Древнее хобби - Марина Серова

– Филин. Большой, сантиметров восемьдесят в длину. По бокам головы – белые «ушки». Я его видел вон на том дереве. Сидит, спит… Это днем было. Они же по ночам летают, добычу себе ищут.

– Нет, филина я не видела, – созналась я, – а вот по ночам кто-то очень сильно шуршал на этом дереве. Я даже окно на ночь закрывала, боялась, думала – воры.

Сосед рассмеялся.

– Так это филин и шумел. Он же ночью добычу себе высматривает, а потом уносит к себе на дерево и там обедает. А как поест, перья начинает чистить… И откуда занесло к нам это чудо? Что ему в лесу не жилось?

Мы перекинулись еще парой фраз, потом я пожелала соседу спокойной ночи и зашла в дом. Ариши, конечно же, не было: сегодня дед, должно быть, решил взять реванш за вчерашний проигрыш.

Я поднялась в свою комнату и подошла к открытому окну. Ну, и где ты, птичка? Оказывается, это ты пугала меня по ночам! Вот уж на кого бы не подумала. Но почему же я тебя днем не видела? Ты хорошо пряталась в кроне или сидела в это время на других деревьях? А может, ты и к соседям на время улетала… Во всяком случае, с сегодняшней ночи я буду спать спокойно. И окно не закрою.

Утро было просто замечательным: по небу плыли легкие облачка, день обещал быть не жарким. Солнышко ласково грело, именно грело, а не жарило. Я некоторое время полежала в постели, потягиваясь и решая извечную утреннюю проблему: вставать или поваляться еще?

Наконец я сделала над собой усилие и поднялась. Теперь – в душ.

По дороге на кухню я осторожно заглянула в комнату деда. Он мирно спал, посапывая во сне как ребенок. Все ясно: дед наверняка вчера выиграл и не преминул отметить это событие с друзьями. Что ж, пусть себе отсыпается. А я пойду готовить завтрак.

За чашечкой кофе с тостом обдумывала план сегодняшних действий. С дочерью Епифанцева я, будем считать, разобралась. Эта юная секс-христианка свое получила. Конечно, если бы мамочка получше следила за дочкой, а не предавалась любовным утехам в постели с молодым прохиндеем, возможно, дочка пошла бы по другой дороге. Ну, тут уж у каждого свой выбор. Почему-то не всех в эту секту заманили. Значит, у кого-то все-таки есть голова на плечах. Итак, дочка Епифанцева в больнице, сломанные ноги быстро не страстаются, так что у девочки будет пара месяцев поразмышлять о своем поведении и смысле жизни.

Сам Игорь Дмитриевич у нас тоже при деле – занимается разводом и дележом имущества. Это дело ответственное, не будем пока его отвлекать. Да и супруге его – бывшей – сейчас ни до чего: заново устраивает жизнь с молодым человеком и делит имущество бывшего мужа. А вот до сына Епифанцевых Виктора у меня все как-то руки не доходили. А может, пора уже им заняться? Помнится, полковник Курбатов говорил, что епифанцевский отпрыск замечен в связях, порочащих его, а точнее, со скинхедами. Не пришло ли время навестить эту организацию молодых патриотов?

Результатом моей мыслительной деятельности явилось решение сегодня же поехать к Алине и вызнать у нее, когда они собираются снова подразнить бритоголовых. Заодно и подругу проведаю.

Алина долго не подходила к телефону, и я уже было собралась положить трубку, как вдруг услышала:

– Алло?

– Алина, это Полина. Привет.

– Привет. Ты совсем пропала.

– Дела… Ты там как? Со скинхедами все еще боретесь?

– А как же! В полную мощь. Вчера вот опять на площади с плакатами стояли… А ты что новенького скажешь?

– Да вот решила к вам записаться…

– Не может быть! Созрела, значит? Ну, приезжай, оформим тебя по всем правилам.

Через час я заходила в квартиру своей подруги.

– Значит, и тебя достали? – посочувствовала Нечаева.

– Кто меня достал?

– Скинхеды эти, придурки отмороженные! Они всех уже достали. Позавчера на рынке опять потасовку устроили. Два азербайджанца торговали там зеленью. Подходят к ним два зеленых пацана, лет по четырнадцать, и давай у них всю траву на землю скидывать и топтать! Те, ясное дело, не выдержали, повскакивали с мест, схватили пацанов, хотели им уши надрать… А тут откуда ни возьмись – целая банда скинхедов, человек десять! Все с дубинками, с металлическими прутьями! Как начали этих нерусских молотить! Те схватили ящики из-под фруктов, начали защищаться…

– Не убили хоть этих торгашей?

– Почти! За азербайджанцев земляки вступились, набежали со всего базара – тоже человек десять. И махались там по-черному! Говорят, даже одной женщине досталось. Случайно, она рядом оказалась…

– Да, скинхеды распоясались.

– И не говори! Опять несколько человек в больницу загремели. Нравится им, что ли, такая жизнь? Сами в больницу попадают и других туда отправляют.

– Так что запиши меня. Устав я прочитала, членские взносы принесла… Что там еще? Анкету надо заполнить? У тебя здесь бланк есть?

Я села излагать свою подноготную в анкете, а Алина пошла ставить чайник. Решила устроить чаепитие по случаю моего вступления в ряды борцов с «отмороженными», как она их называла.

– Алин, а мне что-нибудь полагается из документов?… Ну, там какое-нибудь удостоверение или что-нибудь в этом роде?

– А как же?! Но это потом получишь, когда фотокарточку принесешь три на четыре. Две штуки!

– Да у вас, смотрю, все серьезно?

– А ты думала! Мы с самим мэром по этому вопросу встречались.

– С Бурляевым?

– С ним.

– И ты лично?

– Нет, Полин, лично я там не была, но лидер нашего движения Володя – я тебе про него говорила – так вот он и еще два наших активиста встречались с Бурляевым по этому вопросу. И, знаешь, Бурляев согласен, что с этим надо что-то делать! Но вот что – он не знает…

– Глубокая мысль. Насчет того, что надо что-то делать.

– Ты иронизируешь или серьезно? Если иронизируешь, то напрасно. К ним действительно не подкопаться. Они зарегистрированы легально, платят налоги…

– Я в курсе, ты говорила.

– Так ты пойдешь с нами на митинг?

– Когда и где будет проходить?

Алина начала объяснять все про митинг, где он будет проходить, какие плакаты они будут держать, даже то, как надо их держать. А я про себя прикидывала, как мне разобраться со скинхедами. Как развалить эту организацию? И понимала, что выход здесь только один – разваливать надо изнутри. А это значило, что мне предстоит записаться и к ним.

* * *

«Запоминай: улица Олимпийская, двадцать два. Это спортивный комплекс. В одном из павильонов скинхеды зарегистрировали свою организацию как военно-спортивный клуб молодых патриотов. За старшего у них – некто Горлов Владимир Филиппович. Бывший военный. Насколько я знаю, студент Виктор Епифанцев часто посещает это заведение и считается одним из лучших его членов, а его папаша – чуть ли не спонсор этого клуба».