелады. До крупных ссор дело как-то не доходило, но возникшее напряжение разделяло их все дальше. Кто-то обмолвился ему о том, что дважды видел Лизу с молодым человеком, который встречал ее с букетом цветов. Услышав неприятную новость, Игорь едва подавил в себе вскипевшие чувства — грудную клетку буквально разрывало от ревности. Но после стакана «Русского Размера» пришло просветление — стоило ли так убиваться? Она ведь не единственная женщина в Москве.

Ну а сейчас можно будет устроить маленькую месть — завалиться куда-нибудь в кабак и оттянуться на полную катушку в обществе пары девушек, не страдающих особыми предрассудками.

От этой мысли на душе просветлело. Жизнь наполнилась смыслом, во всяком случае, на ближайший вечер. А как будет складываться дальше — поглядим!

Сев в машину, Анисимов выехал на проспект и тут же не без удивления поймал себя на том, что направляется именно в «Медведь», тот кабачок, в котором он когда-то частенько зависал на пару с Густавом.

Николай Сафронов слыл мужиком правильным, по бабам себя не разменивал и, когда начиналось самое интересное, направлялся к подруге. Теперь было понятно, к кому именно он уходил. Что же все-таки за человек был Густав, Николай Сафронов?

Анисимов припарковался у ресторана и прошел в зал. Народу было немного. И даже столик, за которым они когда-то сиживали с Густавом, был свободен.

А вот это уже интересно!

Через три столика, спрятавшись в полумраке, сидела блондинка с длинными волосами и, посматривая куда-то поверх голов, потягивала красное вино. Вид у нее был надменно-скучающий, меланхоличный. Она как будто бы делала одолжение всем присутствующим в зале.

Игорь всегда сторонился таких женщин. Как правило, у них за шикарной внешностью всегда скрывалась какая-нибудь червоточина. Для тесного общения он предпочитал женщин попроще, заливистых хохотушек, умеющих радоваться жизни. Но в этот раз его охватил труднообъяснимый кураж. Возможно, сказалось накатившее чувство одиночества, вот и захотелось попробовать чего-нибудь эдакого. Так бывает всегда после пресной пищи и длительного поста, хочется отведать чего-нибудь острого до коликов в печенках. А, была не была!

Анисимов внимательно всмотрелся в приглянувшуюся ему женщину. Нельзя сказать, что ее лицо может стать визитной карточкой какой-нибудь шикарной фирмы, но вот на смятых простынях эта дама будет смотреться очень даже ничего. Крутые бедра заманчиво выглядывали из-под укороченной юбки, их легко представить слегка раздвинутыми, ровно настолько, чтобы пропустить между ними ладонь.

Фу ты, черт, разыгралось воображение. Видимо, с голодухи.

Очевидно почувствовав чей-то интерес, девушка слегка повернула голову (женщины всегда улавливают такие вещи). Игорь увидел внимательные глаза, ни холода, ни интереса, ни скуки, ни оживления, ровным счетом ничего такого, что могло бы хоть как-то дать понять ее психологический портрет. А сегодняшним вечером Анисимову хотелось урагана, ему хотелось верить, что за этой холодной оболочкой кипят обжигающие страсти и полыхает жаркое пламя.

Ее губы слегка дрогнули в приветливой улыбке, после чего она приняла прежний, подчеркнуто холодный вид.

Подошел официант. Точнее, он возник из ниоткуда, как преданный Сивка-Бурка перед хозяином. Оставалось только сказать ему свое желание.

— Послушай, что за женщина сидит вот за тем столиком? — показал Анисимов взглядом через зал.

Водка с селедочкой аккуратно расставлены на столе, вполне неплохое начало хорошего вечера препоганого дня.

— Как зовут эту даму, я не знаю. Она приходит сюда последние несколько дней и всегда садится именно за этот столик. Выпивает пару фужеров красного вина и уходит.

— Она не проститутка?

— Не думаю. — Официант смерил женщину наметанным взглядом. — Женщины подобного типа заметны сразу. К ней подходили мужчины, но она всех отшивала. Может быть, чего-то или кого-то ждет. Что-нибудь передать ей?

— Спроси у нее вот что… Она не будет возражать, если я подсяду к ней с бутылкой французского шампанского?

— Хорошо.

Официант продолжал стоять в полупоклоне.

— Может, еще что-нибудь желаете?

— Свободен.

Официант подошел к девушке и, почтительно склонившись, заговорил с ней. Она слушала с заметным напряжением (вот только с чего бы это?), длинными пальцами обвив ножку высокого бокала. Царственный поворот головы — и блондинка посмотрела в сторону Анисимова. Взгляд чуть лукавый, оценивающий. Призвав на помощь все свое обаяние, Игорь улыбнулся ей.

Легкий кивок головы, не требующий объяснений, и Анисимов, поднявшись, направился к ее столику.

— Разрешите присесть?

— Пожалуйста. — Ее рука чуть приподнялась, указывая на свободный стул.