Секрет похищенной дискеты - Екатерина Вильмонт

— Конечно!

Даша обошла двухкомнатную и довольно просторную квартиру,где имелись и кладовка, и два стенных шкафа. «Да, это еще та работенкабудет», — подумала она. Коридор был заставлен книжными полками. И вдругДаша подумала: «А что, если…» Ее мама часто прятала что-нибудь в книгах.

— Слушай, Ляля, а в книгах этого быть не может?

— В книгах? Почему, наверное, может…

— Тогда скажи, в какие книги ты никогда бы незаглянула?

— В большинство! — засмеялась Ляля.

— Ты что, не любишь читать? — удивилась Даша.

— Ну, не очень… — призналась Ляля.

— Это зря, — задумчиво проговорила Даша. —Очень даже зря… У вас стремянка есть?

— Есть!

— Тащи! И какие-нибудь перчатки!

— Перчатки? Зачем? Чтобы отпечатки пальцев неоставлять, да?

— Соображаешь! — улыбнулась Даша. — На стеклелюбой отпечаток заметен, вдруг твоя мама что-то заподозрит…

Ляля приволокла стремянку, потом нашла вязаные перчатки, иДаша взялась за дело. Открыла одну полку и стала по одной вытаскивать книги,просматривать и снова ставить на место. На первой полке они ничего необнаружили, как, впрочем, и на второй, и на третьей. Полки стояли в три ряда.На тех, которые можно достать с пола, она решила пока не смотреть и, переставивстремянку, взялась за верхние полки второго ряда. И вот, вытащим какую-то явностарину книгу на французском языке, она тряхнула ее, и оттуда выпал конверт!

— Есть! — дрожащим от волнения голосом воскликнулаЛяля и схватила конверт.

— Подожди! — закричала Даша, — нетрогай! — и буквально скатилась вниз. — Осторожно!

— Что? — не поняла Ляля.

— Я тебя умоляю, тут надо действовать очень-оченьосторожно!

Она рукой в перчатке отобрала у Ляли конверт. Он был плотныйи незапечатанный. Даша подошла к столу, положила конверт и сняла перчатки. Ляляне сводила с нее испуганных глаз.

— Открывай! — распорядилась Даша. — Только непомни и не порви!

Ляля дрожащими руками открыла конверт, заглянула и едваслышно проговорила:

— Кажется, это то…

Она вытащила из конверта тоненькую пачку документов.

— Даш, мне страшно…

— Ну, если страшно, давай все вернем на место!

— Да ты что! Только давай ты сама посмотришь. Ладно?

— Ладно! Так, свидетельство о разводе Морозовой НатальиСергеевны и Кострючко Владислава Руслановича, Лялька…

— Кострючко Владислав Русланович?

— Именно! Наталья Сергеевна Морозова — это твоя мама?

— Ну да!

— Значит, этот Кострючко — твой папа!

— Кострючко… Какая некрасивая фамилия… — разочарованнопроговорила Ляля.

— Но зато довольно редкая! Искать легче будет!

— Даш, а что там еще?

Но остальные документы не представляли для них никакогоинтереса, если не считать маленькой фотографии какого-то довольно красивогомужчины.

— Это он? Как думаешь, Даша?

— Наверное… А впрочем, может, и не он…

— Посмотри, я на него похожа?

Даша внимательно вгляделась в фотографию. Потом в Лялю.

— Не пойму… Вроде бы есть какое-то сходство… Нет, незнаю.

— Даш, а что теперь?

— Теперь? Первым делом надо все вернуть на место!

Она аккуратно сложила в конверт все бумаги, засунула конвертмежду страницами французской книги и поставила ее на место.

— Теперь порядок! — с удовлетворением сказалаДаша, слезая со стремянки.

— А дальше? — гнула свое Ляля.

— Дальше будем искать твоего родителя. У тебя естьтелефонный справочник?

— С домашними телефонами?

— Ну да!

— Нет, — вздохнула Ляля.

— Не страшно. У нас есть, я посмотрю. Все-такиКострючко — это не Иванов!

— Но там ведь только телефоны, да?

— А тебе адрес нужен?

— Хотелось бы.

— Тогда обратимся в справочную.

— И все?

— Что все? — не поняла Даша.

— Мы обратимся в справочную, и, может быть, уже завтрая увижу его?

— Почему бы и нет? Хотя надо еще учитывать, что онможет жить вовсе и не в Москве.

— Не в Москве? — испуганно переспросила Ляля. —А где же?

— Да мало ли, хоть в Австралии… правда, этого мы такпросто не узнаем.

На глазах у Ляля выступили слезы.

— Да ты не расстраивайся, я пошутила! Может, он вовсена соседней улице живет!

— Хорошо бы… Ой, Даша, а ты ведь и вправду класснаясыщица! Вон как быстро справилась! — восторженно проговорилаЛялька. — Даш… — Она смущенно запнулась.

— Ну что? — подбодрила ее Даша.

— Ты меня не бросишь?

— Что?

— Ну это… Искать его… поможешь мне? Одной как-тобоязно…

— А… Ладно, помогу. Не брошу! Может, не будем времятерять и махнем прямо на вокзал?

— На вокзал? Зачем? — недоуменно спросила Ляля.

— В справочное бюро. Теперь оно, кажется, только навокзалах осталось. Отсюда ближе всего на Киевский.

— Здорово! Давай!

На Киевском вокзале они не без труда нашли справочное бюро.Там оказалась очередь. Ничего не попишешь, пришлось встать. Очередь двигаласьмедленно, люди нервничали, сердились.

— И что за дела! Вот раньше эти киоски справочные накаждом углу были — и никаких тебе очередей! — говорила пожилая женщина.

— Зато за всем остальным в очередях часамитолкались, — ответила ей другая, помоложе. — Ничего, за справкой некаждый день ходишь, можно и постоять, а вот когда очередь за колбасой…

Девочки простояли больше часа, пока наконец Даша не сделалазапрос.

— Приходите через час! — сказала ей девушка вокошке.

— И опять в очереди стоять?

— Нет, подашь мне квитанцию, и все.

— Спасибо!

— Что она сказала? — спросила стоявшая в сторонкеЛяля.

— Ответ будет через час. Она спросила год рождения иместо рождения, я не знала, но сказала на всякий случай, что год рождения незнаю, но примерно от пятьдесят пятого до шестидесятого, а место рождения —Москва. А то бы она не приняла заказ…