Утро ночи любви - Наталья Андреева

– Это так. Но у меня охрана. Ты же видишь.

– Мое дело предупредить, – с деланным безразличием сказал он, затушил сигарету и пододвинул к себе мороженое. – У нее, правда, есть еще кое-кто на примете. На предмет выгодного брака. Я видел, как они ворковали в ночном клубе, а потом этот товарищ сказал: жду звонка, телефон ты знаешь.

– Кто? – ревниво спросил Копейко.

– Имени его я не знаю. Высокий, худой, в очках, волосы рыжеватые. У него еще щека дергается, вроде как нервный тик...

– Ах, этот... ну, у него денег не много, – Игорь Михайлович вытер пот со лба и откинулся на спинку стула.

– Алина не к нему на свидание поехала, – намекнул он. – Она поехала сюда.

– Да ну. Бред. Не верю!

– Ну, как знаешь.

– А что она еще говорила? – с деланным безразличием спросил Копейко. «Клюнул! Подсекай!»

– Говорила, – так же безразлично сказал он, – мол, все продается, и у нее тоже есть цена.

– Разоткровенничалась, выходит? Не похоже на нее.

– Она выпила.

– Я не замечал, что она много пьет.

– Мы с ней вроде как друзья.

– Мужчина не может быть ее другом.

– А татуировка у нее на спине шикарная! Это ж надо! Кончик змеиного хвоста в той самой ложбинке...

– Врешь! – вздрогнул Копейко. – Откуда знаешь?

– У тебя два варианта: мы либо друзья, либо любовники. Какой выбираешь?

– Я выбираю тот, который меня больше устраивает. Раз она показывает тебе свои татуировки... Я не хочу ее больше видеть. Никогда.

– Значит, ты сам решишь свои проблемы? Я даже не требую компенсации за потраченное время. Хотя ты меня сам нанял...

– Постой! Сколько ты хочешь?

– За что?

– Ну, чтобы за ней присматривать. Я хочу знать, какие у нее планы.

– Только не надо встречаться с ней за моей спиной, – предупредил он.

– Хорошо. Сколько?

– Ну, я не знаю... Тысяч сто. – Он вздохнул и добавил: – Рублей. Для начала. Так сказать, аванс. А дальше будет видно.

– Хорошо, – повторил Копейко. – Я завтра передам конверт для тебя Ане, моему личному секретарю. Можешь зайти в любое время. – Игорь Михайлович оглянулся и нетерпеливо махнул рукой: – Девушка, счет!

К сладостям Копейко и не притронулся. А положив в корочки деньги, сказал ему:

– Следуй за ней шаг в шаг. Понял? Слушай внимательно все, что она говорит. И запоминай. Потом доложишь мне. В офис приходить не надо, звонить тоже. Я сам тебя найду.

Игорь Михайлович встал и, не оглядываясь, направился к дверям. Котяев с недоумением посмотрел на заставленный сладостями стол: а это кому? И вздохнул. Надо есть. Отметить, так сказать: только что состоялся развод на деньги. А не мало попросил? Надо было сказать не сто, а, к примеру, двести тысяч. Сто уже было, ставки надо все время повышать. Это закон игры. А молодец Андрюха Котяев! Ловко! Быстро ты всему учишься! Он был собой доволен. Теперь надо подумать. И Котяев потянулся к малине со сливками.

Итак, он выслушал одну сторону. По версии Копейко Алина сама напросилась на свидание, это был разговор ни о чем, но ведь так не бывает! Она обдумывает каждый свой шаг и времени попусту тратить не будет. Зачем она встретилась с бывшим мужем?

Надо послушать ее версию. Это из практики: у каждой из сторон, обвиняемого и потерпевшего, своя версия происшествия. Объективная картина складывается из суммы обеих, деленной пополам.

– Что-нибудь еще будете заказывать?

Он поднял голову: официантка. Оказывается, машинально он съел все.

– Нет, спасибо.

– Первый раз вижу мужчину, который так любит сладкое! – не удержалась девушка.

– И со мной такое в первый раз.

Выйдя из кафе, Котяев почувствовал дурноту. Впредь кондитерские заведения он будет обходить стороной, похоже, на всю жизнь наелся. А неплохо день прошел! Хорошо бы еще с Алиной поговорить! Так сказать, на десерт. При этой мысли его опять замутило.

Продышавшись, Андрей Котяев сел в машину. Он ехал к Алине. Череда дождливых дней прервалась на время, сегодня было просто тепло, а с завтрашнего дня обещали самую настоящую жару. Но прогноз погоды в последнее время редко сбывался, казалось, метеорологи, следуя общей тенденции, просто избегают плохих новостей.

Город жил в обычном режиме, несмотря на лето, ни людей в нем не стало меньше, ни пробок. Смена времен года уже не вызывала никаких эмоций. Ну, лето сегодня, потом будет осень, следом придет зима. Одинаковый дождь моросит с одинаково серого неба. Можно вообще не выходить на улицу: в супермаркеты вход прямо из метро, одни идут на работу, другие за покупками, третьи за развлечениями, а на маршрутах к отдаленным моллам курсируют фирменные автобусы. Шопинг – любимое из развлечений, не купить, так поглазеть, примерить, взять на заметку, чтобы потом достать денег и все равно купить. Мир, замкнутый на потреблении – вот что такое огромный город, и погода здесь ни при чем.

Он ехал, ожидая застать Алину дома. Кстати, почему она здесь, а не за границей? Вот уже месяца два. Что ее здесь держит? И об этом надо бы спросить.

На дорогу ушло часа три, и это еще было хорошо, потому что кольцевая почти встала! К дому Алины он подъехал в сумерках. Звонить и предупреждать о своем визите не стал. Как будет, так и будет. Вышел из машины, разминая затекшие ноги, и только направился к воротам, как его окликнули:

– Эй, мужик!

Он обернулся. В нескольких метрах, у мотоцикла, стоял парень в кожаной куртке, алом шлеме и черных кожаных перчатках. Он узнал сводного брата Алины. Парень, шагнул вперед и повторил:

– Мужик!

И вдруг налетел на него, прижал спиной к забору и принялся молотить кулаками.

– Зачем ходишь за ней?!! Убью! Сука?! Понял?! Убью!!!

Котяев даже захлебнулся: удары были чувствительные. Забор заходил ходуном, загудел. У него потемнело в глазах. Поднял руку, пытаясь закрыться, мотоциклист был просто бешеный! Калитка вдруг открылась, оттуда вылетела Гена, схватила парня за плечо, рванула на себя:

– Юрка! Стой!

Тот развернулся, чтобы вмазать и ей, но Гена мотоциклиста опередила. Ударила так, что парень завыл, завертелся волчком, потом попытался лягнуть ее ногой:

– Сука!

Тут и Котяев пришел в себя. Кинулся к мотоциклисту, достойно ответить, но Гена и тут помешала:

– Не надо! Хватит!

– Да какое там хватит! – отмахнулся он.

Гена отлетела, как от стенки, все же вес у Котяева был немалый, и они сцепились с мотоциклистом. Гена принялась поливать их матом и попыталась растащить. Он же в свою очередь прижал парня спиной к забору и, работая кулаками, заорал: