Операция «Арлекин» - Александр Афанасьев

Председатель КГБ, бывший судья Верховного суда Азербайджана Гасанов не слишком то любил бывать в Кремле. Нервничал. Он не был пока даже кандидатом в члены Политбюро, что было необычным на фоне его предшественников — Юрий Андропов даже генеральным секретарем стать смог. Но он не стремился.

Черная Волга Председателя — он отказался от Чайки и ЗИЛа, пересев на черную 3102, которая только пошла в серию — не снижая скорости, пролетела ворота и тут же ушла в сторону. Председатель заметил новшество — прямо напротив въезда стоит замаскированный БРДМ.

Страхуется Гейдар…

Он, как и Председатель Президиума Верховного Совета — был из Азербайджана и знал цену силе. Недаром — Гейдара называли вторым Сталиным, а его — вторым Берией…

…

Назначено ему не было. Но в приемной знали, что председатель КГБ единственный, кого Гейдар принимает без записи и потому охранник проводил его в комнату отдыха, имеющую не один вход. Закрыв дверь, почти бесшумно удалился…

Алиев появился минут через десять, без пиджака, в одной рубашке — что было максимумом вольности в одежде, какую он когда-либо себе позволял. Восточный человек, воспитанный в западной культуре, он был «большим католиком, чем Папа Римский». Носил только строгие европейские костюмы, говорил только по-русски, посещал только балет и оперу. Когда на день рождения ему попытались устроить концерт с участием Полада Бюль-Бюль Оглы, Муслима Магомаева и других азербайджанских исполнителей, он сказал — мне это не интересно.^[10]

— Что случилось? — Алиев знал, что председатель КГБ просто так приезжать не будет.

Вместо ответа — Гасанов протянул копию агентурного сообщения, которое поступило только утром из Вашингтона.

— Атос, кто это? — спросил Алиев, пробегая глазами текст.

— Наш источник в Лэнгли

Истинное его имя знали всего несколько человек. Алиев узнав, запретил произносить его вслух даже среди посвященных в эту тайну.

Сообщение было не таким длинным, прочитав, Председатель Президиума бросил его на стол. Гасанов тут же аккуратно подобрал и убрал в карман.

— Час от часу не легче.

…

— Знаешь, кто?

— Пока нет. Я никому не давал указаний работать.

Алиев кивнул.

— Правильно. Но найти так или иначе надо. Офицер в звании не ниже полковника в штабе Западной Группы войск. Скотина…

— Скорее всего, это генерал — заметил Гасанов — по мнению Атоса он работает не меньше шести — семи лет. Если он и был полковником — его, вероятно, повысили в звании. Возможно, и два раза.

— А почему Атос до сих пор не сообщал?

— Вероятно, не знал.

— В его то должности?

— Всякое бывает…

— Найдешь? — испытующе посмотрел Алиев.

Гасанов остался невозмутим.

— Найти легче легкого. Либо сверим информацию. Либо Атос подскажет. Вопрос в другом — найдем и что делать?

— То есть?

— Суд, расстрел, даже отставка — верный способ навредить Атосу. Эти идиоты уже наворотили дел, реализовали всю информацию, какую дал Атос. Расстреляли Полякова, Кулака…

Алиев махнул рукой.

— Что сделано, то сделано.

— Если мы будем продолжать, потеряем Атоса.

Алиев ненавидел предателей — на Востоке ненавидят предателей особенно сильно, там это воспринимают как личное. Но он понимал, что Гасанов прав.

— И что делать?

— Выявить предателя. Оценить возможность передачи через него дезы. И — не трогать его, может даже повысить.

— Ну, это слишком

— Дать ему пост без доступа к особо секретной информации. Отправить преподавать в академию. Вариантов много…

…

— Либо еще один вариант. Наказать кого-то другого, сделать вид, что мы промахнулись

— Еще лучше. Караем невиновных, награждаем виновных.

— Такова жизнь.

…

— Атос назначен руководителем группы, которой поручено выявить источник утечки из Лэнгли^[11]. Это большой плюс для нас, но мы должны играть строго по нотам Атоса. Сохранение такого агента — высший приоритет для всего ПГУ. И еще. Судя по всему, американцы подозревают Гаса Хатауэя, специального помощника директора. Это вторая большая для нас удача — сломать хребет этой мрази, с ним у нас давние счеты. Если Атосу удастся свалить вину на него, предлагаю забыть об Атосе по крайней мере на два — три года. Американцы должны поверить, что источник утечки перекрыт.

— Почему Хатауэй? Где он сейчас?

— Он специальный помощник директора. До того был резидентом в Москве, потом руководителем Контртеррористического отдела. Работал по линии ликвидации Каддафи, обеспечивал удары по палестинским лагерям, вместе с МОССАД занимался программой обучения афганских моджахедов диверсионной борьбе^[12]. Стоит за программой отравления источников воды в Афганистане. Сейчас ушел на дно, на Востоке не появляется — мафаба^[13] ищет его, чтобы убрать.

Алиеву не нравилось происходящее. Но и возразить он не мог

— Найдите предателя — сказал он — как можно быстрее…