Два сапога не пара - Джанет Иванович

- В мозгах у тебя дерьмо, - вынес вердикт его папаша. – Все, что у тебя есть… дерьмо в мозгах.

Мы объяснили Лео, как он помог и оказал содействие преступнику, и как косо посмотрит суд на такой вид деятельности. А затем мы втолковали парню, что если ему доведется увидеть или услышать о Кенни снова, то следует настучать на него своему кузену Джо или хорошей знакомой Джо Стефани Плам.

- Думаешь, он позвонит нам, если услышит о Кенни? – спросила я, когда мы очутились наедине в машине.

Морелли остановился на светофоре.

– Нет. Думаю, Лео выбьет дерьмо из Кенни монтировкой.

- Фирменный метод Морелли.

-Что-то вроде того.

- По-мужски.

- Да. Как мужик.

- А как насчет выколачивания дерьма из него самого? Думаешь, потом он позвонит нам?

Морелли потряс головой.

- Что, многого не понимаешь?

- Знаю достаточно.

Сие заявление вызвало улыбку на губах Морелли.

- Что сейчас? – спросила я.

- Джулия Кенетта .

Джулия работала в книжном магазине в Трентонском государственном колледже. Сначала мы проверили, нет ли ее дома. Когда никто не ответил, отправились в колледж. Поток транспорта двигался на постоянной скорости. Все вокруг нас скорость свою строго ограничивали. Но никто не полз так, как эта немаркированная полицейская тачка.

Морелли въехал в главные ворота и развернулся перед одноэтажным кирпично-блочным книжным комплексом. Мы миновали утиный пруд, несколько деревьев и обширные газоны, которые еще не поддались осеннему увяданию. Снова собрался дождь и начал капать с утомительной непреклонностью хронического алкоголика. Студенты ходили, набросив на головы капюшоны.

Морелли бросил взгляд на стоянку перед книжным магазином, полную, за исключением нескольких свободных мест в дальнем ряду, и, не колеблясь, остановился в запретной для стоянки зоне у бордюра.

- Полицейская чрезвычайная ситуация? – спросила я.

- Можешь спорить на свою сладкую задницу, - отозвался Морелли.

Джулия работала кассиром, но покупателей не было, посему она, прислонившись бедром к кассовому аппарату, покрывала ногти лаком. Маленькая морщинка пролегла меж ее бровей при виде нас.

- Похоже, торговля не движется, - сказал ей Морелли.

Джулия кивнула.

– Это все дождь.

- Слышно что-нибудь от Кенни?

Краска выступила на щеках Джулии.

- На самом деле, я в некотором роде видела его прошлой ночью. Он позвонил, как только вы ушли, а затем уехал. Я сказала ему, что ты хочешь с ним поговорить. Передала, что он должен позвонить тебе. Дала твою карточку с номером пейджера и все такое.

- Думаешь, он придет сегодня ночью?

- Нет. – Она энергично затрясла головой. - Он сказал, что не вернется. Сказал, что ему нужно отсидеться, потому что за ним следят некие люди.

- Полиция?

- Думаю, кто-то еще, но кто, не знаю.

Морелли дал ей еще одну карточку с наказом звонить ему в любое время дня и ночи, если услышит о Кенни.

Она посмотрела неопределенно, впрочем, не думаю, что нам следовало слишком рассчитывать на ее помощь.

Мы вернулись под дождь и впихнулись в машину. Помимо Морелли, единственным полицейским оборудованием в «ферлейне» было двустороннее радио. Оно было настроено на временную полицейскую волну, и диспетчер переключал волну между радиопомехами. У меня было подобное радио в моем джипе, и я старалась изо всех сил выучить полицейские коды. Как и все копы, которых я знала, Морелли слушал бессознательно, сверхъестественным образом понимая искаженную до неузнаваемости информацию.

Он повернул от кампуса, и я задала извечный вопрос.

– Сейчас что?

- У тебя водятся инстинкты. Вот сама и скажи.

- Что-то мои инстинкты сегодня не хотят иметь со мной дела.

- Ладно, давай подведем итоги, что у нас есть. Что мы знаем о Кенни?

После прошлой ночи, мы узнали, что он обладает скорым семяизвержением, но вероятно это не то, что хотел услышать Морелли.

– Местный парень, окончил школу, завербовался в армию, уволился четыре месяца назад. Безработный, но явно не испытывает недостатка в деньгах. По неизвестной причине решил выстрелить своему другу Муги Бьюсу в колено. Задержан на месте копом, который был не на дежурстве. Судимостей не было, поэтому отпущен под залог. Нарушил залоговое соглашение и спер машину.

- Неправильно. Он одолжил машину. Просто еще не соизволил вернуть.

- Думаешь, это существенно?

Морелли встал на светофоре.

– Может, что-то произошло, и он поменял планы.

- Типа добить старину Муги.

- Джулия сказала, что Кенни боится каких-то преследователей.

- Папашу Лео?

- Ты же не говоришь это всерьез? – уточнил Морелли.

- Я чрезвычайно серьезна. Что-то я много не выиграла, и не заметила, чтобы ты сильно делился со мной своими соображениями. Например, кто, думаешь, охотится за Кенни?

- Когда Кенни и Муги допрашивали насчет стрельбы, они в голос отвечали, что это личное дело и нечего тут обсуждать. Может быть, они ввязались в плохие дела.

- И?

- И вот. Это то, что я думаю.

Я таращилась на него с минуту, стараясь решить, утаил ли он что-нибудь от меня. Вероятно, это было так, но доказательств не было.

– Ладно, - сказала я, наконец, вздыхая. – У меня есть список его друзей. Я собираюсь пробежаться по ним.

- Где ты добыла список?

- Привилегированная информация.

Морелли выглядел обиженным.

– Ты взломала его квартиру и стянула его маленькую черную книжечку.

- Я не стянула. А скопировала.

- Ничего не хочу об этом слышать. – Он глянул на мою сумку. – Ты ведь не таскаешь недозволенное, не так ли?

- Кто, я?

- Дерьмо, - выдал Морелли. – Я, должно быть, сошел с ума, объединившись с тобой.

- Это была твоя идея!

- Хочешь помочь мне со списком?

- Нет.

Больно это напоминает вручение лотерейного билета, на который выпал «джек-пот», соседу.

Морелли припарковался позади моего джипа.

– Кое-что мне нужно тебе сказать, прежде, чем ты уйдешь.

- Да?

- Я ненавижу башмаки, которые ты носишь.

- Что-нибудь еще?

- Извини за колесо прошлой ночью.