Подарок дьявола - Александр Сапсай

– Мамочка, что с тобой?

– Какие-то громилы схватили меня, – сквозь слезы жаловалась женщина, – впихнули в машину. Я ничего не понимаю…

– Мамочка, это сотрудники охранной фирмы. Они плохого не хотели.

Сообразив, что Марина в курсе происходящих безобразий, Сегунцова-старшая перестала рыдать и обратила возмущенный взор к дочери:

– Сейчас же объясни, что все это значит?

Но Марина ответить не успела. В прихожей появился Алекс. Наталья Андреевна отступила к двери:

– Это еще кто?

– Знакомься, мама. Мой друг Алекс Слободски. – Девушка взяла кавалера за руку и подвела к матери.

– Здравствуйте, Наташа, позвольте я помогу вам раздеться. – Не дожидаясь ее согласия, Слободски снял с женщины пальто и пристроил его на вешалку.

– Мама, ты не обижайся, Алекс из Америки, а там отчество не принято, – поспешила пояснить Марина.

Потребовалось немало времени и не одна чашка чаю, чтобы испуганная женщина успокоилась и начала понимать, что происходит. Переварить сколько разнообразной информации затруднительно не только для представительницы слабого пола, весьма далекой от бизнеса, уголовщины и прочих прелестей современного мира. Не всякий мужчина справился бы с такой нагрузкой. Но Наталья Андреевна, обладая, хоть и не очень глубоким, но практичным умом, сообразила главное: у дочки появился кавалер, и кавалер этот американец. Причем не бедный, раз оплатил расходы по ее охране. Последнее обстоятельство вдову, привыкшую считать каждый рубль, несколько утешило.

– Простите, Алекс. Вот вы говорите – охрана. Сколько же это стоит? – решила она уточнить.

– Наташа, в трудное положение вы попали в какой-то степени и по моей вине. Документ, который ищут бандиты, представляет огромную ценность. И любые расходы с ней в сравнение не идут. Опасность угрожает всем нам и будет угрожать до тех пор, пока этот документ не будет найден, в чем я надеюсь опередить бандитов. Поэтому оставим тему денег, лучше помогите мне с поиском.

– Я все понимаю, молодой человек. Но сколько времени потребуется? Что же, я так и буду всю жизнь с этими громилами на работу кататься?

– Мамочка, не волнуйся, они совсем не страшные, – вмешалась Марина.

– Для кого как. И потом, я же не только на работу хожу. А в магазин, к подруге? Тоже с ними?

Алекс улыбнулся:

– Понимаю вас, Наташа. Давайте сделаем так. Утром сюда приедет близкий мне человек. Я вас познакомлю, и, если он не покажется вам таким же ужасным, как сотрудники «Барса», поручим вашу охрану ему.

Наталья Андреевна с ответом не торопилась. Алекс и Марина переглянулись. По их глазам матушка поняла многое. Материнское сердце не обманешь. Так смотрят друг на друга только близкие люди. «Когда они успели? – поразилась Наталья Андреевна. – Шустрый, однако, американец».

– Со мной ясно, молодой человек. А Марина? Кто ее будет охранять?

Молодые люди снова переглянулись, Марина густо покраснела.

– Мы с Мариной уедем, – ответил Алекс и пояснил: – У меня есть дела под Москвой. Я сам постараюсь обеспечить безопасность вашей дочери.

– Как уедете? Марина учится! – возмутилась женщина.

– Мамочка, я все потом нагоню. Мы ненадолго. Я же в Москве ни разу не была.

– Я ничего не понимаю. – Сегунцова-старшая изобразила наивность. – В каком качестве вы собираетесь вместе путешествовать?

– Мне двадцать лет, мама, позволь мне самой решать, в каком качестве общаться с друзьями.

Марина сказала это тихо, но твердо, и Наталья Андреевна поняла; дочь больше ей не принадлежит. Но сдаваться она не собиралась:

– Хотелось бы услышать, что молодой человек думает по этому поводу?

– Мама, как тебе не стыдно! – Марина вскочила и выбежала из комнаты. Алекс проводил ее взглядом и улыбнулся:

– Вас устроит, если Марина поедет со мной в качестве жены? – Он расстегнул рубашку, снял с груди маленький золотой крест и положил на стол: – Прошу вашего благословения.

– Господи, и все – за один день?! – искренне изумилась женщина.

– Наташа, у нас в Калифорнии есть родственники по фамилии Кручински. Мистер Кручински ухаживал за своей будущей женой семь лет. А живут они как кошка с собакой.

– Семь лет многовато, – согласилась Наталья Андреевна. – Но один день – это уж слишком…

– Я очень занятой человек, Наташа, и должен быстро принимать решения. Благословите нас.

– А Марина согласна? – для порядка поинтересовалась будущая теща.

– Она пока об этом не знает… – признался будущий зять.

Москва. 1943 год. Февраль

– Отпусти, медведь, задавишь! – молоденькая регулировщица со смехом рвется из лап огромного капитана-артиллериста.

Безусый сержант и пожилой майор обнимаются, троекратно целуются.

– Ты с какого фронта, батя.

– С Донского, сынок.

Незнакомые люди поздравляют друг друга, треплют по плечам, жмут руки. Девушки одаривают улыбками военных, старушки крестят проходящих солдатиков. Радость – всеобщая. Выстрадан второй год войны, и вот наконец долгожданная победа – не окончательная – до той еще долгий путь, через тысячи больших и малых сражений, через миллионы треугольных похоронок, – но огромная, прозвеневшая на весь мир победа – под Сталинградом.

Труженики тыла, железнодорожники, армейские транспортные батальоны своим титаническим трудом тоже готовили ее. Тысячи вагонов боеприпасов, военной техники, продовольствия, горючего доставили они в сталинградский капкан.

В наркомате внешней торговли, как и во всех учреждениях столицы, настроение праздничное. В небольшом актовом зале торжественное собрание. Председатель Президиума Верховного Совета СССР Михаил Иванович Калинин награждает снабженцев орденами и медалями. В списке награжденных есть и Моисей Семенович Зелен, но в зале генерала нет. Заместитель наркома на Волховском фронте. Там идет подготовка к прорыву блокады Ленинграда, и он прилететь в Москву не может.

Награжденных приглашают в столовую на небольшой банкет. Всесоюзный староста прощается. У него сегодня много работы, отсюда он поедет на Лубянку, награждать чекистов. Проводив Калинина, Микоян с начальником Инженерного отдела и двумя заместителями поднимается к себе в кабинет. Они выпьют по бокалу шампанского и заодно обсудят текущие вопросы. Расслабляться война не позволяет. Нарком бледен, под глазами синеватые тени. Сталин работает ночами, и все руководство вынуждено подстраиваться под вождя. Верховный любит проверить, на месте ли его соратники. А биологические часы человека ночью требуют сна.

– Ну вот, товарищи, и на нашей улице праздник!

Микоян на правах хозяина разливает пенящийся янтарь шампанского по бокалам. Несмотря на бледность, глаза наркома сияют.