Петля - Сергей Павлович Бакшеев

— Где ваше пальто? — наседала Елена.

Ее опыт подсказывал, что при расследовании убийства малейшая нестыковка способна дать делу самый неожиданный поворот. Петелина внимательно следила за мимикой Мальцевой.

— Я его испачкала.

«Лжешь», — отметила про себя следователь.

— Я споткнулась, испачкалась и выбросила пальто, — твердила Мальцева.

— Оно было новое?

— Да.

— И вы его выбросили?

— Да.

— Куда?

— На помойку.

— Новое пальто — на помойку. Где именно?

— Рядом с домом, — призналась Инна, прямо посмотрев в глаза следователя.

«А вот сейчас ты не лжешь. За пять минут ты не могла отойти далеко».

Петелина услышала в коридоре голос капитана Валеева. Он ее искал. Елена решила продолжить психологическое давление на подозреваемую и пригласила оперативника войти в комнату.

— Осмотрел? — спросила она.

— Мы с Майоровым прочесали район в радиусе пяти минут ходьбы от дома. — Оперативник недобро поглядел на Мальцеву. — Пальто нигде нет, и очков тоже.

— В мусорные баки заглядывали?

— Их проверили в первую очередь.

— Автомобили Мальцевых нашли?

— Стоят. Оба.

— Найдите ключи и загляните в салоны машин. Инна Олеговна, где ключи от автомобилей?

Глаза Мальцевой растерянно забегали по комнате.

— Моя сумочка…

— Марат, посмотри в прихожей. И еще. Если пальто хорошее, его могли умыкнуть из мусорного бака. Надо опросить дворника.

— Прямо сейчас? Дворники работают по утрам. Где я его найду?

— Надо. — Петелина мило улыбнулась: — Ты же все можешь, Марат.

— Ну, хорошо, — уступил капитан и вышел.

В комнату заглянул Миша Устинов. По хитрому взгляду эксперта Петелина поняла, что получены интересные результаты.

— Елена Павловна, я готов сделать предварительное заключение, — сказал он, косясь на задержанную.

— Говори, Миша.

— На топорике обнаружены смазанные отпечатки Инны Мальцевой. На ее руке кровь погибшего, а его смерть совпадает по времени со звонком соседки в полицию.

— Все сходится.

— Типичная бытовуха, даже неинтересно. Я, конечно, исследую и второстепенные улики, но они лишь дополнят общую картину.

— Это не я! — замотала головой Мальцева и расплакалась.

Отдельные волоски липли к ее влажным щекам.

Петелина вздохнула — ей надоел дешевый спектакль. Улики налицо, показания свидетелей тоже. В голосе следователя появились стальные нотки.

— Довольно, Мальцева! Лучше признайтесь!

Женщина продолжала плакать. Петелина наклонилась к ней.

— Вы поссорились с мужем, захотели уйти, оделись, но он вас оскорбил. И тогда вы бросились на кухню и схватились за топор! Ваш муж не ожидал удара, и вы его убили. Потом в страхе выбежали из квартиры, во дворе заметили капли крови на пальто, сбросили его и тут вспомнили о главной улике. Топор! Вы вернулись за ним, а когда увидели, что натворили, потеряли сознание.

— Неудивительно. Помните, как я в первый раз… — Устинов выразительно посмотрел на часы. — Я закончил. За телом приехали. Отправляем на вскрытие?

— Пусть увозят, — разрешила Петелина, продолжая сверлить Мальцеву взглядом. — Я ничего не упустила?

Инна приподняла руки с пятнами засохшей крови. Ее растерянный взгляд перебегал с ладоней на лицо следователя.

— Кровь… Его кровь… Помойте мне руки. Я выкинула пальто не из-за крови. Ее там нет! Где мое пальто?! Найдите его! — истерично закричала она.

— Успокойтесь.

