Магия госпожи Метелицы - Дарья Донцова

Платонов позвонил часа через три, Зарецкий включил на телефоне громкую связь, и голос полицейского разлетелся по кабинету:

– Точно пока сказать не могу, но похоже на отравление.

– Ядом? – воскликнул Иван Николаевич. – Каким?

– Анализы еще не готовы, – терпеливо объяснил Андрей, – но наш эксперт редко ошибается.

– Значит, план «Б»! – заявил Зарецкий.

– Советую подождать до завтра, после обеда будет ясно, – сказал Андрей.

– Ладно, – с неохотой согласился издатель.

– О чем идет речь? – налетела я на Ивана. – Что вы придумали?

Издатель поднял руку.

– Виола, дорогая, не нападайте. Когда жизнь подбрасывает шанс, не грех им воспользоваться. Пока я ехал в школу, обдумывал ситуацию. Если директриса умерла от инфаркта-инсульта, то никакой активности проявлять не стоит, дело обычное, интереса не вызовет. Но если совершено преступление… Я позвонил на канал, сообщил о неожиданных обстоятельствах, поделился своей идеей, продюсер пришел в восторг!

– Может, и меня посвятите в свои планы? – вкрадчиво спросила я.

– Виолова станет победительницей проекта. После истерики, устроенной Никитой, всем понятно, кто на первом месте. Но вы не только окажетесь на пьедестале почета, вы еще станете сыщиком. Убийство в гимназии! Вот это поворот в шоу!

– С ума сойти, – подпрыгнула я. – Поисками отравителя должна заниматься полиция.

– Совершенно с вами согласен, – не стал спорить Иван Николаевич. – Платонов побежит по одной тропе, вы по другой. На стороне Андрея криминалистическая лаборатория, обученные сотрудники, а у вас лишь ваш мозг, интуиция и доброе сердце.

– Уши, лапы и хвост, – пробормотала я. – Здоровская идея.

– Вам нравится? – спросил Зарецкий.

– Нет, – отрезала я, – совершенно не нравится.

Но Иван Николаевич не захотел услышать мои слова.

– Устроители программы в восторге. Теперь только надо подождать, чтобы экспертиза установила насильственную смерть директрисы, и вперед. Шоу слегка изменит формат. Сначала вы получите приз, а потом, когда зритель расслабится, решит, что все интересное завершилось, его огорошат сообщением: «Писательница не только обошла всех в конкурсе, она еще раскрыла убийство. Шоу «Чужой среди своих» продолжается, оставайтесь с нами!» И вы, Виола, дорогая, станете главной героиней еще нескольких программ. Рейтинг попрет вверх ракетой!!! Огромная удача!

У меня неожиданно заболела голова. Ничего себе огромная удача – смерть Полины Владимировны. На мой взгляд, в произошедшем нет ни малейшего повода для радости.

– Виола, дорогая, вы побледнели, – забеспокоился Иван.

Я попыталась улыбнуться.

– Все в порядке, но в кабинете душно.

Зарецкий встал и приоткрыл окно.

– Виола, дорогая, вы расстроились, когда я сказал про огромную удачу? Извините дурака, я проявил редкостную толстокожесть. С директрисой я знаком не был, ее кончина для меня не трагедия, увидел возможность задержать вас на телевидении и обрадовался. Фу, сам себе противен.

– Иван Николаевич, к вам посетитель, – раздался из селектора голос секретарши.

– А ну иди сюда! – приказал босс.

– Здрассти, Арина, – прочирикала помощница Зарецкого, появляясь в кабинете.

– Привет, Танечка, – улыбнулась я.

– Кто сюда рвется? – недовольно спросил Иван.

– Прозаик Рогов-Ростовский, – отрапортовала Татьяна.

– Их двое? – спросил Иван.

Секретарша хихикнула.

– Нет! Фамилия двойная.

– У нас есть такой автор? – удивился Зарецкий. – Не помню что-то.

– Вы ж не можете всех в голове удержать, и не надо, а то мозг треснет, – вздохнула Таня. – Она представилась, как прозаик, написавший много бестселлеров. Сказала, хочет обсудить очень важный для издательства вопрос.

– Ясно, – поскучнел Иван, – сейчас начнет денег просить. Отфутболь его.

Таня попятилась.

– Не получится, она настырная, хуже мухи. Я не один раз повторила: «Зарецкого нет», – а она: «Ничего, я подожду», – и сидит. Лучше с ней минутку поговорить. Она вас все равно поймает, выйдете из кабинета, а баба тут как тут.

– Татьяна, перестань меня путать, – рассердился шеф. – Кто в приемной?

– Женщина! – отрапортовала секретарь.

– Тогда почему ты сказала: «Прозаик Рогов-Ростовский»? – вопросил Зарецкий.

– Тетка – его представитель, – внесла ясность Танюша, – липучка – рубль штучка. Мой вам совет с ней поговорить, в противном случае она у вас под дверью заночует.

Я встала.

– Иван Николаевич, я поеду домой.

Зарецкий хотел что-то сказать, но в этот момент створка приоткрылась, и в кабинет всунулась толстая дама в очках.

– Разрешите? Я прозаик Ногов-Архангельский.

– Прошу вас, – сухо отозвался Иван Николаевич.

Литагент сделала шаг, увидела меня. Прищурилась и воскликнула:

– Арина Виолова?

Я кивнула.

– Рада встрече, – и стала обходить посетительницу, но та, вместо того чтобы посторониться, указала на меня пальцем и тоном самодержца, беседующего с холопом, заявила:

– Виолова! Жди меня в приемной. Освобожусь, и мы побеседуем.

Последние слова прозвучали угрожающе, и Зарецкий, прекрасно понявший это, побагровел.

Мы с Таней вышли в холл.

– Похоже, мадам ку-ку, с приветом, – повертела пальцем у виска секретарша. – Сейчас ей босс коротенечко объяснит, как с Виолой Ленинидовной общаться надо. Вот же коза с претензиями!

– Ты вроде назвала ее Рогов-Ростовский, а она Ногов-Архангельский, – улыбнулась я.