Мадьярская венера - Лин Гамильтон

— Может, мы не захотим пойти, — вставила Диана. — Что за мероприятие?

— Музей Коттингем. У них открытие новой галереи доисторического искусства. Я могу провести одну из вас.

— А разве твой муж не считается за твоего гостя? — спросила Сибилла.

— Поверь мне, дорогая, Вудвард не нуждается в приглашениях. Ну, кто хочет присоединиться ко мне?

— А это, случайно, не Вудвард Уотсон? — поинтересовалась я.

— Он самый, — кивнула Моргана. — Разве я не сказала?

— Не помню, чтобы упоминала. У меня тоже есть приглашение на открытие, — сказала я, доставая точно такую же карточку из своей сумочки. — Я не была уверена, хочу ли я пойти, но теперь я в игре, если кто-нибудь из вас присоединится.

— Я в действительности работаю в галерее, — заявила Грэйс. — И у меня тоже есть приглашение, но боюсь у меня уже назначено свидание.

— Свидание? — воскликнула Сибилла. — Вот мило!

— Он — гей, — вставила Грэйс. — И вы все знаете его. Помните Фрэнка Келмана?

— Фрэнки! Не знала, что он гей, — удивилась Моргана. — Разве я с ним не встречалась?

— Кажется, мы все встречались, — сказала Диана. — А ты со всеми встречалась, Моргана, — добавила она. И это было правдой. Моргана, будучи Вестой, пила, курила, прогуливала занятия и, если история не врет, спала почти с каждым парнем, который предлагал переспать. Предлагали многие.

— Мне он нравился, потому что был единственным парнем, который меня не лапал, — пояснила Моргана. — И, кажется, теперь я понимаю, почему. Что касается свиданий, хочу, чтобы ты знала, Лара, что я простила тебя за то, что ты увела у меня Чарльза Миллера, — добавила она.

— Кого? Что? — не поняла я.

— Да ты забыла, — сказала Моргана.

— Что? — снова спросила я.

— Что украла у меня Чарли.

— Правда?

— Выпускной бал? Ты и Чарли?

— Да. Ну и…

— Он и я, мы встречались тогда.

— Встречались?

— Ты не знала?

— Нет, — покачала я головой. — Стали бы парни встречаться со мной, если у них была ты?

— Не глупи! Ты действительно не знала?

— Да нет же! Честно! — воскликнула я. — К тому же я думала, что он встречался с Грэйс.

— Значит, ты его у меня увела, — вставила Грэйс.

— Да, ну? Нет, так не честно! Опять я виновата. Мы с тобой пошли выпить по чашечке кофе, и я спросила тебя, а ты ответила, что между вами все кончено и что тебе без разницы, если я пойду на танцы с ним.

— И ты ей поверила? — удивилась Сибилла. — Ну и глупышка.

— Возможно, я так и сказала, — согласилась Грэйс. — И я могла иметь в виду то, что сказала тогда, а могла и не иметь. В любом случае, что было, то быльём поросло.

— Я думала, что Чарли — самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, — подала голос Анна. — Я до сих пор так думаю.

— Чарли был очаровашкой, не так ли? — погрузилась в воспоминания Сибилла. — Умный, забавный, великолепная внешность. Мы все так завидовали, когда ты пошла с ним на танцы, Лара. Прямо зеленели от зависти. Ты тоже с ним встречалась, Диана?

— Не встречалась, — ответила Диана довольно резко, что подразумевало, что дальнейшие вопросы на эту тему не будут приветствоваться.

Кажется, Сибилла этого не заметила.

— Нет, ты тоже встречалась, Диана. Я же видела, как вы двое обнимались и целовались около Харт Хаус.

— Уверена, что ты ошибаешься, — гнула свою линию Диана. — Если хочешь знать, мне он был противен. Я считала его эгоцентричной, напыщенной, эгоистичной свиньей!

— Ну, я бы не стала заходить так далеко, — сказала Грэйс. — Но он всегда был больше заинтересован в тех людях, которые могли помочь ему пробиться наверх. Факт, я училась по гранту, поскольку мои родители не могли позволить себе платить за мое обучение, так что я была неинтересна. По правде говоря, Лара, он бросил меня. Я была слишком гордой, чтобы рассказать тебе.

— Возможно, мне следовало бы это знать, — согласилась я. — Но я не знала. Полагаю, это и было причиной того, что ты объявила мне бойкот в последнем семестре, да? Мне всегда было интересно, что я такого тебе сделала.

— Лучше бы ты не поднимала эту тему. Звучит довольно нелепо, когда сейчас об этом думаешь.

— Ты действительно не знала? — Моргана снова за свое. — О нас с Чарли?

— И об этом я тоже не знала, — заверила я. — Клянусь!

— Что ж, очень жаль. Двадцать лет горечи и встречных обвинений коту под хвост.

— Ты шутишь, — опешила я.

— Нет, не шучу, — ответила она, но не смогла сохранить невозмутимое выражение лица, и вскоре мы все смеялись, и Анна тоже. Прямо как в старые добрые времена.

— Должна признать, я была без ума от него, — перевела я дух.

— И я, — кивнула Моргана.

— Я третья, — звонко вставила Сибилла. — Он был лакомым кусочком!

— Мой муж был действительно замечательным человеком, но он не был Чарли, — почти с тоской в голосе сказала Грэйс. — Возможно это и к лучшему, — добавила она.

— Неужели мы все встречались с ним? — спросила я.

— Если нет, то нам хотелось, — произнесла Анна.

— Так, интересно, и сколько же из нас переспали с ним? — поинтересовалась Моргана.

— О-о-о, Веста! То есть, Моргана. Ты всегда была — какое бы слово подобрать? — отчаянная? Дерзкая? — парировала Сибилла.

— Полагаю, слово, которое ты ищешь — «бесстыдная», — ответила Моргана. — Или, возможно, просто «вульгарная». Вижу, что нам придется дождаться следующего раза, прежде чем начнутся настоящие признания. Может, мы пропустим по стаканчику на ночь после мероприятия в музее?

— Не думаю, что «бесстыдная» — подходящее слово, — возразила Сибилла. — Меня всегда восхищала твоя манера говорить то, что ты думаешь.

— Ну, это доставило мне намного больше неприятностей, чем вы можете представить, — сказала Моргана.

Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я в последний раз думала о Чарльзе, но даже простое упоминание его имени вернуло меня к началу последнего года учебы. Прогулки в парке, записки, передаваемые туда-сюда на лекциях, поцелуи украдкой на заднем ряду кинотеатра — все до жути прозаично, конечно, но тогда Чарльз Миллер был мужчиной, с которым мне хотелось провести остаток жизни. Все закончилось, когда мы оба занялись своими делами. Поначалу мы писали друг другу. Я думала, у меня получались трогательные и глубокие письма, но, по сути, возможно, просто банальные, если не откровенно глупые. Я даже не могла вспомнить, кто из нас принял окончательное решение, но я точно помню, что ревела дни напролет, когда поняла, что все кончено.