Страсть на предохранителе - Владимир Колычев

– Зачем мне вводить вас в заблуждение? – спросил Стасов, поставив тем самым Груздева в неловкое положение.

Да и Максиму стало немного не по себе.

– Странно как-то все это. Зачем Сажину стрелять из окна своей квартиры? – произнес Груздев. – Он же не идиот.

– А разве я говорил, что Сажин стрелял? – осведомился Стасов.

– Не говорил. Но все равно странно.

У Груздева зазвонил телефон, он ответил, торопливо вернул его на место и сказал:

– Сажин дома!

Вход на чердак находился в первом подъезде, а идти надо было в третий. Пять этажей вниз, столько же вверх.

Сажин сидел на диване в гостиной, футболка, семейные трусы, тапочки на босу ногу. Вид заспанный, глаза недоуменные. На Малахова он смотрел как на самый главный кошмар в своей жизни, возможно, думал, что ему снится страшный сон.

– Спал я, не слышал, как в дверь звонили, – бесцветным голосом еле-еле проговорил он.

Максим принюхался. В квартире пахло порохом и несвежим перегаром. Непонятно, чем больше, тем или другим.

– Только что проснулся?

– Только что проснулся, – неуверенно пробубнил Сажин.

Он все никак не мог сообразить, снится ему Малахов или нет.

– Никого в квартире не было?

Максим заглянул в спальню, на всякий случай открыл дверцу шкафа. Хорошо, если там любовница прячется, а вдруг киллер с пистолетом?

– Пока ты не появился, не было, – донеслось из гостиной.

– И порохом не пахло?

– Порохом?!

Максим вышел в прихожую и увидел, как Малахов открывает дверцу платяной секции в гарнитурной стенке. Его самого заметил Сажин, к которому возвращалось чувство реальности. Взгляд данного субъекта наполнялся злобой.

– А какого хрена вы здесь все делаете? – спросил он.

– Максим, давай понятых! – Голос Малахова прозвучал негромко, но резко.

– Какие понятые?! – Сажин вскочил с места.

– Сидеть! – Малахов протянул к нему руку, собираясь вернуть на место, но Сажин уклонился, толкнул его.

Впрочем, с тем же успехом он мог попытаться сдвинуть с места каменную стену. Малахов даже не покачнулся, зато Сажин вернулся на диван, опустился на него не задницей, а головой. Малахов схватил его за руку, перевернул на живот, Груздев помог надеть наручники.

Максим отправился к соседям.

Молодая пара не проявила никакого желания присутствовать при обыске, поэтому ему пришлось импровизировать.

– Это у вас окно настежь? – спросил Максим.

– У нас, – ответила девушка, нащупывая нижнюю пуговицу на халате.

Вдруг не застегнуто и слишком много видно? Взлохмаченная она какая-то, усталая, да и парень ее такой разморенный, как будто пару минут назад вагоны с углем разгружал. Может, они правда чем-то энергозатратным занимались. Дело, как говорится, молодое.

– Значит, вы стреляли?

– Не стреляли мы, – заявил прыщавый парень густым взрослым голосом.

– У вас мы тоже обыск проведем, посмотрим.

– Не надо у нас!

– Тогда за мной! Да не забудьте паспорта и улыбки!

В платяном шкафу гарнитурной стенки обнаружилась винтовка «СВД» с глушителем. Он изымал ее и осматривал в присутствии понятых. Также в комнате были найдены две стреляные гильзы. Нетрудно было понять, почему в квартире пахло порохом.

– Откуда здесь винтовка? – срывающимся голосом спросил Сажин.

– Оттуда, – сказал Малахов, насмешливо глядя на него.

– Это подстава! Мне нужно позвонить адвокату!

– Криминалисты уже в пути.

– Какие на хрен криминалисты? – взвыл Сажин.

– Тише! – Павлов приложил палец к губам.

– А тебя не спрашивают, щенок!

Максим хищно сощурился, угрожающе надвинулся на Сажина и представился:

– Заместитель начальника полиции по оперативной работе капитан Павлов!

– Это сегодня! – заявил Сажин и скривился. – Пока вас тут всех не выперли за самодеятельность! Понятых вы потом уже привели. После того как винтовку мне подбросили!

– И в себя самих мы тоже стреляли?

– Кто-то стрелял.

– Кто?

– Я точно не стрелял! Винтовку вы мне подсунули. Не удивлюсь, если с нее снимут мои пальчики!

– Да ты и сам знаешь, что снимут, – сказал Малахов.

– Может, мы тебя еще и напоили? – с усмешкой осведомился Груздев.

– Напоили? – Сажин задумался.

– И лошадь подложили! – заявил Максим и иронически хмыкнул.

– Какую лошадь?! – Сажин глянул на него как на законченного психа.

– На каблуках!

– Не знаю, как насчет лошади, а каблуки были, – сказала вдруг Ирина, как звали соседку.

– Где были? – переключился на нее Груздев.

– На кухне. Мы покурить вышли, – глянув на своего молодого мужа, сказала Ирина. – Слышим, каблучки цок-цок!

Максим глянул на пол в прихожей. Кафельная плитка там. На кухне то же самое. Если каблуки с металлической набойкой, то звучали они звонко.

– Когда слышали?

– Ну, когда. Сначала каблучки, а потом дверь захлопнулась.

– Эта дверь? – Максим повел рукой в сторону прихожей.

– Ну да.

– И каблучки по лестнице цок-цок?

– По лестнице. – Ирина снова глянула на своего Мишу, причем с укором.

– Ну что там у вас, давайте, выкладывайте!

– Да ничего такого! – буркнул парень.

– Да говори ты! – буркнул Сажин.

Ему и самому не терпелось узнать, что за женщина стучала каблуками на его кухне. Во всяком случае, видимость интереса он создал.

– А что говорить? Миша юбку чужую учуял! – заявила Ирина.

– И в глазок посмотрел? – осведомился Максим.

– Ну…

– Может, это Юля была? – спросил Сажин.

– Юля? – Миша отрицательно качнул головой. – Вовсе нет, Юля хрупкая, а эта и правда на лошадь была похожа.

– Зачем же ты тогда смотрел? – спросила Ирина.

– Так он же не знал, что это мог быть мужчина, – сказал Максим и усмехнулся.

– Значит, это не Юля была? – в раздумье спросил Малахов.

– Нет.

– А где же тогда Юля?

– Вот и я об этом думаю, – произнес Сажин и скривился.

– Она мне звонила, спрашивала, – обращаясь к нему, сказала Ирина.