Здравствуй, труп - Елена Саулите

И Ольга нажала отбой. Дубовой, слышавший разговор от начала до конца, поднялся, натянул куртку и оглушительно рявкнул:

— Молодцы, по матрешкам!

Из кабинета покойной Дортман высунулись двое и вопросительно уставились на начальника. Подполковник шумно втянул воздух ноздрями и скомандовал:

— Лейтенант Маркин и капитан Собликов — в машину!

Милиционеры беспрекословно подчинились, оставшиеся опера продолжили работу. Ольга сорвалась с кушетки, на ходу натягивая потертую рыжую дубленку:

— И ты меня ни о чем не спрашиваешь? — как бы невзначай поинтересовалась она у подполковника.

— Дорогой поговорим. Поедешь со мной.

— На персональной «Волге»? — Ольга насмешливо покосилась на Дубового.

— Угу. Тебя что-то не устраивает?

— Нет, шеф, уж лучше вы к нам. На «форде» значительно комфортнее, знаете ли.

— Ладно, но за руль сяду сам, — безапелляционно заявил Дубовой, нажимая кнопку вызова лифта.

— Не доверяешь?

— Отчего же? Просто по опыту знаю, что задушенные старушки с черными языками надолго выводят людей из равновесия.

На улице совсем стемнело, снова грянул мороз, Ольгина машина успела основательно замерзнуть, и Дубовому пришлось минут десять прогревать остывший двигатель. Выруливая на проспект, Стас предложил:

— Вот теперь давай, выкладывай.

— Версию мою ты знаешь, — оживилась Ольга. — А сегодня мы получили доказательство моей правоты, — и она торжествующе посмотрела на подполковника, но тот и бровью не повел.

— Проводив жену за трупом якобы дочери, Градов опять отправился к гадалке, — продолжала Палева. — Зачем? Прости за тавтологию, но нам с Женькой оставалось только гадать. Может, он слежку почуял, а может… Да шут его знает, зачем он к ней отправился! Мы с Женькой пасли его с самого аэропорта, он вошел в подъезд дома Дортман в семнадцать двадцать пять, предусмотрительно оставив машину у ресторанчика, где до этого обедал. Принимая во внимание данный факт, я делаю вывод, что убийство Дортман планировалось заранее. Ровно через тридцать две минуты он выскочил из подъезда и побежал прочь, как ошпаренный. Мы с Женькой ринулись в квартиру гадалки, наружную дверь вскрыли при помощи отмычки, потому что на наши звонки в дверь никто не реагировал. Внутренняя дверь оказалась не заперта, свет в квартире был погашен, в кабинете — еще не остывший труп Изольды Дортман со следами удушения. Это ты видел сам.

— Видел, — поддакнул подполковник без особого энтузиазма.

— Женьку я отправила следить за преступником и вызвала тебя. По телефону Женька докладывает, что Градов хлопочет вокруг старой скважины позади дома: лебедку, веревки приволок, светит внутрь фонарем.

— И что, по-твоему, сие может означать? — поинтересовался Дубовой, аккуратно притормаживая за мчащейся впереди «Волгой» оперативников.

— Думаю, что труп Каспарова находится именно там, в колодце. И теперь Градов намерен от него избавиться раз и навсегда. Если мы, конечно, ему не помешаем.

Дубовой озадаченно хмыкнул. А спустя несколько минут достал из внутреннего кармана мобильник и набрал номер:

— Капитан Щепкин? — загудел он в трубку. — Здравствуйте, Игорь Иванович. Дубовой говорит. Тут у меня новости не очень, так сказать, воодушевляющие. Проблемы у вас, Игорь Иванович. Какие-какие? Я бы сказал серьезные.

Дубовой говорил долго, дотошно описывая рузавинскому следователю сложившуюся обстановку, Ольга молчала, уставившись на черное полотно несущегося навстречу шоссе. Окончив разговор, Дубовой повернулся к Ольге:

— Они оцепят район и перекроют дороги. Но право держать удар предоставляется нам. Спецназ уже в пути. Скорее всего, они будут в Рузавине раньше нас. Я приказал ждать при въезде в город.

— Ой, спасибо, — выдохнула Ольга.

По кольцевой они мчались на скорости сто пятнадцать, часы показывали половину двенадцатого ночи. Женька на связь выходил регулярно, позевывая, он дотошно докладывал о манипуляциях Градова. Ничего нового не происходило, Градов бесом вертелся вокруг пресловутого колодца: то светил туда фонарем, то устанавливал лебедку, то бросал все и убегал в дом. Вернувшись к колодцу в очередной раз, он приволок узкую алюминиевую лестницу и попытался спустить ее вниз. Острые края лестницы зацепились за нечто вне Женькиного поля зрения, и Градову пришлось опустить в колодец веревку, по которой он несколько раз спускался вниз.

— Надеюсь, что на этот раз репортаж ведется не из сугроба? — пошутила Ольга.

— Нет. Заседаю на чердаке дома напротив. У Коненковых. Сказал, что в последнее время участились кражи дров и пиломатериалов в их районе. Поворчали, но пустили. Я, Ольга Николавна, вот чего думаю: не труп ли Каспарова он из колодца выуживает?

— Возможно, Женя, очень возможно, — Ольга старалась говорить спокойно. Нервировать помощника раньше времени не стоило.

— Так если он его скоро достанет, мне тогда чего делать? — настаивал Евгений. В его голосе чувствовалось нарастающее беспокойство.

— Тебе ничего. Не паникуй. Станислав Викторович звонил местным оперативникам, обрисовал ситуацию, в ближайшие пятнадцать минут они оцепят район и перекроют все выезды из города. А ты спокойно ждешь нашего приезда. Там на месте и определимся, — инструктировала Ольга.

— Оцепят район, говорите? Это хорошо, — с облегчением сказал Евгений. — Одному мне с ним не сладить, и плакала тогда моя Венеция.

— Ты, главное, в одиночку ничего не предпринимай. Понял? Если что, я на связи. Думаю, через час будем на месте.

Острые пики черных елок, мелькавшие за окном «форда», напоминали проросшие на Аресовом поле зубы дракона. Ольга вспомнила свою первую поездку в Рузавин, тогда пейзаж за окном вызвал у нее совсем другие ассоциации. «Все зависит от настроения, — констатировала она. — На этот раз воевать едем, вот зубы дракона и мерещатся». Ольга разулась, подобрала под себя ноги и как можно плотнее закуталась в дубленку.

— Вот-вот, лучше поспи, — не отрывая глаз от дороги, посоветовал Стас.

Но стоило ей прикрыть глаза, как снова запиликал сотовый, звонил Олег:

— Ольга, что случилось?

— Ничего особенного. Беспокоиться не нужно. Я задержусь на работе.

— Задержусь? — неистовствовал Олег. — Ночь на дворе, а ты заявляешь, что задержишься? Мы с Марой с ума сходим, а она, видите ли, задержится. Нет, это просто издевательство какое-то! Где ты?

— Я еду в Рузавин. Беспокоиться не нужно, ждать тоже, к утру буду, — невозмутимо ответила Ольга и отключилась.

— Олег? — спросил Дубовой, покосившись на расстроенное лицо Ольги.

— Ну разумеется.

— Ругается?

— Еще как.

— Терпеливый он у тебя, — одобрительно заметил Дубовой. — Я бы на его месте тебя давно прибил, Ольга Николаевна. Вот те крест, прибил бы.