Серебряные осколки - Дейзи Вэнити

Вернувшись обратно, Уинифред принялась с рассеянным любопытством разглядывать первый этаж и еле различимые тени людей в серых матовых стеклах. Одна из теней опустилась за столик, но тут же поднялась, и Уинифред, крутанув ручку парасоли и закрыв лицо кружевным экраном, неторопливо зашагала обратно в парк.

В город пришла прохлада, и людей было немного. По аллее прогуливалась нянька, заглядывавшая под розовую шелковую ткань, накрывавшую коляску. Извинившись, ее обогнул мужчина – судя по его котелку и быстрому шагу, он просто срезал дорогу через парковую аллею. На скамейке в глубине парка Уинифред с облегчением узнала светлую голову Келлингтона, а у пруда – темноволосого Теодора. Как и обещал, он не сводил с нее глаз.

Но сейчас его внимание Уинифред делила с фигурой за своей спиной – последовавшим за ней Парсоном. Когда он поравнялся с ней, Уинифред насмешливо заметила:

– Вас непросто было разыскать, мистер Парсон. У меня сложилось впечатление, что вы не слишком-то нуждаетесь в моих услугах.

Мужчина быстрым движением отер ладони о брюки и сцепил их за спиной.

– Я не имел намерения вас избегать, – возразил он. – Странно, что мы с вами не пересеклись до сих пор.

Его верхняя губа непроизвольно дернулась, и густо напомаженные усы двинулись вверх-вниз, как у жука. Вместо сладковатого удушья опиумного дыма от Парсона резко пахло алкоголем – не сильно, но ощутимо. Почему он не хочет признать, что уже давненько не появлялся в курильнях?

– Поэтому вы с самого утра в пабе? Я, кажется, уже предупреждала вас, что мне нельзя лгать.

– Мне показалось, что за мной следят, – сквозь зубы ответил Парсон.

– Скорее всего, это была я.

– Нет, еще раньше. До того, как я предложил вам сделку.

Он поежился, и Уинифред заметила, что он припудрил тени, залегшие под глазами – тальковая пыльца густым мучнистым слоем лежала на коже.

– Вы что-нибудь узнали, мисс Бейл?

– Да. Надеюсь, вы не рассчитываете, что я первой стану выкладывать карты на стол? Если хотите все узнать, говорите, где держат мистера Акли.

– Но мне тоже нужны гарантии. Откуда мне знать, что вы меня не обманываете?

– Если вы сомневались во мне, не стоило заключать сделку, – холодно заметила Уинифред.

Парсон застыл посреди аллеи. Его лицо исказилось: у носа пролегли две неглубокие складки, глаза округлились, как у крошечной собачки. Уинифред было понятно это выражение. Парсон ее ненавидел, и каждый раз ее надменность напоминала ему об этом.

Уинифред тоже остановилась и встала к нему вполоборота. Боковым зрением она различала фигуру Теодора на скамье у пруда и знала, что за спиной у нее бдит Келлингтон. Впрочем, даже будь она одна, ей нечего было бояться.

– Как я могу вам верить? – прошипел Парсон и, к удивлению и отвращению Уинифред, вдруг шагнул к ней, угрожающе раздувая узкие ноздри. Руки его были сжаты в кулаки. – Любая сделка с вами – это игра на страх и риск.

Теодор отложил газету и привстал, но Уинифред шевельнула пальцами, дав ему знак не приближаться. Он поколебался, но все-таки не сдвинулся с места.

– Люди привыкают к страху, а тем более – к риску, – спокойно сказала она, не шелохнувшись.

Парсон, тяжело дыша, смотрел куда-то чуть ниже ее глаз. Он ожидал, что Уинифред в испуге и смущении отшатнется, но в итоге сам не вынес ее взгляда. Поэтому-то она терпеть не могла иметь дело с трусами.

Не сводя с Парсона глаз, Уинифред протянула ему лист бумаги – тот, который она случайно облила чернилами и стащила из кабинета мистера Даска. На нем значился полугодовой счет от прачки на адрес «Розы Востока», но самой главной приметой была скошенная вправо подпись Даска в углу. Чернила, к счастью, не тронули ее. Парсон взял лист, долго глядел на него, не размыкая губ, а потом со странным выражением смял его в ком. Глаза его остались неподвижными и матовыми, как у мертвеца.

– Прошу прощения. Я вам верю, – нервно сказал он и огляделся по сторонам, точно только сейчас подумал о том, что за ними могут следить. – Так вы хотите знать, где держат мистера Акли?

– Вы же не думаете, что я ради своего развлечения полезла в дом к мистеру Даску? – с раздражением поинтересовалась Уинифред. – Не нужно драматических пауз. Вы выставляете себя идиотом.

Парсон вздернул усатую верхнюю губу, обнажив ряд ровных мелких зубов.

– Он в моей курильне, – бросил он, не отводя от Уинифред неподвижного взгляда, следя за ее реакцией. – В «Золоте дракона». Холбрук приказал запереть его в одной из нижних комнат.

Парсон действительно смог удивить Уинифред, хотя лицо ее не отразило ни малейшей эмоции. Она подозревала, что Стеллана держат в одном из заведений Холбрука, но Парсон оказался достаточно дерзок, чтобы предложить ей информацию там, где мог предложить помощь.

– Как славно. – Уинифред слегка улыбнулась и кивнула головой на аллею, приглашая следовать дальше. – В таком случае для вас не составит труда извлечь его оттуда для меня.

Она знала, что он не согласится, но просто знать ей теперь было мало.

– Мы об этом не договаривались, – с тревогой возразил Парсон, двинувшись следом.

Лишившись своего единственного преимущества и убедившись, что Уинифред не рухнула в обморок от изумления, он враз растерял последние крохи своей уверенности, зажатые в крошечных, вечно потеющих кулачках.

– Сделка была…

– Я помню о сделке. Мой секрет стоит втрое больше вашего. Вытащите для меня Стеллана Акли.

Они добрели до скамейки, на которой сидел Келлингтон. В отличие от Дарлинга, откуда-то доставшего газету, он читал книгу в тонкой бумажной обложке, похожую на вручную скрепленные листы – наверняка очередной жутко заумный ученый труд. Когда Уинифред прошла мимо, Келлингтон не поднял головы, а только отложил книжицу и вынул из кармана золотые часы – знак, что он слушает и наблюдает.

– Я… не могу этого сделать, мисс Бейл, – проговорил Парсон несколько растерянно. – Если хоть кто-нибудь узнает, что я причастен к пропаже мальчишки, я лишусь не только «Золота дракона», но и жизни.

– Что в таком случае прикажете делать мне? – сердито спросила Уинифред и крутанула парасоль.

Парсон, почти до шепота понизивший голос и приблизившийся к ней, вновь отпрянул от бешено вращающихся спиц.

– Я могу передать вам план здания, – поразмыслив, предложил он. – Указать, где именно