Осыпь меня золотом - Марина Серова

– Ваше чувство юмора я сразу оценил, – улыбнулся Владимир Николаевич. – Что ж, спасибо за все. Но ведь это не последняя наша встреча?

– Ну, если меня не настигнет шальная пуля в Уральских горах, то нет, – улыбнулась я в ответ.

– А вот черный юмор лучше оставьте, – поежился Ильичев. – Ну его!

* * *

В Новотроицк мы отправились на машине и к вечеру уже рассчитывали быть на месте. Так оно и получилось. Челышев еще в Тарасове согласовал все с местными федералами, так что команда подобралась грамотная и достаточная по количеству.

– Нам туда соваться резона нет, – говорил Челышев в машине. – Главная наша задача – сидеть тихо и смотреть в оба. И ждать. Они сами все сделают, останется только повязать их тепленькими, когда они до слитков доберутся.

Говорил он это в основном для своих подчиненных из низших чинов, поскольку мне-то и так все было понятно. План и впрямь был прост: сидеть, наблюдать и ждать. Но я прекрасно знала, что эта простота – кажущаяся. Во-первых, для успешного завершения операции следовало самым тщательным образом отслеживать ситуацию. Во-вторых, не забывать, что в подобных делах возможны какие угодно сюрпризы, которые трудно предусмотреть, и тогда придется действовать спонтанно, что называется, экспромтом. Во многом поэтому Челышев согласился на то, чтобы я тоже приняла участие в операции: майор знал, что я сильна именно в таком качестве. Что в трудный момент не растеряюсь и найду выход из любой экстремальной ситуации.

К нашему приезду было готово главное: место дислокации, надежно замаскированное, и необходимое наблюдательное оборудование за территорией противника. А там тем временем уже наблюдалось явное шевеление.

Современная техника, которой были снабжены фээсбэшники, позволяла не только просматривать местность, но и слышать некоторые разговоры противоположной стороны. Для этого, разумеется, пришлось постараться. Но местные подсуетились и внедрили одного из своих агентов в члены бригады по откопу золотых слитков господина Михайлова. Так что дополнительными сведениями мы также имели все шансы располагать.

– Вот, Женя, взгляни-ка, – подозвал меня Челышев.

Я приникла к окулярам. Территория, где располагался «Арсенал», просматривалась отлично. Там сновали около полутора десятков мужчин, среди которых были как простые на вид работяги, так и парочка солидных дяденек. Да и автомобили при входе припаркованы соответствующие.

– Вон Михайлов, – подсказал один из новотроицких фээсбэшников, указывая на плотного, очень ухоженного мужчину лет пятидесяти, с презрительно оттопыренной нижней губой. Он лениво прохаживался туда-сюда, оглядывая все оценивающим взглядом, и выглядел весьма озабоченным.

Возле него крутился высокий человек в спортивном костюме, в котором я узнала Разлогова.

– Быстро же он среагировал, – заметила я. – До чего же сильна жажда золота.

– Золото – оно такое, – усмехнулся Валерий.

И все же время у нас, по моим подсчетам, имелось. Как бы ни торопились Михайлов с Разлоговым найти спрятанные слитки, вряд ли они полезли бы туда сегодня. К тому же уже темнело.

– Значит, он сговорился с Михайловым, – протянула я, имея в виду Разлогова. – А я была уверена, что он захочет все себе прикарманить!

– Он бы и прикарманил, если бы имелась возможность. Не светясь перед Михайловым, он сюда просто не проберется, и он это понимает.

– Знаешь, Валера, – задумчиво проговорила я, наблюдая, как суетится Разлогов, нарезая круги вокруг Михайлова. – Я бы все-таки присмотрелась к нему повнимательнее. Нельзя выпускать его из вида, и доверять ему тоже нельзя.

– А кто собирается ему доверять? – хмыкнул Челышев.

– Это я о том, что Разлогов вполне может отколоть какой-нибудь номер.

– Там поглядим, – бросил майор.

– Скорее бы уже ночь прошла, да утро настало, – со вздохом проговорила я свои пожелания. – Уж завершить бы все поскорее!

– Ты, главное, не рыпайся, Евгения! – напутствовал меня Челышев. – Спешка – она знаешь, в каких делах хороша? А мы совсем другими занимаемся. И опыт мне подсказывает, что завтра мы вряд ли все завершим. Очень вряд ли. Так что если у тебя зудит в одном месте, можешь вернуться в Тарасов.

– С каких это пор ты меня записал в торопыги? – оскорбилась я. – Или напомнить о моем послужном списке?

– Не стоит, Женя, я все помню. Просто постоянно держу в голове, что ты женщина, – примирительно сказал Валерий.

– Ты – половой шовинист, Челышев, – заявила я ему, немало обескуражив, и обиженно отошла в сторону, раз уж меня обвинили в гендерном проигрыше.

Поздно вечером пришел агент, попавший в число помощников, нанятых Михайловым.

– Как раз к ужину подоспел, – приветствовал его Челышев, когда мы все расселись перед выставленным пайком. – Присаживайся.

Парень сел рядом и первым делом взялся за ложку.

– Жрать совсем не дают, сволочи! – пояснил тот. – За целый день ни разу не накормили.

И быстро застучал ложкой, уминая гречневую кашу с тушенкой.

Тушенка была вкусной – настоящей, солдатской, не то растительное месиво, которое присутствует в продаваемых на рынках и в магазинах консервных банках. Меня тоже не пришлось уговаривать: на свежем воздухе аппетит у меня всегда бы отменным.

– Ну, что скажешь, Паша? – обратился к нему Челышев, когда тот утолил наконец голод.

– Готовы лезть хоть сегодня, – улыбнулся Павел. – Особенно этот… длинноносый рвется. Если бы ночью не темнело, он бы прямо сейчас туда отправился, с голыми руками.

– Они что, даже минеров не стали нанимать? – изумился Челышев.

– Нет. А зачем, если карта есть? – усмехнулся Павел. – Это они так рассуждают.

– Эх, и кретины! – покачал головой Челышев.

– Согласен, – кивнул Павел.

– Ты сам-то будь осторожнее, – бросил ему майор.

– Обижаете, Валерий Алексеевич, – отозвался Павел. – Я шлангом прикинулся – человек маленький, неподготовленный, решил деньжат немного срубить на подсобных работах. Так что следопыты их вперед отправятся, а я уж потом с остальными подтянусь, лопатой махать.

– А на чем же они с Разлоговым договорились? – поинтересовалась я.

– Да тут все просто, – пожал Павел плечами. – Разлогов дал Михайлову карту в обмен на пятьдесят процентов.

– Он что, совсем идиот? – удивилась я. – Да Михайлов ничего ему не даст, когда слитки будут откопаны.

– Может, и идиот, но не совсем, – сказал Павел. – Он ему так сказал: ты немедленно переводишь на мой счет энную сумму, а я тебе сразу же отдаю карту с сокровищами. Михайлов согласился.

– Ну понятно, – кивнула я. – Еще бы ему не согласиться! Только после того как золото будет найдено, ему ничего не стоит грохнуть Разлогова. А уж способ получить деньги с его якобы счета он найдет. Михайлов тоже не дурак, чтобы какому-то Разлогову отстегивать. Его и искать-то никто не станет. Кто он такой? Бывший зэк, только что освободившийся. Сгинул и сгинул, никто и не чухнется.