Древнее хобби - Марина Серова

Домов в деревне было немного, они быстро промелькнули за моим окном, старые, некоторые покосившиеся от времени. Внезапно я оказалась в очень красивом месте: передо мной расстилалось поле, на котором был огороженный бетонными плитами большой участок. За полем высилась гора, заросшая лесом, она завораживала своим великолепием. Справа, в низине, виднелся пруд. Красиво! Цветы на лугу, коровки пасутся, птички поют… Просто рай.

Я постаралась заглянуть за бетонный забор, но у меня это не очень-то получилось. Высоковат. Или я для него низковата. Тогда я решила доехать до горы и подняться на нее. Уж оттуда я все увижу!

Когда, пройдя немного по тропинке, ведущей вверх, я оглянулась, то просто ахнула! Отсюда вся фазенда Епифанцева видна как на ладони. Большой участок. Огромный дом в три этажа, с колоннами, монсардой, как сказал Ариша, будто с полотен дореволюционных художников. Перед домом был разбит парк с дорожками, выложенными плитами. Голубые елочки, каштаны, кусты можжевельника, клумбы с цветами, даже фонтан в середине – все, как говорил Ариша.

Справа, чуть ниже всего этого великолепия, голубел приличных размеров водоем, искусственный пруд. Отсюда, издалека, он выглядел вполне естественно. Его тоже огибали белые и желтые каменные дорожки. На контрасте с зеленой газонной травой они смотрелись просто великолепно.

Рядом с воротами стоял домик охраны. Две высокие сосны раскинули над ним свои лапы, словно шатер.

Надо поговорить с Ярцевым. Почему-то это первое, что пришло мне на ум. Я включила номер журналиста-скандалиста и услышала его приветливое «Алло!».

– Антон! Это Полина.

– Привет. Рад слышать.

– Скажи, ты что-нибудь знаешь о владельце колбасного цеха в нашем городе?

Что за вопрос! Ярцев знает все! Или почти все. А то, чего не знает он, наверняка знают его коллеги.

– М-м… Как сказать?

– Скажи как есть.

– Кое-что знаю…

– Поделишься?

– Ну, как говорится, чем богаты. А что это ты вдруг заинтересовалась «колбасником»?

– Объясню при встрече. Так я заскачу к тебе ненадолго?

– Давай, я у себя.

По дороге я купила банку более или менее приличного растворимого кофе. Та бурда, которую журналисты пьют у себя в редакции, потом откликается изжогой в моем желудке. Как они вообще умудряются оставаться в живых, выпивая каждый день по нескольку литров такой отравы? К кофе я прихватила пачку шоколадного печенья.

Мы с Антоном сели в уголке его комнаты, где, кроме нас, находились еще трое работающих за компьютером сотрудников.

– Так с чего ты вдруг «колбасником» заинтересовалась? – спросил Ярцев, открывая банку моего кофе и включая чайник.

Я коротко рассказала историю Ремезова.

– Ну, Епифанцев! Силен! Впрочем, я не так уж удивлен: он, как всегда, в своем репертуаре.

– В каком таком репертуаре? Это что у него, не первое «кидалово»?

– И даже не второе.

– С этого места прошу поподробнее.

– С фонтаном, который у него во дворе, я слышал, вышла почти такая же история. Когда в позапрошлом году его установили, кстати, работала фирма из районного центра, у нас-то никто этим не занимается, так вот, он сделал предоплату пятьдесят процентов, а остальное отказался платить, сославшись на серьезные недоделки. То ли фонтан бил не на ту высоту, какую он хотел, то ли протечка где-то была. Выяснение отношений проходило долго, потом та фирма подала на него в суд, суд постановил ответчику выплатить истцу, но воз, как говорится, и ныне там. Они подали на него жалобу в прокуратуру, но Епифанцеву, похоже, только этого и надо. По-моему, у него там «прихват».

– Похоже. А что еще? Ты говорил, дело даже не второе.

– А, ну и еще, я слышал, с фирмой по озеленению он конфликтовал в том же духе. Так что все, что вокруг дома у него понаделано, обошлось ему в полцены. А пруд, получается, так вообще даром! Хорошо устроился, прощелыга.

– Кажется, это вошло у него в привычку. Фонтан и парк – за полцены, пруд – даром. Это какие же средства сэкономлены! А может, он и дом так же построил? Ты видел его «дворец графа Шереметьева»?

– Нет, а что?

– Много потерял.

– Намекаешь, что пора заняться?

– Лично я с сегодняшнего дня уже занялась. А ты, если сможешь, сделай разведку со своей стороны.

– Не вопрос.

– Или у тебя других дел много?

– Ну, скандальный-то материальчик мне всегда сгодится. Скоро вот закончу одну статейку, освобожусь, тогда займусь твоим «колбасником» вплотную.

– Антон, а ты когда-нибудь видел самого Епифанцева?

– Близко не знаком, но встречать приходилось. А что?

– Опиши, если можешь, его внешность.

– Выглядит лет на пятьдесят, может, чуть больше, среднего роста, полноват, брюнет. Одет всегда «с иголочки», костюмы дорогие. Ездит на серебристой «Ауди», номер «789».

– Это что-то новенькое! Обычно люди его круга предпочитают номера типа «три пятерки».

– Как говорится, у богатых свои причуды. Может, он предпочитает не выделяться?

Поболтав еще какое-то время и договорившись обмениваться добытой информацией, мы с Антоном расстались.

* * *

Теперь мой путь лежал к колбасному цеху. Официально это предприятие называлось «Цех по переработке мясной продукции. ООО «Сервелат». Он находился за городом и был относительно небольшим. Территорию его окружал высокий забор из каменных плит, точь-в-точь такой же, как и окружающий усадьбу хозяина. Огромные железные ворота. Перед ними стояли две грузовые «газели» с надписью на бортах ООО «Сервелат» и нарисованными аппетитными палками копченой колбасы. Рядом с воротами находился ларек, реализующий продукцию мясного цеха по сниженной цене. Около него толпился народ. Вокруг стояли автомобили – от простеньких «Москвичей» до солидных иномарок и «пирожков». Граждане набирали колбасу и сосиски большими партиями и затаривали свои авто.

Я сделала вид, что тоже хочу прикупить мясных деликатесов, и остановила машину недалеко от ларька. С этого места мне хорошо были видны ворота. Стоять пришлось довольно долго. Машины подъезжали и отъезжали. А я все стояла на одном месте и только провожала их взглядом.

Но вот ворота откатились в сторону и выпустили серебристую «Ауди» с номером «789». Стекла ее были затонированы, причем настолько, что пассажиров вообще не было видно. Она рванула в город, я еле поспевала за ней.

Остановилась машина около ресторана «Ридо́». Из нее вышел темноволосый мужчина лет пятидесяти в хорошем темно-сером костюме с галстуком. Все, как описал Ярцев. Он зашел в ресторан, а водитель куда-то уехал. Я стояла невдалеке в раздумье: посетить ли мне это заведение или понаблюдать отсюда для первого раза? Решив все-таки сделать последнее, я осталась в машине.