Кровные враги - Кэндис Робб

— Вероятно, по городу уже разошелся слух об убийстве, Арчер.

— Не сомневаюсь.

— Мы должны докопаться до истины, прежде чем я отправлюсь в Виндзор.

— Мне бы не хотелось ввязываться в это.

— А у меня нет выбора. Я окружен никчемными людьми. Спросил стражника, как получилось, что он ничего ночью не слышал. А он в ответ закатил мне целую речь — мол, убийство произошло на другом конце территории и я скорее мог что-то услышать, нежели он. Остается удивляться, что у меня еще ничего не украли во время моего отсутствия.

— Убийство на территории собора — это нечто из ряда вон выходящее, ваша светлость. Даже если бы охранники услышали какие-то звуки, то наверняка не поняли бы, что происходит.

— Хм.

Торсби вновь бросил взгляд на пергамент. Оуэн заметил, что это карта.

— Вы скоро уезжаете? — спросил он.

— Через три недели состоится свадьба принцессы Изабеллы. Как лорд-канцлер, я должен продумать все детали брачного контракта.

— Насколько я знаю, переговоры давно завершены.

— По вине жениха возникли новые проблемы.

— Но ведь Ангерран де Куси какое-то время был пленником короля, теперь живет при дворе, и вы легко можете установить за ним наблюдение. В чем тогда проблемы?

— Он должен королю денежный выкуп и настаивает, чтобы эта сумма была с него снята в счет приданого, которое король дает за принцессой Изабеллой.

Де Куси заявляет, что выкуп его разорит. Мы должны быть уверены, что он говорит нам правду насчет своих владений. Я разослал шпионов по всей Франции и Бретани. А другим шпионам поручил присматривать за этими шпионами. Ни в чем нельзя быть уверенным вплоть до дня церемонии.

— Вас ждут важные государственные дела, так зачем вам беспокоиться об убийстве какого-то торговца шерстью? Пусть у Йоханнеса болит голова. Он архидиакон Йорка.

— Уилл Краунс был членом гильдии торговцев шерстью. А я рассчитываю получить от этой гильдии большие суммы в казну собора.

— Опять казна собора. Наверное, поэтому вы и сделали своим секретарем брата Микаэло — его семейство посулило вам кругленькую сумму.

Торсби свернул пергамент и отбросил в сторону, сердито посмотрев на Оуэна.

— Я не обязан тебе ничего объяснять, Арчер.

— Разумеется, ваша светлость. — Оуэн опустился на стул.

— Я хочу, чтобы ты выведал все, что удастся, насчет этого убийства.

Оуэн уселся поудобнее, вытянув перед собою ноги.

— Мне бы помогло, если бы я узнал подробности.

Торсби взглянул на вытянутые ноги Оуэна, словно собираясь отчитать его, но, встретившись взглядом с бывшим лучником, лишь покачал головой.

— Рассказывать почти нечего. Вчера ночью, когда Краунс с подругой проходил мимо собора, на него напали двое или трое. Ему перерезали горло и отрубили правую руку.

— А что с дамочкой?

— Убежала.

— Она сможет узнать нападавших?

— Мы не знаем, кто она.

Оуэн нахмурился.

— Тогда откуда же вам известно…

— За ними следил мальчишка.

— Зачем?

— Его мать больна. Она попросила привести к ней Краунса.

— И мальчик не знает, кто была та женщина?

— Он говорит, на ней была накидка с капюшоном.

— Это в июне-то?

Торсби пожал плечами.

— Между прочим, рука пропала.

Бесс Мерчет промчалась мимо брата Микаэло и ворвалась прямо в покои архиепископа.

Торсби поднялся с кресла, раздраженно рявкнув:

— Где Микаэло?

— Сейчас явится и пожалуется, что я его зашибла, — ответила Бесс. Она положила на полированную столешницу сверток и кивнула так, что затрепетали все ленточки на ее чепце. — Соблаговолите взглянуть, ваша светлость. Нашла это в одном из номеров. — Она удивленно посмотрела на Оуэна. — Выходит, Том прав. Ты действительно человек архиепископа.

В дверях появился брат Микаэло, дрожа от возмущения. Торсби перевел взгляд с Бесс Мерчет на своего секретаря.

— Ты пришел, чтобы доложить о миссис Мерчет?

— Она ворвалась в приемную, ваша светлость. Я не смог ее остановить.

— Уверен, эта жалоба могла бы прозвучать из уст мужчин и покрепче, чем ты, Микаэло. Раз ты здесь, принеси-ка нам по глоточку бренди.

Секретарь засопел, но поспешил исполнить приказ. Торсби улыбнулся гостье.

— Вы не залучили себе друга.

— Сейчас, когда у меня и без того много дел, я здесь не для того, чтобы заводить друзей, ваша светлость. Соблаговолите осмотреть содержимое свертка. — Бесс уселась без приглашения и выжидательно наклонилась вперед.

Торсби догадывался, что могло оказаться в этом свертке, и пожелал оттянуть финал, пока не принесут бренди. Такие неприятные открытия лучше делать, взбодрившись горячительным. Но Бесс не отличалась терпением.

— Прошу вас, посмотрите, ваша светлость. Я ведь уже сказала, что у меня очень много дел.

— Полагаю, это рука бедняги, которого нашли убитым во дворе собора?

Бесс выпрямилась.

— Так и есть. Как вы догадались?

— Обычно если происходит что-то из ряда вон выходящее, то и остальное, случившееся в тот же день, как-то связано с этим. Можно было предположить, судя по размеру свертка.

— Я нашла ее в комнате Гилберта Ридли. Вчера вечером, знаете ли, они с Краунсом поругались.

Теперь настала очередь Торсби податься вперед. Он знал Гилберта Ридли, представителя «Голдбеттер и компания» в Лондоне и Кале, торговой фирмы, игравшей важную роль в финансовых делах короля. Кроме того, Ридли был членом гильдии торговцев шерстью.

— Кто поругался?

— Гилберт Ридли и тот, кого убили, Уилл Краунс.

— Откуда вам известно имя убитого?

Бесс пожала плечами.

— Услышала в булочной сегодня утром. А вы разве хотели держать его в тайне?

— Вовсе нет.

Микаэло принес бренди и, наполнив три бокала, молча удалился.

— Расскажите о вчерашнем споре, — попросил Торсби, пригубив из своего бокала.

— Рассказывать почти нечего, — пожала плечами Бесс. — Вчера вечером эти двое сидели в зале. Начали громко спорить, раскраснелись. Я подошла к ним и велела вести себя прилично. Уилл Краунс ушел разозленный. А Гилберт Ридли извинился и поднялся к себе в комнату.

— Вы разве ничего не услышали? — поинтересовался Оуэн, нарушив паузу.

Бесс взглянула на Оуэна и сразу уставилась в бокал. Ей не хотелось признаваться, что она подслушивала.