Наследие драконов - Мари Ви

Но если рука Кинэ потянется к клинку покороче – жди беды. Именно к нему страж сейчас и прикоснулся.

– Ах вы!.. – Его трясло от гнева, но уроки благочестия и правильной речи сыграли свою роль. – Маленькие непоседливые птички!

Все равно прозвучало грозно, но Хин и Кисана отступили, желая избежать наказания. Но – увы. Кинэ схватил обоих, словно котят, и уже через час их за непослушание отправили пропалывать цветочные грядки.

Хин, как всегда, ворчал и бормотал под нос, какой он важный наследник и как он будет мстить Кинэ за такое непозволительное наказание, хотя, пожалуй, только Кинэ он так ни разу и не отомстил. А Кисана, как обычно, наслаждалась моментом. Сидя в дворцовом саду, она ловила на своем лице теплые лучи солнца, вдыхала аромат цветов, наблюдала за птицами и прислушивалась к шепоту ветров.

Лишь на секунду подняв глаза к небу, ей показалось, что на небесной синеве мелькнула витиеватая лента – дракон. Поставив ладонь козырьком, она присмотрелась: лента и правда была, но только то был не дракон, а обманчивое облако.

Ей все же было интересно: куда исчезли драконы сто лет назад? И почему? Вернутся ли они когда-нибудь?

Глава 1

Наши дни

В месяц огненных драконов поля, что украшали подступы к Белому храму, воздвигнутому в честь дракона белых волн, расцветали лавандой. Чтобы попасть в храм, приходилось взбираться по ступеням на гору. Стояла беспощадная жара и даже морские ветра не спасали. В это время Хин опять жаловался, что его заставляют идти, хотя в Белый храм мы шли вчетвером: Юншэн, Хин, я и Кинэ.

Король-дракон воздавал дань уважения Белому дракону в середине месяца и поднимался в Храм в одиночестве. Такова была традиция.

Сразу после него, на следующий день, в Храм приходили наследники. В этот раз нас было четверо, хотя достаточно было только Юншэна с Хином. Но накануне младший Принц-дракон мстительно заявил:

– Кисана – моя любимая сестра и я должен за ней приглядывать. – Улыбка его стала хищной и едкой, а глаза засочились ядом. Когда ему не нравилось за мной приглядывать, он всегда кричал: «Ей не два года! Я не обязан с ней нянчиться!». Но сейчас был иной случай. – Как же я буду присматривать за ней там, в Белом храме на горе? Далеко-далеко?

К сожалению, это сработало. Меня взяли в храм. Юншэн не возражал особо, а Хин обрадовался, что страдать он будет не один.

И вот когда мы втроем уже собирались выходить, проходя Коридор драконов, из тронного зала появился Король.

– Идете в Белый храм?

Несмотря на почтенный возраст, он правил уже почти сто пятьдесят лет, Король-дракон не выглядел на свои годы. То есть ему не дашь и больше пятидесяти лет, седины в волосах до сих пор не было. Только глаза. Ледяные, как его стихия, они с каждым днем угасали, оставляя след безмерной усталости. И пусть драконы даровали наследникам особую силу и долгую жизнь, было в этом что-то противоестественное.

Люди не должны жить больше отмеренного им природой срока.

Мы склонились в уважительном поклоне перед правителем: Юншэн и Хин стояли чуть впереди, ближе к отцу, я пряталась сразу за братьями, а уже за мной, в шаге, склонял голову Кинэ. Только в таких редких моментах он проявлял покроность.

– Да, отец, – Король-дракон дал разрешение и Юншэн выпрямился. – Пришла пора воздать дань уважения.

– Хорошо-хорошо, – Король-дракон остался доволен, а я заметила, как лицо Юншэна посветлело. Ледяные глаза Короля-дракона внезапно коснулись меня. Испугавшись на миг, я уж было подумала, что меня накажут, но Король-дракон неожиданно сказал: – Вы и Кисану с собой берете?

– Отец! – Хин взял слово. – Она ведь тоже наша семья, названная сестра, а моим долгом всегда было защищать ее и оберегать. А в Белом храме…

– Ладно-ладно, – Король-дракон прервал Хина, будто точно знал, в какие игры играет младший сын. – Возьмите с собой и Кинэ.

Последний аж побледнел – ему выдалась редкая возможность отдохнуть от нас, а тут придется идти. Я поджала губы, чтобы не улыбнуться, а Хин и Юншэн смотрели на нашего стража по-разному. Юншэн – с равнодушием, принимая волю отца, Хин же скривился, но ничего не сказал. Королю-дракону не возразить.

Так мы и взбирались на гору в Белый храм.

Крутая лестница была выбита в скале, она медленно разрушалась и требовала обработки. Хин со своей стихией запросто мог бы ее починить, но это же Хин.

– Да чтоб вас всех! – Выругался в который раз Кинэ, до глубины души недовольный своим неожиданным походом в Храм.

Хин мстительно улыбнулся, глянув на нашего стража, но тот не обратил внимания. Или не хотел обращать, сказать сложно. Было очень жарко, одежда прилипала к телу, теплый ветер приносил не прохладу, а лишь аромат лаванды.

Да, лаванда. Только ради бескрайних полей можно было взбираться на вершину. У Храма, на самом верху, открывался фантастический вид: фиолетово-сиреневое море волновалось летними ветрами. Если напрячь воображение, можно представить, будто между пышных кустарников с ветром пробирается дракон.

Хин, как всегда, прервал идиллию, щелкнув меня по козырьку – под таким жарким и палящим солнцем без головного убора мы бы свалились с солнечным ударом еще у подножья.

– Зазеваешься и муха в рот залетит, – укорил Хин с самодовольной ухмылкой.

– Смотри, как бы к тебе шмель внезапно не подлетел, – пригрозила я, уже научившись вести с ним диалог.

Хин хоть и не признавал этого, но шмелей боялся очень сильно. Однажды огромный шмель залетел к нему в комнату, и Хин три дня туда не заходил. Я знала, чем его поддеть. Маленькая месть за множество уколов.

– Смотри под ноги, – пригрозил Хин.

Опять его предупреждения. Я не сдвинулась с места, а он опустил глаза, будто собираясь выбить очередную кочку. Площадка перед Храмом была выложена из белых ровных камней, споткнуться невозможно. Но Хин владел магией земли и ему было раз плюнуть устроить подлянку. Снова посмотрев в мои глаз, он ухмыльнулся. Я стоически выдержала его взгляд, но до последнего опасалась, что в меня прилетит откуда не жду. Ведь Хин умел действовать неожиданно.

Запыхавшийся Кинэ позади внезапно споткнулся, рухнул и, обернувшись, я успела заметить, как он покатился к обрыву. Юншэн остановился и отчитал брата:

– Хватит уже, Хин! Тебе двадцать лет! Двадцать! А ведешь себя как в двенадцать!

– Не лезь, – огрызнулся Хин.

– Давайте не будем ругаться перед Храмом? – предложила я примирительно.

К моему удивлению, просьба помогла. Хин