Олимпийский чемпион - Фридрих Незнанский

– Мне хотелось бы уточнить кое-какие детали…

Никогда не следует соглашаться сразу, с ходу, даже если у тебя в данный момент нет работы, считал Гордеев. Во-первых, нужно уяснить суть дела, а во-вторых, вдумчивое поведение адвоката прибавляет ему вес в глазах клиента и в конечном счете увеличивает гонорар.

– Пожалуйста. Но я не могу быть с вами откровенной до конца, пока вы официально не станете его защитником.

Гордееву понравилась осторожность и прямота Ирины. Он объяснил ей формальности процедуры – каким образом он может взять на себя защиту ее мужа. Ирина выслушала.

– Хорошо. Спасибо за информацию. Формальностями мы займемся завтра, – сказала она. – Но сначала я хочу с вами познакомиться. Хочу узнать, что вы за человек.

– Я сам этого до конца не знаю, – отшутился Гордеев.

Про себя он подумал, что ему надоели эти жены декабристов, мужья которых вечно вляпываются, а он расхлебывает. Но уж такова работа адвоката – вытаскивать людей, которые попали в беду…

– Вы не хотите браться за защиту моего мужа, – словно прочитав его мысли, выпалила Ирина.

– Я еще ничего окончательно не решил, – солгал Гордеев.

– Но я же вижу по вашему лицу…

– Да? И что еще вы там видите? – лениво поинтересовался он, помешивая серебряной ложечкой сахар в кофейной чашке.

При этом он незаметно взглянул на часы – однако! Начало двенадцатого ночи!

– Вы торопитесь? – заметила Ирина.

– Мне завтра рано вставать. У меня масса дел.

– Поэтому вы не хотите браться за это дело? Вы сильно заняты?

– Нет, дело не в этом.

– Я бы вас отпустила, но боюсь, что больше вас не увижу. А мне нужно получить ваше согласие. Понимаете, нужно! Если бы я не боялась врагов моего мужа и могла свободно передвигаться, то пришла бы к вам в контору, села в приемной и сидела до тех пор, пока бы вы не взялись за мое дело.

– Вас бы выставил оттуда ночной сторож, – раздраженно вставил Гордеев.

Женщина промолчала.

– Вас интересует сумма гонорара? – спросила она.

– Как и любого наемного труженика, – скромно ответил Гордеев.

– Не прибедняйтесь. Ваши финансовые дела, кажется, не так уж плохи.

– Это вы тоже прочитали по моему лицу?

– Можно и так сказать. Но мне рекомендовали вас как преуспевающего адвоката. А преуспевающие адвокаты обычно не испытывают финансовых затруднений.

«Много ты знаешь, какие затруднения испытывают преуспевающие адвокаты! – подумал Гордеев. – Однако, черт возьми, приятно, когда слава о тебе идет по стране… Значит, не так все плохо».

Он встал и подошел к зеркалу, висящему рядом с камином. На каминной полке стояло штук пятнадцать разных статуэток, очень похожих на фигурки из фильма «Десять негритят». Гордеев посмотрел на свою физиономию. Затем – на отражение Ирины в холодной глубине стекла.

– Да, мои дела не так уж плохи, – согласился он, глядя на себя. – Но могли бы быть лучше. Гораздо лучше.

– Вот заодно и поправите свои дела.

– Хм, – усмехнулся Гордеев, – я вижу, вы твердо решили добиться от меня согласия.

– Конечно, разве вы этого еще не поняли?

– А у вас в подвале нет комнаты со средневековыми орудиями пыток – в качестве дополнительного аргумента? – пошутил Гордеев.

Ирина отрицательно покачала головой:

– Нет. Но я думаю, главным аргументом тут могут быть деньги. Я права?

– Ну-у-у, – протянул Гордеев, – в общем и целом да…

– Я знаю, сколько вы берете, – сказала Ирина. – Я предлагаю эту сумму при любом исходе дела плюс пятьдесят процентов за положительный результат плюс компенсацию всех текущих расходов – на поездки и прочее.

– И далеко ехать? – пошутил Гордеев, думая про себя: «Какая настырная баба! Хотя станешь тут настырным, когда твой муж сидит в каталажке».

– В Сибирск, – ответила Ирина.

– Ого! – иронично воскликнул Гордеев. – А чем занимается ваш муж? Не медью случайно?

– А почему именно медью? – вздрогнула Ирина.

– Мне приходилось бывать в этом городе. Помню, там есть медные разработки…

– Нет, мой муж не занимается медью, – спокойно ответила Ирина. – Он занимается спортом.

– Замечательно! – кивнул Гордеев. – И в чем его подозревают?

– Его обвиняют в организации убийства.

– Обвиняют… – отозвался Гордеев. – Но при этом, насколько я понимаю, ваш муж невиновен?

– Нет.

– Тогда, если это несложное дело, меня может заменить любой профессиональный адвокат с трехлетним стажем работы. Могу посоветовать несколько фамилий…

– Спасибо, не надо. Мне нужны вы.

– Я? Почему именно я?

– Вы мне нравитесь.

– Звучит многообещающе… И чем же?

– Вы похожи на моего мужа, – просто объяснила женщина.

– А, так вы действуете в духе «голосуй сердцем»? – спросил Гордеев и снова посмотрел на свои часы.

Почти двенадцать!

Откуда-то из глубины дома донеслась мелодия старинных часов, а затем – приглушенный бой.

И в воздухе вдруг пронесся аромат Нового года – аромат праздника, снежной свежести и шампанского… Гордеев умолк на полуслове, забыв, что собирался сказать. Когда часы кончили бить, в холле на мгновение воцарилась тишина. Казалось, в самом деле кончился старый год, кончилось прошлое, открылась чистая страница настоящего и будущего.

– Люблю, когда бьют часы, – сказал Гордеев.

Ирина кивнула:

– Серафима, эта женщина, которая привезла вас сюда, обожает старинные вещи. И часы с боем тоже. Правда, ходят только одни. На втором этаже.

– Так чем, вы говорите, занимался ваш муж? – спросил Гордеев, усаживаясь на диван.

– Мой муж – бывший олимпийский чемпион по стендовой стрельбе.

– Разве это олимпийский вид спорта? – удивился Гордеев.

– Да… Вы ужасно похожи на моего мужа – жестами, мимикой, когда вы сердитесь, когда удивлены. Я уверена, вы и мыслите, и действуете похоже. Вам будет проще его понять.

– Хорошо, я готов вас выслушать, – после небольшой паузы сказал Гордеев.

– Вы переночуете здесь, а утром вас отвезут в Москву, – предложила Ирина. – Согласны?

Гордеев заколебался.

– У вас будет все необходимое, – продолжала она, – бритвенные принадлежности, уютная комната. Вкусный завтрак. Лучше, чем в пятизвездочном отеле.

– У вас нет моего крема после бритья, – пошутил Гордеев.