Телохранитель - Сюзанна Брокман

Он не дал объяснений, почему они нанесли ей визит, просто смотрел на нее, запоминая ее глаза, волосы, шелковую блузку, аккуратно заправленную за широкий пояс мягких шерстяных брюк. Как и большинство мужчин, он видел сквозь одежду ее тело, и, она знала, то, что он увидел, ему понравилось. Ее внешность — тонкие черты лица кинозвезды, мягкие синие глаза под тяжелыми веками, густые светлые волосы, ее совершенное, пропорциональное тело, элегантная одежда и неброский благородный макияж — можно было бы оценить баллов в пятнадцать.

Она была ослепительно красива — слишком красива, чтобы иметь друзей.

— Нам бы хотелось задать вам несколько вопросов, миссис Ламонт, — сказал наконец Гарри О'Делл.

В выговоре, как и во внешности, она различила следы его происхождения: вероятно, он вырос в Нью-Йорке, где-нибудь в Бруклине или Бронксе, — уж Алессандра знала в этом толк.

— Примите наше сочувствие в постигшей вас недавно утрате. Я имею в виду гибель вашего мужа, — вмешался второй полицейский.

Он, как и Гриффин, несомненно, был уроженцем Коннектикута.

— Бывшего мужа, — поправила Алессандра, пожалуй, слишком поспешно.

Детективы обменялись удивленными взглядами, а она спокойно продолжала:

— Он съехал отсюда в январе, когда развод еще не был оформлен.

Гарри кивнул:

— Значит, как я понимаю, вас не слишком подкосило известие о том, что его нашли в Ист-Ривер плавающим лицом вниз?

— Я его не убивала, мистер О'Делл, если вы намекаете на это.

— Я ни на что не собирался намекать, но все же рад вашему сообщению.

Он явно потешался над ней, несмотря на то что она адресовала ему ледяной взгляд.

— Вы знаете, кто похозяйничал в вашем доме?

Она ответила так же кратко, как за несколько часов до этого местным полицейским:

— Нет.

Детектив внимательно наблюдал за ней.

— И у вас не имеется никаких соображений на этот счет?

— Конечно, имеются. Но вы ведь не это хотели спросить. Вас интересует, знаю ли я, кто это сделал.

— И кто, как вы полагаете?

Она ответила, тщательно подбирая слова:

— Если бы я попыталась высказать догадку, то сказала бы, что это те самые люди, что убили Гриффина. «Где деньги? Найди их, и поскорее». Алессандра еще крепче вцепилась в радиотелефон.

— Полиция считает, что Гриффин каким-то образом был замешан в распространении наркотиков. А вы об этом ничего не знаете?

— Чем бы он ни занимался, но меня в свои дела не посвящал. Он вообще редко обсуждал со мной что бы то ни было.

Гарри развел руками, как бы охватывая разгромленную комнату.

— Тот, кто учинил этот погром, явно что-то искал. Это ведь не случайность, миссис Ламонт.

— Боюсь, я не в состоянии вам помочь, — ответила Алессандра.

Текли бесконечно долгие секунды, а детектив только смотрел на нее, и постепенно в углах его рта начала зарождаться улыбка. Он не верил ей, а она не верила ему. Она не внушала ему симпатии, но он желал ее. Стоило ей протянуть руку, и он принял бы ее и последовал за ней наверх, в спальню, отнюдь не затем, чтобы задавать вопросы.

— Благодарю за то, что уделили нам время. — Он было повернулся, чтобы уйти, но вдруг задержался. — Вам есть где переночевать сегодня?

— Со мной все будет в порядке, — повторила она как заклинание, надеясь убедить в этом хотя бы себя.

— Она умнее, чем может показаться на первый взгляд. — Прежде чем свернуть налево, на скоростное шоссе, Джордж посмотрел в боковое зеркало.

— Ну, это не такое уж необычное явление среди представителей человечества. Ты ведь тоже умнее, чем кажешься.

Гарри поерзал на сиденье, пытаясь устроиться поудобнее и глядя, как за окном машины мелькают и исчезают кварталы Куинс. У него чертовски болело плечо.

— Конечно, если уж идти в сравнениях и дальше, то от нее пахнет много лучше, чем от тебя, — добавил Джордж.

— Вот как? А я и не заметил.

Джордж ухмыльнулся:

— Зато я заметил!

Алессандра Ламонт и впрямь источала аромат свежести и женственности; она пахла, как пахнет в дорогих и модных парижских магазинах, В Париже он был с Соней, до того как они расстались навсегда. На мгновение Гарри закрыл глаза.

— Почему, если я начинаю разговаривать с блондинкой, мой лексикон сужается до двух десятков слов и большая их часть непригодна для воспроизведения в приличном обществе? — Он покачал головой. — Кстати, к вопросу о приличном обществе. Эта болтовня о высшем свете совершенно вышибла нужные мысли у меня из головы, черт возьми! Она что, вообразила себя герцогиней? Неужели эта фифа серьезно думает, что мы хоть на секунду поверили, будто ей не известно о мафии и о том, что этот вычурный дом куплен на ее деньги?

— Ты закончил? — спросил Джордж.

Гарри шумно выдохнул и потер затекший затылок.

— Нет, — возразил он, — не закончил.

Отчего-то у него было ощущение, что во время расследования ему предстоит видеть Алессандру Ламонт снова и снова. А если так, то ему не удастся покончить с мыслями о ней много-много недель. К тому же все его тело ныло — он сильно ушиб плечо, когда бросился прикрыть собой клерка в супермаркете.

Перестрелка длилась не более пятнадцати секунд, но, вероятно, в течение этих секунд на теле его появлялись все новые ушибы и синяки. И все же он уснул в полицейском участке, уронив голову на стол: возможно, именно это нанесло ему самый серьезный урон. Пожалуй, он становится слишком стар для такой работы.

Гарри не мог припомнить, когда за последние несколько месяцев ему удалось поспать в собственной постели, вытянувшись во весь рост. И уж само собой разумеется, он не мог припомнить случая, когда ему посчастливилось бы оказаться в постели с такой женщиной, как Алессандра Ламонт. Впрочем четыре года назад такое еще могло случиться. Как раз перед тем, как…

Он заставил себя отвлечься от ненужных мыслей и спросил:

— Так ты думаешь, она знает?

Джордж включил дворники, чтобы убрать осевшую на ветровом стекле влагу от начавшего моросить дождя.

— Думаю, она чего-то недоговаривает, что-то скрывает от нас. — Он посмотрел на Гарри. — И еще я думаю, что, несмотря на свой вид и манеры Снежной Королевы, она подала тебе очень многозначительный сигнал. Уж не знаю почему, но из головы у меня не выходит выражение «постельный разговор».

— О нет! — возразил Гарри. — Не-ет! Ни в коем случае!

— Но ты ведь не можешь не согласиться, что было бы гораздо менее опасно для жизни, если бы ты ночью выпускал пар, не охотясь за тремя вооруженными бандитами без прикрытия, а как-нибудь иначе?