Музей боевых искусств - Александр Чернов

Возымели. А возможно, девица просто была хорошей актрисой, но она слегка смутилась.

— Стыдно. Больше не повторится. — И, меняя тему разговора, поинтересовалась: — И все-таки, где вы ночью были?

— Дома у Оксаны… — Дашка была трезвой, поэтому я на сей раз не стал запираться. Более того, подробно рассказал девушке о своем ночном приключении, не опустив происшествия со странной старухой, а также поделился своими планами относительно мобильника. — Вот только проблема, — заканчивая свой рассказ, посетовал я. — Чтобы позвонить, нужен шнур для подзарядки.

— Нашли проблему, — взглянув на меня, скривилась Дашка. — У Таньки наверняка шнур найдется.

Одеваться Дашке не нужно было, так как она уснула в одежде, поэтому времени на напяливание шмоток ей тратить не пришлось. Встав с дивана, она лишь совершила действия, которыми заканчивается процесс облачения, а именно: подтянула штаны и одернула рубашку. От резких движений кровь прилила в голову девицы, в глазах у нее, по-видимому, потемнело, потому что она стояла несколько секунд, прикрыв веки, дожидаясь, когда в голове прояснится, потом распахнула глаза и нетвердой походкой направилась в соседнюю комнату.

Появилась Дашка пять минут спустя с целой связкой шнуров для подзарядки телефонов, чем вызвала у меня радостный возглас.

— У Таньки, да и у меня тоже… — подавив зевок, произнесла она. — У нас, в общем, за всю нашу «проституточную» жизнь этих телефонов уйма была. А мобильник — вещица не дешевая, компактная и легкотеряемая. Его по пьянке то на вечеринке какой-нибудь забудешь, то потеряешь, а бывает и так, что украдут, а иной раз и отнимут. Ну а нам без мобилы, сами понимаете, нельзя — девочки по вызову как-никак. Вот и приходится необходимую для работы вещь каждый раз после утраты снова покупать. Ну а шнуры для подзарядки от прежних сотовых телефонов остаются. У меня дома такая же куча. Держите, какой-нибудь из них наверняка подойдет. — С этими словами девица сунула мне в руки связку шнуров, а сама отправилась в ванную комнату умываться.

И так ясно, что подойдет. «Сименсом» я пользовался. Из связки шнуров отобрал нужный, с широким разъемом, и подсоединил телефон к электросети. Выждав минут пять, чтобы быть уверенным, что мобильник во время пользования им не «глюкнет», я взялся за телефон, пощелкал джойстиком и, выбрав в меню строчку «набранные номера», нажал на кнопку.

Действительно, последним в списке значилось имя Джон. Говорила с этим человеком Оксана две минуты двенадцать секунд, причем именно в тот вечер, когда я остался у нее ночевать.

Прежде чем нажать на кнопку, я несколько раз глубоко вздохнул, восстанавливая сбившееся вдруг дыхание — разволновался что-то я, и было от чего: на этот звонок я делал большую ставку, — а потом утопил кнопку вызова абонента. В этот момент в комнату вошла Дашка. Водные процедуры пошли ей на пользу: лицо девушки не выглядело таким опухшим и отечным, как в момент пробуждения. Я сделал знак своей компаньонке помалкивать и приложил к уху мобильник. В нем уже раздавались посылки вызова. Целую минуту никто не отвечал. Все это время я стоял посреди комнаты, раскачиваясь из стороны в сторону и приложив руку с мобильником к щеке, похожий со стороны на человека, который места себе не находит от зубной боли, и тупо смотрел на Дашку. И вот, когда я уже отчаялся дозвониться до абонента, в трубке неожиданно щелкнуло, и произошло соединение.

Я еще раз вздохнул, чувствуя, как враз пересохло в горле, и собрался уж было заговорить, как вдруг мужской, явно принадлежащий уже не молодому человеку, довольно приятный голос с легким акцентом торопливо и радостно произнес:

— О, Оксана, здравствуй, дорогая! Ты куда пропала?

Вполне нормальная реакция человека, ответившего на звонок по сотовому телефону. А как еще должен ответить тип, на дисплее телефона которого высветилось имя «Оксана»? Кто еще может позвонить ему с мобилы, принадлежащей девушке? Резонный вопрос задал тип на том конце телефонной цепочки, но я был уверен, что он лжет — он отлично знает о том, что Оксана мертва.

— Здравствуйте, извините, это Джон? — справившись с волнением, произнес я.

— О да, да, йес, это Джон, — с оттенком легкого недоумения ответил англичанин, как ответил бы любой мужчина, который вместо ожидаемого чарующего голоса возлюбленной вдруг слышит грубый голос какого-то мужика. — Кто вы?

— Я друг Оксаны, — признался я, не называя своего имени, и напрямик спросил: — Вы знаете, что Оксану убили?

На том конце телефонной цепочки установилась тишина, потом человек как-то глухо спросил:

— Что вам угодно?

Сразу видно, англичанин деловой человек, с ходу быка за рога ухватить норовит. Но вопрос он задал именно тот, который мне был нужен.

— Хочу с вами встретиться и поговорить.

Акцент, оказывается, у иностранца был приличным, потому что в следующую секунду мой собеседник, коверкая слова, произнес:

— Ви думайт, есть необходимость?

— Конечно, причем в ваших же интересах, — попробовал я заинтриговать Джона.

Получилось. Абонент потянул немного время, потом кашлянул в трубку и произнес:

— Ол райт. Но я сейчас идти на работ. Если хотите, мы с вами будем видеться в обед. Я кушайт в кафе «Гулливер». Знаете, где оно находится?

Кто же из жителей города не знает, где находится кафе «Гулливер»? Глупый вопрос — конечно, в парке Горького.

— Знаю, Джон, отлично знаю. Когда вы там будете?

— В один час дня.

«Поздновато вообще-то, где же все это время болтаться?» — подумал я, но сейчас был не тот случай, когда можно диктовать условия.

— Да-да, Джон, — сказал я. — Договорились.

Я хотел отключить связь, но иностранец поспешно сказал:

— Карашо. Но как вы меня будет узвават?

— Я вас узнаю, не волнуйтесь, — пообещал я. — До встречи.

Я отключил мобильник и задумчиво уставился на Дашку. Девица, в свою очередь, пялилась на меня. Парочка дураков, влипших по глупости в идиотскую историю. Впрочем, главный дурак, влипший в историю, — я. Дашкин случай по сравнению с моим — детская шалость. Запросто оправдается перед ментом за разбитый у того на голове горшок. Мне же за убийство, которое я не совершал, срок светит.

— Вы думаете, Оксану убил этот самый Джон? — наконец нарушила установившуюся в комнате тишину девушка и кивнула на мобильник в моих руках.

— А у нас есть другой подозреваемый? — задал я риторический вопрос.

На плече у Дашки до сих пор висело яркое полотенце, которым она вытерлась после умывания. Девица зачем-то еще раз промокнула им абсолютно сухой лоб и бросила полотенце на спинку кресла.

— Да, в общем-то, нет, наверное. Вы пойдете на встречу с англичанином?

— Могла бы не задавать дурацкий вопрос, — произнес я обиженно. — Я с таким трудом вычислил этого Джона и, что же теперь, не встречусь с ним?