Карты на столе - Агата Кристи

[21]

Когда компания вернулась в гостиную, там уже стоял ломберныйстол.[22] Подали кофе.

– Играет кто-нибудь в бридж? – спросил мистер Шайтана. –Миссис Лорример, я знаю. Доктор Робертс. Вы играете, миссис Мередит?

– Да. Правда, не блестяще.

– Отлично. И майор Деспард? Хорошо. Будем считать, что вычетверо располагаетесь здесь.

– Слава богу, поиграем в бридж, – с улыбкой сказала миссисЛорример Пуаро. – Я неисправимая картежница! Обожаю бридж! Теперь даже не езжуна обеды, если не обещают бриджа! Иначе меня просто клонит в сон. Стыдно, ноничего не могу с собой поделать.

Сняв колоду, определили партнеров. Миссис Лорример с ЭннМередит против майора Деспарда и доктора Робертса.

– Женщины против мужчин, – объявила миссис Лорример, профессиональнотасуя карты. – Неважнецкие картишки, что скажешь, партнер? Мой форсинг –два.[23]

– Постарайтесь выиграть, – напутствовала их миссис Оливер,обуреваемая феминистскими страстями. – Покажите мужчинам, что не все бываеттак, как им хочется!

– Бедняги, у них не остается никакой надежды, – не безехидства заметил доктор Робертс, начиная тасовать вторую колоду.

– По-моему, вам сдавать, миссис Лорример.

Майор Деспард усаживался довольно медленно. Он рассматривалЭнн Мередит так, будто бы только что обнаружил, как она необыкновенно хорошасобой.

– Снимите, пожалуйста, – не сдержавшись, сказала миссисЛорример.

С извинениями он снял протянутую колоду.

Уверенными движениями миссис Лорример принялась раздаватькарты.

– Рядом в комнате есть еще ломберный стол, – сказал мистерШайтана.

Он направился туда, и остальные четверо последовали за ним внебольшую, уютно обставленную курительную комнату, где был приготовлен второйстол.

– Надо снять колоду, – напомнил полковник Рейс.

Мистер Шайтана покачал головой.

– Я не играю, – заявил он. – Бридж не моя страсть.

Все принялись уговаривать его, грозили, что тогда тоже нестанут играть, но он решительно уклонился, и они наконец уселись.

Мистер Шайтана некоторое время понаблюдал за ними,мефистофельски усмехнулся, увидев, при каком раскладе миссис Оливер заявила двебез козырей, и прошел в соседнюю комнату. Тут тоже все были увлечены игрой.Лица серьезные, заявки одна за другой. «Червы». «Пас». «Три трефы». «Три пики».«Четыре бубны». «Дубль».[24]«Четыре червы». Мистер Шайтана постоял некотороевремя, украдкой посмеиваясь. Потом он прошел через комнату и сел в большоекресло у камина. Внесли поднос с напитками и поставили на столик рядом.Огненные блики играли в хрустальных пробках.

Хорошо чувствующий эффекты освещения, мистер Шайтана устроилвсе так, что казалось, комнату озаряет только пламя камина. Маленькая подабажуром лампочка у подлокотника давала достаточно света, чтобы читать, если онтого пожелает. Приглушенный верхний свет не портил впечатления. Светильникипоярче были над ломберным столом, откуда продолжали доноситься монотонныевосклицания.

– Без козыря, – решительное и четкое миссис Лорример.

– Три червы, – с агрессивной ноткой в голосе доктораРобертса.

– Пас, – спокойное Энн Мередит.

Небольшая пауза предшествовала реплике майора Деспарда, нестолько тугодума, сколько человека, привыкшего обдумывать каждое свое слово:

– Четыре червы.

– Дубль.

Отсветы огня трепетали на лице Шайтаны, он улыбался.

Улыбался и улыбался без устали, веки его слегка подрагивали…

Прием доставлял ему удовольствие.

– Пять бубен. Гейм и роббер,[25] – сказал полковник Рейс. –Неплохо у вас получилось, партнер. Не думал, что вы справитесь, Пуаро. Повезло,что они не разыграли пики.

– Это, я думаю, мало бы что изменило, – сказал инспекторБаттл, человек великодушный.

Он и пытался разыграть пики, и у его партнерши миссис Оливербыли пики, но «что-то ей подсказало» пойти с треф, что и привело к плачевномурезультату.

Полковник Рейс взглянул на часы:

– Десять минут первого. Может быть, еще одну?

– Прошу прощения, – сказал инспектор Баттл, – я не привыкложиться поздно.

– Я тоже, – сказал Эркюль Пуаро.