Кремлевский туз - Алексей Макеев

– Ну-ка, ну-ка! – делаясь вдруг шелковым, пробормотал капитан и присел рядом с помощником. – Разверни целлофан-то!.. – Голос его дрогнул.

Гуров с Барановым встали у них за спиной. Помощник капитана с прежней обстоятельностью развернул первую книгу. Гуров увидел старинный кожаный переплет, потускневшее золотое тиснение на обложке и присвистнул.

– Ого, – сказал он, оборачиваясь к Баранову. – Да это, похоже, восемнадцатый век!

– Это похоже на ту банду, которая занимается скупкой краденых книг по всей стране, – сквозь зубы проговорил Баранов. – У нас была на них установка, но на след выйти никак не удавалось. Мы думали, что товар уходит на Запад по каким-нибудь дипломатическим каналам, а все оказалось гораздо проще – они его малыми порциями по морю… Ну что ж, спасибо твоему Крячко, полковник!

– Всем нам спасибо, – улыбнулся Гуров. – Вовремя подсуетились. Еще бы немного, и они бы совершили культурный обмен через иллюминатор. Жалко, лодку теперь уже не догнать. А любопытно было бы посмотреть, кто тут раритетными изданиями интересуется…

– Черт с ними, – махнул рукой Баранов. – Нам бы со своими разобраться!

* * *

Катер, доставивший с берега последних пассажиров, встречали едва ли не всей командой. Над проливом разгорался рассвет и шныряли злые грязно-белые чайки. Примерно такого же цвета были бинты на голове Гурова – шляпу ему найти так и не удалось.

Он с волнением всматривался в силуэт бойкого катерка, который, разрезая тяжелую, будто промасленную воду, мчался через акваторию к «Гермесу». Гуров ждал возвращения Крячко и боялся – вдруг Стас не вернется?

Но по мере того, как приближался катер, тревога отпускала его. Он уже ясно различал знакомую коренастую фигуру друга, который торчал на ветру, вцепившись в какую-то стойку. Его майка трепетала, как флаг. Однако на лице не было улыбки – он, в свою очередь, всматривался в фигуры на борту «Гермеса» с тревогой и сомнением.

Наконец катер причалил, и пассажиры поднялись по трапу. Кроме Крячко и Великанова с дружком, здесь были еще трое посторонних гуляк. Великанов и его толстый приятель были заметно навеселе и впервые за все время путешествия, заметив Гурова, уставились на него с неожиданным превосходством. Они даже обменялись между собой какими-то замечаниями, показавшимися им чрезвычайно остроумными, после чего разразились грубым хохотом и двинулись дальше – независимой и вызывающей походкой. Однако вся веселость мгновенно слетела с них, когда, перегородив дорогу, перед ними словно из-под земли выросли первый помощник капитана с матросами и подполковник Баранов.

– Гражданин Великанов и гражданин Чижов? – официальным тоном спросил Баранов.

– Ну, допустим, – подозрительно буркнул Великанов. – А в чем дело?

– Вы подозреваетесь в похищении редких книг, являющихся государственным достоянием, – сообщил Баранов. – А также в контрабанде.

– Что за фуфло! – завопил Великанов и тут же принялся выворачивать все карманы. – Где ты видишь контрабанду? На, жри! Я чистый! Я на берегу всю ночь гудел, у меня алиби!

– Серегин назвал вас сообщниками, – невозмутимо сказал Баранов. – Может, соврал?

– Конечно, соврал! – горячо воскликнул Великанов. – Я этому Серегину пасть порву за такие дела!

– Но ваши подруги подтвердили эти показания, – с еле заметной улыбкой добавил Баранов.

Великанов принялся хватать ртом воздух. Его приятель попытался прийти на выручку и не слишком уверенно выкрикнул:

– Да эти телки – форменные дуры! Кого вы слушаете!

Помощник капитана, которому все это уже надоело, решительно заявил:

– Давайте закончим базар! По распоряжению капитана и в присутствии понятых в ваших каютах был произведен обыск…

Он еще не договорил, а оба приятеля переглянулись и разом побледнели.

– По какому праву? – заикаясь, спросил Великанов.

– Я уже доложил, – нетерпеливо повторил помощник. – По распоряжению капитана. Или вы предпочитаете, чтобы вас передали береговой полиции? У вас обнаружены наркотики – это серьезное обвинение.

Эта береговая полиция почему-то напугала приятелей больше всего – они поникли и замолчали.

– Мне приказано направить вас под арест, – добавил помощник. – До последующих распоряжений.

Дальше Гуров уже не слышал. К нему подошел Крячко и крепко пожал руку.

– Ох, и погуляли! – измученным голосом сказал он. – Не приведи бог еще раз… А у вас, значит, все получилось? Но почему книги? Я думал, наркотики.

– Это потому что ты ограниченный человек, – заметил Гуров. – А Великанов тянется к книге.

На прогулочных палубах появлялось все больше пассажиров. Сценка у трапа привлекала общее внимание. Чтобы избежать ажиотажа, первый помощник постарался побыстрее увести возмутителей спокойствия. Баранов подошел к оперативникам и поздоровался с Крячко.

– Ну, задал ты нам работы! – проворчал он. – Одного нашего продырявили, хорошо, кость не задета… Однако надо убираться с этой калоши. Я чувствую, покоя мне здесь не будет! – Он засмеялся и добавил: – В Неаполе буду договариваться, чтобы Великанова разрешили транспортировать моим рейсом.

– Слушай, Баранов, – задумчиво произнес Гуров, которому показалось, что на верхней палубе мелькнула взлохмаченная головка Арины. – А нельзя ли там еще одно местечко выкроить?

Баранов с усмешкой посмотрел на него, потом на Крячко и сказал небрежно:

– Так, может, мне сразу уж за двоих просить, а, парни?