Тайный гость - Яна Перепечина

Пока ели блины соседи слева, на участке сзади тоже послышались голоса. Уже знакомая Константину смешная девчонка громко обсуждала с довольно взрослой девушкой, наверное сестрой, исчезновение какой-то расчёски и наотрез отказывалась брать вину на себя. Ещё одна девушка, чуть постарше, громко звала младших барышень есть сырники.

Константину тоже очень захотелось блинов или сырников. Его мама, которая виртуозно готовила и то и другое, умерла уже давно. А Света… Света после рождения их сына ни блины, ни сырники не делала. Ей было некогда. И сил не хватало. Да и не хотелось. Ей вообще ничего не хотелось…

От грустных мыслей его отвлёк звонок. Кто-то дёргал за верёвочку колокольчик, повешенный на забор ещё старыми хозяевами. Удивившись, Константин спустился вниз и вышел из дома. У калитки стояла его новая соседка, мама пятерых детей.

– Доброе утро! – весело поприветствовала его она. – А мы проснулись – видим, у вас машина стоит. Ну, и решили, что вы приехали с утра пораньше…

– Да, – кивнул Константин и тоже улыбнулся, ещё не очень понимая, к чему клонит соседка.

– Вы простите, пожалуйста, мою бесцеремонность, – тем временем продолжала та, – но мы подумали, что вы наверняка проголодались, а дом у вас пока ещё не обжитой и поесть вам толком негде. И поэтому мы взяли на себя смелость угостить вас блинами.

В этот же миг из кустов черноплодки, росших за забором, выскочили её трое сыновей с тарелкой, на которой невысокой горкой виднелись блины, и мисочкой с клубникой.

– Мальчишки, осторожно, не уроните, – попросила их мать.

А Константин изумлённо уставился на мальчиков, а потом посмотрел на неё.

– Вы знаете…

– Майя, – подсказала соседка.

– Вы знаете, Майя, – с улыбкой кивнул Константин. – Я вот только что мечтал о блинах.

– Не может быть! – весело обрадовалась соседка. – Вот и замечательно! Приятного аппетита! Ну, не будем вам мешать. Мальчики, за мной! – скомандовала она и тут же направилась к своей калитке.

– Приятного аппетита! – громко гаркнули её сыновья, сунули в руки Константину тарелки и послушно потянулись за матерью. Один из них, самый маленький, не выдержал, оглянулся и со сдерживаемым ликованием сообщил:

– А мы послезавтра на море уезжаем!

– Антош, не приставай, – нахмурилась обернувшаяся Майя, а Константин преувеличенно вытаращил глаза, изображая восторг, и показал малышу оттопыренный большой палец правой руки. Тот просиял и махнул ему рукой. Майя благодарно улыбнулась Константину, и вся процессия снова двинулась в сторону соседнего дома.

Константин посмотрел мальчикам и их матери вслед. Меньше всего Майя была похожа на многодетную мать, какими их обычно представляют себе. По траве в сопровождении скачущих за ней мальчишек шла молодая стройная невысокая женщина, хорошо одетая. Дети тоже были чистыми и опрятными. Константину, которому раньше почему-то казалось, что многодетные семьи – это всегда неблагополучие, бедность и неухоженность, стало даже неловко. Он вдохнул умопомрачительный аромат блинов и закрыл калитку.

Блины как-то незаметно были съедены все до одного. Клубничины – тоже. И на мгновение Константин позавидовал мужу Майи. И даже удивился, как при таком рационе тот выглядит вполне подтянутым и спортивным. Потому что, если бы у него, Константина, была жена, которая пекла такие тонкие, ажурные и невероятно вкусные блины, он бы ел только их и уже давно растолстел и обрюзг. А сосед ничего, держится. «Наверное, он не любит блины», – подумал Константин и сам себе не поверил: не любить такие блины было невозможно.