Елене стало жаль Инну. Женщина поддалась эмоциям и совершила непоправимую ошибку. Пока она в шоковом состоянии, говорить с ней бесполезно.

— Выпейте воды. Продолжим завтра.

Вместо того чтобы пить, Мальцева вылила воду себе на руки и стала торопливо вытирать их платком. Из коридора послышался шум: выносили тело. Шаги переместились на лестничную площадку.

И вдруг отчетливо прозвучал удивленный возглас Любови Максимовны:

— Это не он. Не Мальцев!

Инна вскочила. Петелина успела схватить Мальцеву, но ее было не удержать. Обе женщины оказались в коридоре рядом с телом. Теперь было хорошо видно лицо убитого. Оно не пострадало, лишь гримаса боли сковала мышцы. Вид мертвеца, лежавшего на носилках, испугал Инну. Ее лицо исказилось от ужаса.

— Это не мой муж! — выдохнула она.

Ее взгляд затуманился, ноги подкосились, и Мальцева осела в объятия обескураженной Петелиной.

6

В кабинете следователя Петелиной по вечерам горел яркий свет. Она даже потребовала установить дополнительные лампочки. Благодаря этому создавалась иллюзия, что еще не поздно, можно работать, только не надо смотреть на часы и оборачиваться на черное окно за спиной.

Елена и любила и ненавидела такие вечера. Сегодняшний сюрприз с неизвестным трупом превращал дело из простой «бытовухи» в загадочную головоломку. Начальству такие дела не нравились, а Елена, будь ее воля, занималась бы только запутанными случаями. К тому же неожиданный поворот давал надежду на то, что Инна Мальцева невиновна. Петелина сочувствовала женщинам, попавшим в переплет, и честно искала детали, которые могут смягчить обвинение. Инна Мальцева оставалась подозреваемой, но теперь уже не была единственной.

А ненавидела вынужденные задержки следователь Петелина из-за дочери. Конечно, мама Елены покормит двенадцатилетнюю Настю и отправит ее спать. И на тренировку по керлингу три раза в неделю отведет. А вот помочь с уроками бабушка не в состоянии. У Насти уже четверок больше, чем пятерок. Так и на тройки скатится…

Следователь закончила изучать досье на осужденного по фамилии Мальцев, когда ей позвонил Миша Устинов. Он попросил ее зайти в лабораторию.

Елена спустилась к эксперту и минут пять наблюдала за тем, как взъерошенный Головастик в распахнутом халате мечется между приборами и большим экраном компьютера.

«Еще секундочку», — каждый раз на ходу бросал он.

Наконец эксперт сладко потянулся и проехал в офисном кресле к столику с чайником. Щелкнул выключатель, зашипела вода, звонко захрустела фольга.

— Елена Павловна, кофе будете? Шоколад хороший имеется.

Петелина с грустной улыбкой покачала головой. Вечно голодный молодой эксперт ел шоколад, как хлеб, и при этом оставался худым. Для нее же каждая лишняя калория, особенно на ночь, как вражеский десант — стремилась захватить и расширить плацдарм в области талии.

«Нет уж, увольте, сорок четвертый размер одежды меня вполне устраивает».

— Тебе Василич составит компанию, — кивнула Елена.

В соседнем кресле расположился скелет. Это была пластмассовая модель медицинского макета. Лишь одна, но самая важная часть — череп — была настоящей. По преданию, его завещал прокуратуре некий рецидивист Василич, который всю жизнь мечтал работать следователем. Скелет Василич прижился в лаборатории. Его можно было застать там и корпящим над прибором, и развалившимся, чтобы отдохнуть. И каждый раз к нему была прикреплена поучительная записка.

Сейчас Василич сжимал в костлявых пальцах бутылку сомнительного виски, изъятого в ночном клубе после массового отравления. Надпись, прицепленная к позвоночнику скелета, гласила: «Не пей! Василичем станешь!»

Миша громко застучал ложкой, размешивая в большой