Дело смеющейся гориллы - Эрл Стенли Гарднер

Мейсон придержал дверь, пропуская Деллу Стрит, и, следом заней войдя в коттедж, тщательно запер дверь.

– Кто вы? – спросила женщина.

Внутри коттеджа было просторно и удобно. Маленькая гостинаяс дорогим ковром на полу была обставлена хорошей мебелью, через другую дверьбыла видна спальня с двуспальной кроватью и детской кроваткой.

– Меня зовут Перри Мейсон, я адвокат. Это Делла Стрит, моясекретарша. Я хочу сразу выложить карты на стол: я один из адвокатов,представляющих Джозефину Кэмптон. Она обвиняется в убийстве Бенджамина Эддикса,вашего мужа.

Женщина сидела, враждебно поджав губы.

– Продолжайте.

Мейсон сказал:

– Я оказался замешан в это дело совершенно случайно. Я купилваши дневники и…

– Я читала об этом в газетах. Зачем они вам понадобились? Вычто, хотели заняться чем-нибудь вроде шантажа? Неужели вы думали, я такая дура,чтобы написать в них хоть что-то такое…

– Вы написали там много такого, о чем не подозревали сами, –сказал Мейсон. – Хотя писали о том, о чем, как вы полагали, никто не сможетдогадаться.

– Например?

– Как вы думаете, зачем я сюда приехал?

– Не знаю. Как раз это я и хотела бы выяснить.

– Как, по-вашему, я вас здесь нашел?

– Этого я не могу понять. Я приняла все необходимые мерыпредосторожности.

– Это мне известно, – сказал Мейсон. – Как раз поэтому я иговорю, что в дневниках было гораздо больше, чем вы полагали. Ну а теперь яхочу узнать все в подробностях.

– Я не собираюсь вам ничего рассказывать.

– Я полагаю, расскажете, – уверенно заявил Мейсон.

– Почему вы так думаете?

– Потому что, – сказал адвокат, – мне и так известно очень многое.Я знаю названия мотелей, в которых вы останавливались с Бенджамином Эддиксом. Уменя есть ваши записи в дневнике о том, что вы собираетесь наслаждатьсясчастьем там, где оно вам выпало, и что вы не собираетесь ускорять развязку,пока она не наступит сама. А затем, обнаружив, что развязка неизбежна, вы быливынуждены что-то решать и написали об этом в дневнике. Мне известно, чтопроизошло на борту яхты. Я знаю, что вы с Эддиксом подстроили все так, чтобывнушить всем мысль о том, что вы якобы покончили жизнь самоубийством.Неизвестно мне одно: зачем он предпринимал все эти меры предосторожности? Вотэто мне и хотелось бы выяснить.

– Ну, раз вы такой умный, возьмите и выясните сами!

– Мне известно, – сказал Мейсон, – что вы поженились вНеваде. Я знаю, что вы дали указания прислать документы о регистрации бракапочтой по этому адресу. Я знаю, что настоящее имя Эддикса было Барнуэлл. Атеперь я могу высказать несколько предположений. Я не думаю, что этипредположения вам хотелось бы от меня услышать. Я могу опубликовать их вгазетах. Репортеры гоняются за мной, чтобы получить интервью.

– Ну так идите и дайте им интервью!

– Я уже дал им одно интервью, в котором заявил следующее: наосновании некоторых записей в вашем дневнике я предполагаю, что вы сообщилимистеру Эддиксу о его скором отцовстве. Я уже рассказал им про мотели,останавливаясь в которых вы с мистером Эддиксом регистрировались как муж ижена, и у меня есть свидетели, которые опознали ваши фотографии. Газетчикам этоуже известно. Завтра утром все будет опубликовано.

– Но зачем вы все это мне устроили? – спросила она.

– Я вам ничего не устраивал, – сказал Мейсон, – я адвокат иведу дело, в котором должен выяснить все факты. Я ничего не придумываю. Яничего не подтасовываю. Я только устанавливаю факты.

– А потом выбалтываете их газетам!

– Я сделал это, потому что так было нужно. Была какая-топричина, по которой мистер Эддикс не мог на вас жениться? Что это за причина?

– Не понимаю, с какой стати я должна вам это рассказывать!

– А почему бы и нет?

Она помедлила, потом проговорила:

– У вас-то какой интерес во всем этом?

– Я пытаюсь установить истину.

– И вы представляете Джозефину Кэмптон?

– Да.

– Хорошо! – с горечью воскликнула молодая женщина. – Есливам нужна правда о ней, то я вам скажу правду. Она убила его!

– Вы имеете в виду Бенджамина Эддикса?

– Ну конечно! Она убила его. Она еще сильнее хотела убитьменя, чем его. Это одна из причин, почему Бенни решил, что мы все сделаем так,будто… я уже мертва.

– Мне кажется, – сказал Мейсон, – что это слишком сложныйспособ решения довольно простой проблемы.

– Проблема не была столь уж простой.

– Почему бы ему было не решить эту проблему со своей первойженой? – спросил Мейсон, выстрелив наугад.

– Потому что он не мог.

Случайный выстрел попал в десятку.

– Почему? – спросил Мейсон.

Элен пожала плечами и сказала:

– Почему бы вам самому не порассуждать на эту тему?

– Ну что ж, я адвокат. Единственное возможное объяснениетого, почему мистер Эддикс не мог открыто объявить вас своей женой, состоит втом, что у него не было законного права это сделать, и единственная причина,которую я могу придумать, почему у него не было законного права жениться навас, – так это то, что жива его первая жена, которая, возможно, тянула из негоденьги и отказывалась дать ему развод.

Элен покачала головой.

– Неправильно? – спросил Мейсон.

Она с горечью произнесла:

– Газеты время от времени много писали о нем. Множество разони публиковали его фотографии. И вы никогда не слышали, чтобы кто-то пришел изаявил, что является его женой. И вы никогда не слышали о его предыдущейженитьбе.

– Это как раз одна из тех вещей, которые меня озадачивают, –неохотно согласился Мейсон.

– Это и меня озадачивало, но я любила достаточно сильно,чтобы положиться на судьбу и принимать все так, как оно есть.

– Вы так сильно его любили? – спросила Делла Стрит.

Элен задумчиво посмотрела на Деллу и сказала:

– Он был замечательный. Я хотела, чтобы все продолжалось –на любых условиях, которые он предложит, и до тех пор, пока это касается тольконас двоих.

– Я все еще не услышал от вас подробного рассказа, – сказаладвокат.