Стиль подлеца - Чингиз Абдуллаев

Курлаев снова закашлялся. Было видно, что жить ему осталосьнедолго, может быть, несколько минут, и он торопился все сказать.

— Через несколько дней мне передали приказ… Я не хотелего выполнять, но вы же знаете… нельзя отказываться… нельзя не — выполнять. Мнеприказали не просто убрать. Я уже знал… знал… о спрятанной камере в номереотеля. Мне передали приказ, чтобы я появился в отеле сразу после отъездабизнесмена… Несчастная девочка, — вдруг всхлипнул Курлаев, — она мневерила… так верила, что не боялась меня… Мне шрам такой же сделали, как у него,как у него… Я разделся… взял пистолет с глушителем… и… — он помедлил инаконец произнес, собравшись с духом или с последними силами: — Я выстрелил… вдевочку. Если вы видели пленку, там все снято четко… Потом я пленку взял…

— Водителя тоже ты убил? Леонида? — крикнулДронго.

— Его тоже… — прохрипел полковник Курлаев. —Его Арсен боялся… Он просил убрать парня… Водитель знал про Арсена. Только онзнал… Мы приехали к нему домой… Арсен сам вошел и мне дверь открыл… Я сразустрелять хотел. Он побежал…. В спальне его догнал. Он у окна стоял…

Курлаев закрыл глаза. Ему было трудно дышать. Внизураздавались крики служащих компании, пытавшихся бороться с огнем до приездапожарных.

Дронго еще ниже склонился над Курлаевым. Он еще дышал.Наступило молчание. Ильин потрясенно молчал, глядя на Дронго.

— Что нам теперь делать? — спросил Ильин.

— Пока не знаю, — ответил Дронго. — Если сним ничего не случится, будет просто здорово.

— Он умирает, — сказал Ильин.

И в этот момент полковник открыл глаза. Очевидно, он уже струдом соображал, что происходит.

— Мне она нравилась… — прошептал полковник. —Я не хотел…

С этими словами он умер.

— Вот и все, — мрачно подвел итог Ильин, — иу нас теперь нет самого важного свидетеля.

В комнату ворвались Александр Михайлович и генерал Федосеев.

— Как он себя чувствует? — торопливо спросилгенерал. — «Скорая помощь» сейчас будет здесь.

— Уже никак, — ответил Дронго, — ему уже всеравно.

— Нет! — закричал Александр Михайлович. — Неможет быть!

— Может, — безжалостно сказал Дронго, — можетбыть. Когда вы отправили заявку?

— Сегодня утром, — пробормотал охваченный ужасомбизнесмен.

— Ее можно отозвать?

— Практически нет. Уже поздно, очень поздно, —вздохнул Александр Михайлович, взглянув на часы, — шесть часов вечера.Наша заявка уже прошла.

— Поздравляю, — хмуро бросил Дронго, — я жепросил вас ничего без меня не предпринимать. Теперь вы значительно осложнилинам задачу. Если не сказать — загубили дело.

Бизнесмен взглянул на погибшего. Нахмурился. Потомнеуверенно сказал:

— Кажется, я его видел где-то.

— Где вы его могли видеть?

— Мы ездили в «Русь», — пояснил АлександрМихайлович, — как раз накануне того дня, когда я улетел. Сидели до трехночи. И я его там заметил. Он сидел в углу, словно прокаженный, и ничего не ел.Наверное, за Ириной следил.

— Вы его точно запомнили? — спросил Дронго, —посмотрите внимательно.

— Разве такого забудешь? — горько спросилпрезидент компании. — У нас даже пленка осталась, как мы гуляем вресторане. Пленка есть, а людей уже нет в живых.

У погибшего убийцы было почти безбородое лицо, и от этогооно казалось выделанной из тонкой кожи маской, натянутой на его голый череп.Казалось, даже смерть не могла изменить резкие черты его лица.

— В каком ресторане? — уточнил Дронго, нерасслышавший название ресторана.

— Они ездили вместе со своими друзьями в ресторан«Русь», — пояснил Федосеев, — за город ездили. Там день рожденияотмечали, некоторые знакомые собирались. Была даже пленка об их встрече, но мыее на всякий случай изъяли, чтобы никто не узнал о том, что они действительновстречались.

— Когда это было?

— Как раз за день до убийства. На следующее утроАлександр Михайлович должен был улетать.

— Вот именно, — горько сказал АлександрМихайлович, — называется, погулял «на всю катушку».

— Пойдемте отсюда, — предложил генерал, —здесь уже мы бессильны. Сейчас работники прокуратуры придут. Не нужно, чтобыони нас видели у трупа Курлаева. Вы успели записать хотя бы часть его слов намагнитофон? — спросил он у Ильина. Тот покачал головой. Федосеев посмотрелна Дронго, но и он не мог ничем обрадовать генерала.

Они вышли из комнаты, когда туда уже вбегали врачи «Скорой»и помощник прокурора.

— Не торопитесь, — посоветовал им Ильин. Уже влифте Дронго заметил, как тяжело дышит Александр Михайлович. Он явно не былготов к такому повороту событий. В кабинете все расселись вокруг столапрезидента. После всех в комнату вошел Любомудров. Он заметно хромал и опиралсяна палочку, которая, как оказалось, выглядела весьма стильно и шла ко всему егооблику.

— Что нам делать? — спросил упавшим голосомАлександр Михайлович. Внезапный взрыв и смерть подозреваемого, вычисленного стаким трудом, сильно потрясли его. Теперь он вообще не верил в торжествосправедливости.

— Есть еще два дня, — начал Дронго. — Я хотелвам сегодня подробно доложить о ситуации, но попасть в ваш кабинет былоабсолютно невозможно. Вчера я встречался с Уордом Хеккетом. Он пообещал мне,что пленку покажут в среду вечером по каналу, который они контролируют, в томслучае, если вы подадите заявку на участие в аукционе.

— Что мы и сделали, — заявил АлександрМихайлович. — Может, теперь пустить по нашему каналу какой-то забойныйдетектив? Пусть в среду все смотрят его, а не ту пленку. Впрочем, — сказалон тут же, понимая, как иллюзорен и бесперспективен такой план, — не стоитдаже пытаться. Все равно люди кинутся глазеть «клубничку», да еще с убийством.Как все глупо получилось…

— Может, стоит объявить об отказе участвовать ваукционе? — спросил дрогнувшим голосом Александр Михайлович.

— Это ваше право, — ответил Дронго, — но развы уже подали заявку, давайте подумаем, что можно предпринять.

— Мы так и не узнали, кто давал ему всеуказания, — хмуро напомнил генерал, — он все время молчал.

— Как вы думаете, кто отдавал Курлаеву приказы? —поинтересовался Викентий Алексеевич.

— Не знаю и не хочу гадать. Хотя, судя по всему, сАрсеном они были знакомы. Мне кажется, что по первоначальному плану, которыйбыл кем-то разработан, они не хотели убивать женщину. Было достаточно скомпрометироватьбизнесмена, засняв на пленку его любовные похождения. Но потом наложился другойплан, более изощренный, и они решили, что он более действенный. Тогда и былопринято решение об убийстве Ирины. Можете меня не спрашивать, я все равно незнаю точно, кто за этим стоит. И никто не мог знать. Кроме убитых, разумеется.Судя по всему, Арсен был платным агентом не только милиции, но и службыбезопасности. Вполне вероятно, что корни преступления тянутся не только к МВД,но и во все структуры бывшего КГБ. Как вы считаете, Савва Афанасьевич?