Скрам 2 - Яна Егорова

Подавив все смущение в себе, наклонила голову к нему, чтобы ответить встречным поцелуем в бедро, но в темноте промахнулась и губами прямиком попала в нечто очень твердое, моментально в ответной реакции ударившее меня по носу. Хотела аккуратно миновать подвернувшийся объект, но тот от удара немного отпружинил, моя голова по инерции на пару миллиметров пошла в сторону и направилась вниз, неминуемо и тут же столкнувшись губами с самым нежным кончиком упругого мужского возбуждения. Остальное получилось само собой — мой язык захотел и лизнул то, с чем столкнулся, а не встретив сопротивления, направился скользить дальше по гладкой коже от того кончика к основанию, туда, где начинался треугольник черных волос. Объект в восторге отвердел еще сильнее и уже дважды ударил меня по подбородку, буквально танцуя от напряжения. Он ждал и вымаливал внимания, и бросился навстречу моему рту, как только я вернула голову обратно, к незащищенному, скользкому от моей слюны кончику. Одновременно с тем, как я искупала его в ней, где-то в районе подушки голова Адриана поднялась вверх и припала губами к розовой трепещущей щелке между моих ног. Пальцы гения сжались на моих бедрах, не давая мне подвинуться вперед, убегая от его ответных ласк. Я с трудом удержалась на четвереньках, почувствовав язык Адриана внутри себя.

Он особенный. Он гений и на все имеет свой собственный взгляд. Он точен, он предугадывает события, просчитывает свои шаги наперед, постоянно удивляя соперника проработанностью своей тактики. Это все здорово смотрится на работе. В Скраме. Теперь я знаю, как это работает на собственной шкуре. Он бы не был бы собой, посмотрев просто видеоролик. Нисколько не сомневаюсь, что прежде испробовать, Адриан тщательно исследовал особенности женского и мужских тел, их реакции и даже то, на что и куда, когда надо нажимать. В тот момент, когда его возбуждение стало настолько большим, что в моем рту места больше не осталось — его руки сжали и надавили на тот треугольник, который ласкали его губы, сам же он резко приподнял бедра вверх, вбив в мой рот свое возбуждение до предела — механизм двух тел сработал как часы — мы оба выплеснули результат накипевшего желания на волю, обоюдно наполнив друг друга следствием его первого эксперимента.

Засыпала я в этот раз на его подушке. Мне не позволили уйти.

На следующий день и в последующие все повторилось. Днем Адриан Шагалов вел себя, как и всегда — никто бы не догадался о том, что у гения есть свои секреты. Он работал отстранённо от других, ни с кем бесед не вел, общался коротко и только если это было крайне необходимо. А ночью все менялось. Каждая следующая ночь становилась новым экспериментом. Можно сказать, что за весьма короткое время я узнала очень много нового, о чем не стоило говорить вслух. Утро я неизменно встречала не в своей спальне. Кроме этого, ничего не менялось. За исключением…

Спустя примерно месяц, когда сидела в его кабинете, в Скраме, привычно безмолвно читала книгу и просто присутствовала, когда мой шеф работал — вдруг почувствовала кожей, что на меня кто-то пристально смотрит. Оторвав глаза от книги в телефоне, натолкнулась на умиротворенный, изучающий меня взгляд теплых кофейных глаз.