Букет прекрасных дам - Дарья Донцова

— Увидела и даже попыталась убежать, но та все равно еесбила!

— На пустой широкой дороге! Тебе не показалось этоудивительным?

Я вспомнил, как тупорылое авто вильнуло вслед за несущейся ктротуару девушкой, и осторожно сказал:

— Вероятно, водитель был пьян. Честно говоря, мне…

— Говори!

— Видите ли, «Вольво» казался безукоризненно вымытым,прямо сверкал весь, а номера были заляпаны грязью…

— Вот! — стукнула кулаком по подлокотнику креслаНора. — Вот и я про то же! Риту убили.

— Ну что вы, — попытался я образумитьхозяйку, — девушка, молодая, никому в жизни не сделала зла, коммерцией незанималась, жила как птичка, не мешая другим. Ну зачем лишать ее жизни?

— Вот это-то главный вопрос, — протянула Нора ипобарабанила пальцами по подлокотнику, — очень, очень интересный вопросик,и мне хотелось бы знать на него ответ…

Повисла тишина. Моя хозяйка уставилась в незанавешенноеокно, подергала себя за волосы и заявила:

— Ладно. Значит, так, Ванечка, я теперь ни есть, ниспать не смогу, пока не докопаюсь до истины.

— Что вы имеете в виду? — решил уточнить я.

Элеонора вытащила из кармана пачку сигарет, золотой«Ронсон», и, щелкнув зажигалкой, спокойно ответила:

— Буду искать убийцу Риты.

Я попытался вразумить Нору:

— Дорожное происшествие вещь распространенная. КапитанРезов, ну тот, что составлял протокол, сказал мне: если водитель, сбившийчеловека, сам не остался на месте происшествия или если свидетели не запомнилиточно номер, то найти преступника практически невозможно.

— Мне насрать, кто ее сбил, — прошипела Нора.

Я оторопел:

— Как это?

— Просто, глубоко плевать на того, кто сидел забаранкой, гораздо интересней узнать, кто заплатил киллеру. Меня волнует неисполнитель, а заказчик, понял?

— По-моему, вы слишком усложняете ситуацию, —осторожно начал я, — дело было вечером, шофер, скорее всего, пьяный…

— Ее убили, — спокойно заявила Нора.

— Это мнение милиции?

— … … — рявкнула Элеонора, — милиции! Тожемне, блин, специалисты фиговы! Да они там все твердят, что Рита нарушилаправила дорожного движения. Перелезла через железное ограждение и пошла черездорогу. Следовало направиться к пешеходному переходу, а тот в двухстах метрахот места происшествия. Да еще алкоголь!

— Какой?

— У нее в крови нашли алкоголь, — хмуро пояснилаНора, — незначительное количество, эксперт сказал, что, скорей всего,один-два фужера вина.

— Для Риты это ерунда.

— Мы с тобой знаем, что Ритка могла выпить две бутылкиконьяка и не окосеть, — вздохнула Нора, — а специалист твердит, чтодля девушки ее хрупкого телосложения такого количества спиртного вполнедостаточно, чтобы съехать с катушек. Вот и получается картина: пьяная, вечером,на темной улице.

— Там великолепное освещение, — перебил яНору, — извините, пожалуйста, что не дал договорить, но прямо у остановкиустановлена гигантская реклама, лампочек сто, не меньше, горят, Риту было виднокак на ладони, и потом…

— Что, — резко спросила Элеонора, — чтопотом?

Я вновь вспомнил, как «Вольво» вилял вслед за Маргаритой, исказал:

— Водитель так странно себя вел. Рита побежала, нашоссе было полно места, он запросто мог ее объехать.

— Вот видишь, — прошептала Нора, — даже тебеясно, что дело нечисто. Ладно, хватит трепаться попусту. С завтрашнего утраначинаю сама искать убийцу.

— Как? — изумился я. — Сама? Зачем?

— А кто еще этим займется? — фыркнула Нора ираздавила в пепельнице окурок.

— Милиция.

— Ой, не смеши меня, они давным-давно списали этопроисшествие в разряд «глухарей». Никто и палец о палец не ударит. И потом,наши доблестные правоохранительные органы способны только бороться с бабушками,торгующими возле метро укропом.

Я попытался вразумить Нору:

— Ладно, если не доверяете милиции, наймите частногодетектива, сейчас много контор.

— Шаромыжники и обманщики, — дернула плечомНора. — Не нужен никто, сама найду.

Я рассердился:

— Нора, жизнь — это не ваши любимые детективы.

— Не занудничай!

Я обозлился вконец и от этого весьма бестактно ляпнул:

— Но как вы собираетесь заниматься оперативной работой?Извините, конечно, но в инвалидной коляске это достаточно трудно проделать.

Нора прищурилась:

— У меня есть ноги, молодые, здоровые, резвые.

— Откуда? — удивился я, подозрительно посмотрев нахозяйку. Элеонора — это совершенно необыкновенная женщина, у такой и впрямьмогут оказаться запасные конечности.

— Мои ноги — это ты, — спокойно заявила Нора ивновь вытащила сигареты. — Помнишь, мы читали Рекса Стаута, про НироВульфа и Арчи?

— Конечно.

— Так вот, я — Ниро, а ты — Арчи.

— Я?!

— Именно. Ты станешь ходить там, где мне не пройти,собирать информацию, а по вечерам докладывать результаты. Подумай сам, какаячудесная пара из нас получится. Ты молод, здоров, а я умна. Моя голова, твоиноги.

— Но я совершенно не приспособлен к подобной работе.

— Глупости.

— У меня плохо с логическим мышлением.

Элеонора в раздражении ткнула недокуренной сигаретой вхрустальную пепельницу.

— От тебя никто не требует наличия серого вещества.

— Но я не умею быстро бегать, стрелять…

— Ты насмотрелся фильмов про Джеймса Бонда.

— Не люблю боевики, кстати, и детективы читаю толькотогда, когда нужно развлечь вас.

Нора вздернула брови, подкатила к моей кровати и схватилакниги, лежащие на ночном столике.

— Ага, Маркес, «Сто лет одиночества» и Брюсов«Стихотворения». Ты обожаешь занудство.

— Можете называть эти произведения занудством, они отэтого хуже не станут.