Москву ничем не удивишь - Сергей Ермаков

— Там в зале какой-то мужик с фингалом спит…

— Ну спит и спит тебе-то что? — спросил Краб.

— Вчера-то его не было… — сообщил Владик.

Краб не стал Владику рассказывать историю появления в их доме мужика с фингалом и тем более раскрывать его инкогнито, а спросил:

— Завтракать будешь?

— Не посплю еще пару часиков, — ответил Владик.

— Ты ж столицу покорять приехал, — напомнил Краб.

— А что с ней будет со столицей? — зевая ответил Владик. — Триста лет простояла и еще триста лет никуда не денется!

Ответ был исчерпывающим и дальний родственник скрылся в туалете. Краб подумал о том, что наверное Владик намеревается проспать для начала триста лет, а потом уже покорять столицу. Вряд ли Краб доживет до того момента, когда столица покорится ему. Владик вышел из туалета и стал поражаться тому, что у них рядом с унитазом зачем-то стоит краник для питья, такой же почти, как у них был в зоне отдыха в армии, только не медный, а никелированный. Краб пояснил, что это никакой не краник для питья, а биде.

— А зачем оно? — спросил Краб.

— Вместо туалетной бумаги, — как мог объяснил ему Краб и спросил:

— Ты хоть не попил оттуда?

Владик ничего не ответил, но по его обескураженной физиономии Краб понял, что Владик всё-таки успел приложиться губами к никелированному кранику и потому поскорее поспешил опять удалиться спать дальше. Он сразу же уснул, спал беззаботно и проспал даже дольше Татьяны, вычитавшей в одном умном журнале, что женщина, чтобы не стареть должна спать не менее двенадцати часов в сутки и дольше Алмаза, который ночью перед сном выпил снотворного и обезболивающего. Когда Владик проснулся, Краб, Татьяна и Алмаз уже пили в кухне кофе.

Он появился, вытирая глаза и сразу же уселся за стол. Алмаз, который не был предупрежден о присутствии в квартире Татьяны этого непричесанного существа в тельняшке, которая досталась ему, наверное, еще от его деда, поэтому с изумлением поглядел на Татьяну.

— Родственник, — пояснила она, — из-под Рязани. Приехал покорять Москву.

— А сам-то ты кто такой? — спросил у Алмаза Владик. — Выхожу утром в туалет, а он лежит на диване с фингалом. Это что ли хахаль твой, Татьяна?

— Нет, не хахаль! — ответила Татьяна. — Просто знакомый, забрел вчера вечером на огонёк…

— А где тогда твой хахаль? — спросил Владик. — Я вчера еще хотел спросить у тебя, но постеснялся….

— Ты умеешь стесняться? — удивился Краб. — Глядя на тебя никогда бы не подумал.

— У нас тут говорят не хахаль, а бойфренд, — пояснила Татьяна, — так вот, чтобы тебя любопытство не излишне мучило, я тебе скажу, что бойфренда никакого у меня нет.

— А почему? — удивился Владик. — Ты же вроде не уродина и вообще…

— Не нашлось пока достойного кандидата, — ответила Татьяна, — да и не до романов мне, работа всё свободное время съедает.

— А я читал в одной газете, что в шоу-бизнесе все мужики «голубые», — деловито сообщил Владик, — тебе надо не в шоу-бизнесе искать себе хахаля, то есть этого, которого вы сказали, а в спорте, в футболе, например или в хоккее — там реальные мужики!

— Спасибо, — кивнула в ответ Татьяна, — я обязательно твоему совету последую…

Владик, выговорившись, потянулся к бутербродам лежащим в тарелке на столе. Татьяна стукнула родственника по руке и порекомендовала для начала умыться и одеться, пригрозив, что иначе он в этом доме есть не будет. Владик тяжело вздохнул, встал, подтянул трусы и обречено направился в сторону ванной.

Умылся он быстро — и минуты не прошло, потом сходил в комнату и надел всё-таки штаны. Когда Владик съел бутерброд и выпил кофе, Татьяна положила перед ним листок с двумя адресами, объяснив, что первый адрес — это его новое недорогое жильё: комната в двухкомнатной квартире в Подмосковье в Балашихе. Жить придется по соседству с хозяйкой — благообразной старушкой. Конечно, не царские палаты, но на первое время очень даже неплохо. Потом, когда Владик начнёт зарабатывать нормально, сможет и переехать. А второй адрес — это его новая работа на автомойке, куда он должен сегодня появиться, чтобы обговорить условия и график работы с начальством.

Татьяна после своего пробуждения сразу же взяла в руки телефон и посвятила целый час поиску работы и жилья для Владика, замучив своего продюсера Якова Захожина, обладающего большими пробивными способностями и многочисленными связями. Татьяна посчитала, что всё получилось очень удачно — и жильё и работа в один день, но дальний родственник остался недоволен.

— Ну, а почему я должен съезжать, мне тут нравится, — пробубнил он, — у вас и комната для меня есть. Я в Москве хочу жить, а не на отшибе где-то. И тащиться в какую-то Балашиху из-за этого знакомого с фингалом, который тут поселился? Тем более даже не хахаля! У меня и денег нет вообще ни копейки. На что я квартиру буду снимать?

— Я дам тебе взаймы триста долларов, — ответила Татьяна, — отдашь когда заработаешь. На первое время тебе вполне хватит, если особо не шиковать. А не в самой Москве, а в Подмосковье в Балашихе нашли для тебя жильё, потому что там намного дешевле снимать, чем в Москве и для начала тебе как раз сойдет. К тому же мы с отцом уезжаем в скором времени в Турцию и тебя одного тут, извини, не оставим. Пока что я тебя не слишком хорошо знаю.

— А знакомый с фингалом? — поинтересовался Владик. — Он тут останется?

— Нет не останется, — ответила Татьяна, — у него своя квартира есть.

— Я не знакомый с фингалом! — обиженно, но гордо вмешался в разговор известный певец и постановщик мюзиклов. — Я певец Алмаз — заслуженный артист России!

Владик откусивший уже бутерброд и начавший активно жевать, остановил движения челюсти, открыл рот и крошки посыпались у него изо рта прямо на стол. Он выпучил глаза на Алмаза и лицо его стало настолько придурковатым в этот момент, что заслуженный артист даже малость перепугался:

— Что такое? В чем дело? Что ты на меня вытаращился?

— Алмаз? — радостно переспросил Владик. — А я как раз когда сюда ехал в поезде у соседа в газете как раз и прочитал про тебя, что ты «голубой»! Ну, блин, в первый раз в жизни живого «голубого» вижу! Расскажу кому в деревне — не поверят!!! А я еще думаю — похож ваш знакомый на кого-то, если б не фингал!

Алмаз побагровел, слухи о его нетрадиционной ориентации преследовали его по пятам и возможно не были лишены основания, но он не мог потерпеть, чтобы всякий и каждый такал ему в лицо и оскорблял тем, что в деревне можно рассказать только о том, что ты сидел за одним столом с «голубым», а не с автором постановки мюзикла «Амбивалентность»!!!

— Ну, знаете!!! — вспылил Алмаз, возмущенный таким скотским панибратством. — Если бы я не был интеллигентным человеком и вашим гостем, то я бы как сейчас двинул ему в морду!!!

— Ты вчера уже кому-то двинул, — нахально ответил ему Владик, — тебе самому досталось, да видно мало! Или со второй стороны фингал поставить для симметрии?