Вальсирующие со смертью - Михаил Март

— Рад слышать ваш голос, Семен Семенович. Чем могу быть полезен?

— У меня задержка с получением гонорара. Так уж нелепо получилось. Но не могли бы вы мне одолжить еще пятьсот долларов? Что называется, до круглой суммы. Верну в ближайшее время.

— Нет вопросов, уважаемый Семен Семенович. Вы знаете, где мой офис? Можете приехать хоть сейчас. Никаких проблем. Всегда рад помочь.

— Огромное вам спасибо. Я скоро буду.

Семен положил трубку, взял со стола три увесистых папки и вышел из кабинета.

* * *

Горелов стоял у окна и о чем-то думал. Добрушин вошел без стука.

— Шерлок Холмс решает очередной ребус? Лейтенант оглянулся.

— Вы правы, Семен Семеныч. Сплошные ребусы.

— Что на этот раз?

Майор положил папки на стол.

— Понимаете, в чем дело. Вскрылось совершенно невообразимое обстоятельство. Оказывается, Людмила Вельяминова уже похоронена. Да-да. Ее сожгли в крематории десять дней назад. Документы подтверждают это. Похороны состоялись через день после того, как она уехала на свидание к Роману. К документам не придерешься. Смерть на улице, морг, вскрытие. Диагноз: сердечная недостаточность. Наутро ее забрали родственники и отвезли в крематорий. В ритуальном зале морга прошла панихида. Где искать загадочных родственников, я не знаю. У Вельяминовой их нет. Вопрос: чей труп найден в лесу? Мы только знаем, что платье принадлежало Вельяминовой. Но это же не доказательство.

Добрушин подумал и сказал:

— Я возьму ее фотографию в паспортном столе и поеду в морг. Тело еще там?

— Да, пока личность не установлена, мы не даем разрешения на кремацию.

— Отлично. Ну а потом придется покинуть родные пенаты и ехать в Снегири. Там своих чудес хватает. Заварилась каша… И еще, Палыч. Фотографию Калгана с Блохиной я пока оставлю у себя. Глядишь, и на беседку наткнусь ненароком.

— Делайте, как считаете нужным.

Добрушин заметил среди папок на столе две

книги. Он взял одну в руки и прочел: «Разочарования сатаны», автор Александр Веселовский.

— Что за вкусы, лейтенант?

— Это не мои вкусы. Книги изъяты из квартиры Елены Григорьевой. На них стоит дарственная надпись автора, а она была редактором. Мы хотим поговорить с этим писакой, может, он прольет свет на ее замкнутую жизнь.

— А где же ее муж?

— Бывший. Уехал в Питер. У него контракт.

Добрушин напряг память и вспомнил это имя.

Лена ему рассказывала про талантливого писателя, который спился, оставшись непонятым.

— Я могу взять одну из книжек для более близкого знакомства?

— Конечно. Только они запротоколированы, не потеряйте. Почему-то всегда только книги теряют.

— Я ничего не теряю, Палыч. А главное, голову не терять. Только на нее мы можем уповать. Калгана ногами не обработаешь, его просчитать надо, опередить, выставить капкан и встретить во всеоружии.

— И как это у вас все получается, Семен Семеныч? Раз — и в дамках.

Не заходя в свой кабинет, Добрушин покинул райотдел, сел в машину и отправился в морг. По пути он заскочил на почту и достал из ящика четыре письма. Сидя в машине, он распечатал конверты и пробежал глазами по текстам. Из четырех только одно стоило внимания.

«Здравствуйте, Роман!

Меня зовут Катя. Высокая, интересная, но чертовски одинокая женщина. У меня есть все, что только душа пожелает, нет рядом крепкой, надежной опоры. Предупреждаю, я женщина разборчивая и если вы мне не понравитесь, то я повернусь и уйду. Пусть глупо, но я стою того, чтобы заполучить принца, а не ханыгу. Если вы себя таковым считаете, то звоните и мы встретимся. В противном случае не теряйте ни моего, ни своего времени. Учтите, я стою дорого, но и сама готова платить за настоящий товар. А мне есть чем платить.

Жду звонка, Катерина».

Дальше шел контактный телефон.

— Ишь, стерва! Я тебе твой гонор пообрежу! Ты у меня по проволоке ходить будешь! Принцесса хренова.

Он выбросил все письма, а последнее убрал в карман.

Добрушин не верил в мистику и в привидения. Он мало во что верил, но в сознании начали возникать какие-то не свойственные ему мысли. С ним творилось что-то неладное. Он уже не мог осмыслить происходящее трезво и холодно, что было свойственно его складу ума.

Все дело в деньгах. Они каким-то странным образом выскользали из его рук. Он их видел, трогал руками, ощущал всеми фибрами своей души. Но как только жертва покидала этот мир и уходила в другой, деньги исчезали. Они таяли. Улетучивались. И он ничего не мог с этим поделать. Ни одна живая душа не могла их украсть. Так не бывает. Исключено. Но что это? Чем больше он думал об этом, тем меньше понимал.

По дороге Семен заехал в офис к адвокату, получил обещанные деньги и спрятал их в ботинок, когда вернулся в машину. Только бы довести их до Надюшки, а у нее не пропадут!

В морге его ждал новый сюрприз. Когда из холодильной камеры достали труп Вельяминовой, он сам похолодел и стал похож на замороженного покойника. Да, это была она. Он очень хорошо помнил всех своих женщин. Белая как снег, она будто спала и не хотела, чтобы ее беспокоили. Могло произойти все что угодно, но только не это. Труп не мог сам выбраться из могилы и уйти в лес в поисках более удобного места. Никто не мог знать о ее гибели. Пустынный сад, ночь, целлофановый мешок. Нет, это нереально!…

Однако мертвое тело Людмилы Вельяминовой лежало перед ним на столе. И чем больше он в него всматривался, тем страшнее ему становилось. И кого же сожгли в крематории? О какой уж тут логике можно говорить.