Принцесса-чудовище - Лариса Соболева

– Доброе утро, – сказала Марго по-французски.

Гувернантка вздрогнула, проворчала на английском насчет громкости и рыбы, которая испугается мадам и уплывет. Марго же рассматривала коробку с землей, где ворочались червяки. Выставив указательный палец, спросила по-французски:

– Где вы взяли это?

Мадемуазель лишь повернула голову, скосив глаза на коробку с червяками, и с достоинством ответила по-русски:

– Я копаль лопата. Тсс!

– Фи, фи, фи, – передернула плечиками Марго.

В купальне она сбросила платье, подумала и сняла белье, после чего погрузилась в воду и поплыла к середине озера.

– Ах, мадемуазель Каролина! – закричала оттуда. – Бросайте удочку и поплавайте! Что за прелесть!

Потом был утренний чай прямо на залитой солнцем террасе. К Марго и мадемуазель, которой мадам помешала удить рыбу, присоединился Мишель, Суров спал. Наговориться не могли, особенно Марго. Вдруг она вспомнила:

– А что ты обещал мне рассказать про полнолуние?

– Не хочу тебя пугать, но здесь творятся престранные дела. Каждый месяц находят в округе труп, и случается это в полнолуние. Находят тела крестьян, на горле которых две раны, по слухам укусы клыков. Крестьяне рассказывают байки про оборотней и вурдалаков, встающих из могил…

– Господи, ты веришь сказкам? – усмехнулась Марго.

– Не верю. Но тем не менее весьма странно.

– А что полиция?

– С ног сбилась. В байки они тоже не верят, да только не все. В мае на полнолуние устроили засаду, а почтмейстера прозевали. Да и что может сделать уездная полиция? Во всем лесу не разместишь полицейских.

– Доброе утро, – подошел к столу Суров. – Чаю дадите?

– Присаживайтесь, Александр Иванович, – пригласила его Марго. – Скажите, вы верите в оборотней и вурдалаков?

– Разумеется, нет, сударыня.

– А мой брат утверждает, будто по лесу бродит вурдалак. – Она слегка наклонилась к Сурову, голос ее приобрел таинственную окраску. – Упырь, или вурдалак, или вампир – собственно, это одно и то же – нападает на людей в полнолуние, кусает за горло и выпивает всю кровь до капельки. Каково, а?

– Страшная история, – в тон ей откликнулся Суров. – А полиция не пробовала схватить вампира и посадить в острог?

– Пробовала, – кивнула Марго. – Не поймала.

– Плохо ловила. Не бойтесь, сударыня, вам ничего не грозит.

– А я и не боюсь. Потому что в выдумки не верю. Но сказки послушаю.

– Да, конечно, все выглядит смешно в конце девятнадцатого века, – наблюдая за сестрой и другом, произнес Уваров. – Однако, друзья, трупы есть, а объяснения им нет. Крестьяне напуганы, поодиночке не ходят. Я в лесу делянки для лошадей держу, травы там сочные все лето, но конюх отказывается пасти коней один, а в ночное идти не хочет и вдвоем. Кстати, Марго, пойдем, покажу, какую лошадь я купил для тебя.

– Правда? – подскочила она. – Подполковник, пейте чай, к завтраку мы вернемся. Мишель, я сгораю от нетерпения увидеть лошадь…

В конюшне стояли несколько лошадей, предназначенных как для работы, так и для верховой езды. Уваров подвел Марго к серой в крапинку и с длинной шеей, предупредив:

– Осторожно, она норовистая.

– До чего же хороша… Как ее зовут?

– Ласточка. Погляди на моего Гермеса! – Он подошел к жеребцу рыжей масти, громко чмокнул его в морду. – Он из Калмыкии, но не уступит арабским скакунам. Что за стать, что за порода! Красавец, умница и преданный друг. Гермес, улыбка!

Жеребец приподнял верхнюю губу, обнажив крупные зубы, Марго зааплодировала и рассмеялась. Погладив по длинной морде Ласточку, прижалась к ней щекой:

– Я ей понравилась. Вечером мы устроим конную прогулку.

Сборник водевилей Марго отыскала в библиотеке брата и весь день мучила горничную, уча с ней слова из пьесы и советуя, как надо говорить. Приставала она и к Сурову, но тот категорично отказался стать лицедеем даже на час, обещал взамен себя привезти пару офицеров. Ну а брату пришлось согласиться на роль благородного отца, как он ни сопротивлялся. Гувернантка взялась разучивать ноты, ведь водевиль без куплетов – не водевиль.

Вечером, облачившись в темно-синюю амазонку и цилиндр с вуалью, Марго предложила разогреть лошадей, а после устроить скачки. Желание дамы – закон, но увлеклись.

– Марго! Лошади устали! – догоняя сестру, крикнул Уваров.

Но она никак не могла обогнать Сурова и крикнула в ответ на полном ходу:

– Я не люблю уступать1..

Подполковник натянул поводья, останавливая лошадь:

– Маргарита Аристарховна, признаю победу за вами.

– Нет и нет! – запротестовала она, но пустила лошадь шагом. – Не могу принять победу. Погодите, Александр Иванович, Ласточка привыкнет ко мне, и я обязательно обгоню вас.

– Мишель, короткая дорога к усадьбе есть? – спросил Суров.

– Не знаю, я так далеко еще не заезжал. Смотрите, кто это там, на пригорке? – указал он плетью.

– А мы сейчас спросим, – дернув лошадь за повод, сказала Марго.

Она спустилась в низину, затем поднялась на пригорок, где стоял всадник. Уваров и Суров неторопливым шагом ехали за нею.

– Простите, господин… – подъезжая к всаднику, заговорила Марго.

Тот немедленно приподнял над головой шляпу и представился:

– Оливье де ла Гра, профессор медицины.

– Графиня Ростовцева Маргарита Аристарховна, – ответила молодая женщина.

Это был высокий мужчина с благородной внешностью. Резко очерченные скулы и слегка впалые щеки придавали ему усталый вид. В седле профессор держался как влитой, с выправкой военного, да и вороная лошадь под ним не шелохнулась, значит, он опытный наездник. Де ла Гра производил впечатление человека строгого – он не изволил даже улыбнуться. Уваров и Суров тоже представились, и Марго спросила:

– Господин профессор, не скажете, есть ли короткая дорога в Озеркино?

– О, однако вы сделали большой крюк… Лучше возвращайтесь той же дорогой, ведь уже темнеет, – посоветовал де ла Гра.

– И все же как нам сократить путь? – настаивал Суров.

– Только напрямую через лес, никуда не сворачивая, – указал плеткой де ла Гра. Он хорошо говорил по-русски, иностранца выдавало лишь чуть излишнее грассирование. – Но, господа, ночью в лесу опасно.

– Скоро мы даем спектакль, не желаете ли посмотреть? – поспешила пригласить его Марго.

– Благодарю вас.

Кажется, он принял приглашение.

– А как вам сообщить о дне?

– Я гощу в усадьбе напротив Озеркина, через озеро. Честь имею, господа.