Полнолуние - Александр Горский

— Изумительно!

На лице Хованского застыла странная гримаса. Как показалось Илье, именно так выглядела его собственная физиономия во время прошлогоднего визита к стоматологу. Смесь боли и отвращения.

— Образцовый сотрудник! Даешь ему распоряжение, он сразу же выполняет. Все бы такие были! Да, Лунин?

— Дмитрий Романович, может, не надо? — тихо попросил Илья, видя, что хозяин кабинета намеревается выплеснуть на него все накопленные с начала сентября негативные эмоции.

— Не надо? — Изумление Хованского достигло наивысшей возможной точки, а затем подпрыгнуло еще куда-то вверх. — Почему не надо, Лунин? Или ты думаешь, что, если все станут такими, как ты, тогда я точно сойду с ума? Или меня инсульт тяпнет прямо посреди кабинета? Тебе какой вариант больше нравится, Лунин? Или лучше совместить оба сразу?

— Я, может, пойду, Дмитрий Романович?

Илья тяжело переминался с ноги на ногу, глядя на покрасневшее лицо генерал-майора. Услышав реплику подчиненного, Хованский на мгновение замер, словно делающий стойку охотничий сеттер, но отчего-то не стал бросаться в новую атаку, а лишь сделал вялый, приглашающий жест рукой.

— Садись, раз пришел. Говорить будем. Вернее, я говорить, а ты слушать. Усек?

— Так точно, — вздохнул Лунин, из соображений безопасности усаживаясь подальше от хозяина кабинета.

— «Так точно», — передразнил его Дмитрий Романович. — Значит, слушай меня внимательно. У нас в области есть такой поселок — Нерыбь. Слышал?

Илья отрицательно покачал головой.

— Плохо, — цокнул языком Хованский, — у тебя там, между прочим, полно знакомых.

— Это кто же? — Лунин никак не мог понять, о чем речь.

— Ты что, Лунин, забыл, где «пятерка» находится? Хороший следователь должен знать, где отдыхают его подопечные.

— Точно, — поняв, о чем речь, Илья не удержался и громко щелкнул пальцами, — совсем из головы вылетело.

— Что-то у тебя то с дисциплиной проблемы, то с памятью. Так ведь и до неполного соответствия докатиться можно, — не упустил своего Хованский. — Ладно, теперь по существу. То, что в поселке Нерыбь находится ИК-5, мы вспомнили. Начальник колонии, если ты не в курсе, полковник Кноль Аркадий Викторович. Знаешь такого?

На всякий случай Лунин кивнул, хотя фамилию начальника пятой исправительной колонии слышал впервые в жизни.

— Вижу, что не знаешь, — фыркнул Хованский. — Впрочем, тебе и не обязательно, ты, ежели что, в другое место поедешь.

После очередной безответной колкости в адрес подчиненного настроение генерала немного улучшилось, что сразу же сказалось на его манере общения.

— Итак, слушай внимательно. У Кноля есть дочка. Семнадцать лет, учится в одиннадцатом классе. В прошлую пятницу она пропала. Сам понимаешь, папаша поднял в ружье весь поселок, прошерстил все вокруг, но никто ничего так и не нашел. Ни самой девицы, ни каких-либо ее следов. Вернее, собаки вроде как сперва взяли след, потом потеряли, в общем, без толку. Вариантов, сам понимаешь, может быть много. Девочка могла уйти в тайгу и заблудиться или ногу подвернуть, а могла и вовсе собраться и втихаря от папаши рвануть куда подальше. В семнадцать лет девицы еще не такие кренделя выкидывают. Вон, у Локоткова дочка, слыхал, как учудила? Еще школу не окончила, а сама уже на пятом месяце. И кто ей ребеночка подсуропил, не признается. Молчит как партизанка.

Илья вновь молча кивнул.

— Вот все всё знают, — всплеснул руками Хованский. — Откуда, мне интересно? Господи, одни балаболы кругом. Не умеют люди язык за зубами держать, совсем не умеют. Вот скажи мне, ты от кого это услышал?

Немного замешкавшись с ответом, Илья наконец выдавил из себя правдивый ответ:

— От вас.

— От меня? — Хованский возмущенно подпрыгнул в кресле. — Когда?

— Вы же только что мне все рассказали, — еще больше смутился Лунин.

На несколько мгновений в кабинете воцарилось напряженное молчание.

— Продолжаем разговор, — взял себя в руки Дмитрий Романович. — Итак, вариантов много, в том числе вовсе не криминальные. По большому счету, тут и дело заводить пока повода нет особого, а уж мы бы в него никогда не полезли, если бы не одно обстоятельство.

Хованский вновь замолчал, но на этот раз пауза в разговоре была вызвана некоторой любовью генерала к театральности и его желанием подчеркнуть важность следующей фразы.

— Примерно год назад, в октябре прошлого года, в поселке пропала и так потом не нашлась еще одна девочка. Они с Кноль ровесницы, учились в параллельных классах.

— То есть ей тогда было шестнадцать, — уточнил Лунин.

— Шестнадцать, — согласился Хованский, — но это не главное. Вся штука в том, что она пропала четырнадцатого октября. Улавливаешь?

— Пока не очень.

— Поначалу никто не уловил. А потом мать той девочки прибежала к участковому и ткнула его в календарь носом. Или он сам носом ткнулся. Точно не знаю, но вроде от участкового вся эта тема и поплыла.

— Так ведь даты не совпадают, — Илья зажмурился, пытаясь вспомнить, какое на календаре число, — прошлая пятница, это ведь, кажется, тридцатое было.

— Тридцатое, — вновь согласился Дмитрий Романович, — только это все не то. Речь ведь не про простой календарь идет. Лунный календарь, Илюша! Лунный!

Илья вздрогнул от неожиданности. Впервые за последние полтора месяца Хованский, пусть и случайно, увлекшись разговором, но все же назвал его не по фамилии.

— Четырнадцатого октября прошлого года было полнолуние, а в этом году оно, представь себе, пришлось как раз на тридцатое. И оба раза пропали молодые девушки. Ты, Лунин, чувствуешь, чем это пахнет?

— Может, совпадение?

— Нет, совпадением здесь не пахнет, — Хованский хищно оскалил зубы, — я тебе так скажу: здесь вообще ничем не пахнет. Здесь воняет! Воняет всем тем дерьмом, в которое ты так любишь вляпываться.

— Вот зачем вы? — Новая вспышка Хованского окончательно выбила Илью из колеи.

— Любишь, Лунин, еще как любишь, — лицо начальника областного управления вновь начало стремительно багроветь, — причем взаимно. Тебе же эти странные… не люди, даже не знаю, как их назвать лучше… существа! Эти существа тебе звонят, письма пишут, ты с ними на свидания по ночам бегаешь.

— Дмитрий Романович!

— Ах да, прости! Не только по ночам. — Генерал вскочил на ноги, вероятно, для того, чтобы, хотя бы стоя, оказаться выше сидящего за столом почти двухметрового следователя. — В общем, так, завтра с утра выдвигаешься в Нерыбь. Неделя тебе, чтобы разобраться, что к чему. Документы на командировку получишь у секретаря.

— Так, а что я там делать буду? — попытался было отказаться Лунин. — Мы ведь оперативно-разыскными не занимаемся.