Предательство по любви - Энн Перри

– Конечно, – с мимолетной улыбкой согласилась Эдит. – Все равно что быть запертым в… камере. Мне почти неотлучно приходится находиться в родительском доме, и я уже чувствую себя как в заключении. Но вам куда хуже: вы – солдат, привыкли к походам. – Она чуть подалась к нему. – Должно быть, вы побывали в таких удивительных странах…

– Ну… – Румянец на щеках майора стал ярче. – Я как-то об этом не думал, но, полагаю, вы правы. Я был в Индии, например, как вам, наверное, известно…

– Нет, неизвестно, – честно сказала молодая женщина. – Как бы я хотела там побывать!

– В самом деле? – Новый знакомый посмотрел на нее с удивлением и надеждой.

– Конечно! – улыбнулась Эдит, словно он задал очень странный вопрос. – А где именно вы были в Индии? Как там?

– О, ничего особенного, знаете, – скромно пробубнил Типлейди. – Там побывало много народу – офицеры, их жены… Многие присылали сюда подробные описания, так что, боюсь, мне мало что можно к ним добавить. – Он глянул на прикрывающее его ноги одеяло и сложил жилистые руки на коленях. – Правда, я ездил пару раз и в Африку.

– Африка! Потрясающе! – Восклицание миссис Собелл не было данью вежливости: в ее голосе зазвенел неподдельный интерес. – А где конкретно в Африке? На юге?

Военный внимательно всмотрелся в ее лицо, пытаясь понять, не докучает ли гостье своими рассказами.

– Сначала на юге, – ответил он. – А потом и севернее, в Матабелеленд и Машоналенд…

– В самом деле? – Глаза гостьи расширились. – Там, где был доктор Ливингстон?

– Нет… Там проповедовал доктор Роберт Моффат, замечательный человек, и его жена Мэри. – Лицо майора оживилось при этом воспоминании. – Удивительная женщина! Безбоязненно нести имя Бога диким народам, в неизведанные земли…

Эдит жадно ловила каждое его слово.

– А что там за земли, майор Типлейди? Там жарко? Все, наверное, не так, как в Англии? А какие там животные, цветы? – засыпала она собеседника вопросами.

– Вы нигде в жизни не увидите такое разнообразие живности, как в тех местах, – с жаром сказал он, не сводя с нее глаз. – Слоны, львы, жирафы, носороги!.. А оленей и антилоп самых разных видов просто видимо-невидимо. Это не говоря уже о буйволах и зебрах. Вы не поверите, но я набредал на такие стада, которые закрывали землю сплошным живым ковром. – Типлейди чуть подвинулся, чтобы быть поближе к слушательнице. – А когда их что-нибудь спугнет – скажем, загорится трава, – грунт буквально содрогается от их топота. Маленькие зверьки удирают от них, как от приливной волны. Почва там красная, глинистая, а деревья!.. – Майор пожал плечами. – В основном там, конечно, трава да акации с плоской кроной, но иногда встречаются такие деревья, что глазам не веришь… – Он внезапно замолчал, потому что в дверях показалась его сиделка. – О боже, боюсь, я злоупотребляю вашим вниманием. Прошу прощения, миссис Собелл.

Мисс Лэттерли улыбнулась и вошла в комнату.

– Вовсе нет! – немедленно запротестовала Эдит. – Эстер, майор Типлейди рассказывал тебе хоть раз о своих африканских путешествиях?

– Нет. – Женщина с легким недоумением поглядела на майора. – Я полагала, вы служили в Индии.

– О да! Но также и в Африке, – быстро сказала ее подруга. – Майор, вы обязательно должны составить описание этих мест, чтобы с ними могли познакомиться читатели. Многие из нас всю свою жизнь видят лишь ничтожно малую часть Лондона и хотели хотя бы мысленно совершить подобные путешествия. Подумайте, сколько людей будут вам благодарны!

Военный выглядел несколько сконфуженно, но видно было, что он зажегся идеей.

– Вы в самом деле так думаете, миссис Собелл? – недоверчиво спросил он.

– Разумеется! – воскликнула Эдит. – Вы так образно рассказываете, что картины сами собой возникают перед глазами.

Типлейди покраснел от удовольствия и открыл было рот, чтобы вежливо возразить, но не нашел подходящих слов.

– Прекрасная идея, – согласилась Эстер, чувствуя, что одобрения ждут и от нее. – Об Африке понаписано столько вздора, что появление заметок настоящего путешественника и очевидца будет замечательным подарком. Думаю, что и в будущем читатели не утратят к ним интерес. Люди всегда хотят узнать побольше об экзотических странах.

– О… – Майор был не на шутку польщен. – Может, вы и правы. Но все же я увлекся, испытывая ваше терпение, миссис Собелл. Как я догадываюсь, вы пришли сюда по неотложному делу. Так что не обращайте на меня внимания, а если вам требуется обсудить это с мисс Лэттерли наедине…

– О нет, не беспокойтесь! – заверила его Эдит. – Хотя вы и правы. Я пришла по делу. – Она повернулась к подруге, и ее оживление исчезло. – Эстер, мистер Рэтбоун говорил с Певереллом о предстоящем суде. Процесс начнется в понедельник, двадцать второго июня, а у нас на руках по-прежнему лишь то, с чего мы начинали. Александра сделала это… – молодая женщина не смогла выговорить слово «убила», – …не из ревности к Луизе Фэрнивел. Таддеуш не бил ее и не ограничивал в деньгах. У нее не было любовника. Я не могу поверить, что она сошла с ума, хотя что еще можно предположить? – Миссис Собелл перевела дух. – Может быть, мама права… – Она замолчала, скорбно поджав губы.

– Нет, моя дорогая, вы не должны отчаиваться, – мягко сказал майор Типлейди. – Мы обязательно что-нибудь да выясним. – Он запнулся, вспомнив, что это не совсем его дело. О процессе он узнал лишь потому, что сломал ногу, а ухаживала за ним именно Эстер. – Извините, – смутился военный. В самом деле, джентльмен не должен вмешиваться в чужие дела, тем более если эти дела касаются женщины.

– Не извиняйтесь, – поспешив улыбнуться, сказала Эдит. – Вы совершенно правы. Я просто растерялась…

– Будем логичны. – Эстер села на свободный стул. – Мы повсюду собираем факты и впечатления, но не удосуживаемся их осмыслить.

Подруга взглянула на нее в замешательстве, однако спорить не стала. Майор выпрямился в шезлонге и приготовился внимательно слушать.

– Давайте предположим, – продолжила мисс Лэттерли, – что Александра находилась в здравом рассудке и сделала это по некой необходимости, о которой не хочет нам сообщить. Стало быть, у нее есть причина молчать. Всем нам не раз приходила в голову мысль, что она таким образом защищает того, кто для нее дороже собственной жизни.

– Наверняка, – протянула Эдит. – Но кого? Мы думали, Сабеллу. Однако мистер Монк доказал, что Сабелла не убивала своего отца.

– Она и не могла его убить, – поспешно согласилась Эстер. – Однако мы не подумали, что Сабелле могла грозить какая-то опасность и Александра убила Таддеуша, чтобы отвести от дочери эту угрозу.

– Какую же, например? – с сомнением спросила миссис Собелл.

– Не знаю. Возможно, после рождения ребенка миссис Поул повела себя очень странно, и отец собирался определить ее в приют для душевнобольных.

– Но при чем тут Таддеуш? – возразила Эдит. – Сабелла – жена Фентона Поула, и решать такие вопросы ему, а не моему брату.