Отель «Бертрам» - Агата Кристи

– Но стреляли не в него, а в юную леди. Горман подбежалк ней, чтобы ее защитить, и получил пулю в грудь.

– Юную леди?

– Юную леди, которую, я полагаю, вы знаете. Мисс ЭльвируБлейк.

– Вы хотите сказать, что кто-то пытался застрелитьЭльвиру Блейк из моего пистолета? – В его голосе звучало крайнееудивление.

– Возможно, у вас были какие-то разногласия?

– Вы хотите сказать, что я поссорился с Эльвирой истрелял в нее? С ума сойти! Да как я могу стрелять в девушку, на которойсобираюсь жениться?

– Это часть вашего заявления? Что вы собираетесьжениться на Эльвире Блейк?

Какой-то миг Ладислав Малиновский колебался, потом,передернув плечами, он сказал:

– Она еще слишком молода. Это надлежит обсудить.

– Возможно, она пообещала вам выйти за вас замуж, азатем передумала. Она кого-то боялась. Не вас ли, мистер Малиновский?

– С чего бы мне желать ей смерти? Или я ее люблю и хочуна ней жениться, или я не хочу на ней жениться и не обязан это делать. Всеочень просто. Зачем мне ее убивать?

– Не так уж много людей настолько близки к ней, чтобыжелать убить ее. – Дэви помедлил немного, потом добавил, как бы междупрочим: – Есть, конечно, ее мать.

– Что?! – Малиновский подскочил. – Бесс? ЧтобыБесс убила собственную дочь?! Вы с ума сошли! Зачем Бесс убивать Эльвиру?

– Может быть, затем, что, как самая близкаяродственница, она унаследует все ее огромное состояние.

– Бесс? Вы хотите сказать, что Бесс способна убить радиденег? Да у нее самой полно денег от ее американского мужа. Во всяком случае,достаточно.

– «Достаточно» и «огромное состояние» – не одно и тоже, – возразил Папаша. – Люди нередко убивают ради большогосостояния. Известны случаи, когда матери убивали детей, а дети – матерей.

– Говорю вам, вы спятили!

– Вы утверждаете, что намерены жениться на мисс Блейк.Возможно, вы уже на ней женаты? Если так, то именно вы унаследуете ее обширноесостояние.

– Какие еще дурацкие предположения вы хотите высказать?Нет, я не женат на Эльвире. Она девушка симпатичная. Мне она нравится, и она вменя влюблена. Да, я это признаю. Я познакомился с ней в Италии. Мы славноразвлеклись, но не более. Более ничего – вам ясно?

– Как же так? Только что, мистер Малиновский, выговорили совершенно определенно, что это девушка, на которой вы собираетесьжениться.

– Подумаешь!

– Вот вам и «подумаешь». Вы говорили правду?

– Я это сказал так, для респектабельности. Вы тут вАнглии такие ханжи.

– Это объяснение кажется мне малоубедительным.

– Да вы совсем ничего не понимаете! Ее мать и я –любовники. Не хотелось мне этого говорить, и я как бы взамен предложил, чтодочь и я… что мы помолвлены. Это звучит очень по-английски и весьмадобропорядочно.

– Мне это кажется еще менее убедительным. Вам ведьздорово нужны деньги, не так ли, мистер Малиновский?

– Мой дорогой старший инспектор, мне всегда нужныденьги. И это крайне печально.

– И тем не менее несколько месяцев назад, насколько мнеизвестно, вы сорили деньгами налево и направо.

– Ах, мне тогда крупно повезло. Я ведь игрок и нескрываю этого.

– Я вполне готов этому поверить. Где же вам такповезло?

– Этого я не открою. И не ждите.

– Я и не жду.

– Это все, о чем вы хотели меня спросить?

– На данный момент – да. Вы опознали пистолет как ваш.Это нам очень поможет.

– Не понимаю… Представить себе не могу… – Онпрервал фразу и протянул руку: – Дайте его мне, пожалуйста.

– Боюсь, что нам его пока придется придержать, поэтомуя вам выдам расписку на него.

Он так и сделал и протянул бумажку Малиновскому.

Тот вышел, хлопнув дверью.

– Темпераментный тип, – сказал Папаша.

– Вы напрасно не прижали его насчет фальшивого номера иБедхемптона.

– Нет, не напрасно. Мне просто хотелось, чтобы онзаволновался. Но не слишком. Мы будем ему каждый раз предлагать что-нибудьновенькое – не все сразу. А он таки задергался.

– Вас хотел видеть Старик, как только вы закончите.

Старший инспектор Дэви кивнул и направился в кабинет сэраРональда.

– А-а, Папаша. Ну что, дело идет?

– Идет. Неплохо пока – в сети уже много рыбы. В основноммелкой. Но мы и к большой подбираемся. Дело движется.

– Славная работа, Фред, – сказал шеф.