Множественные ушибы - Саймон Бекетт

Тропинка привела нас в густой лес за домом — буферную зону между фермой и внешним миром. Стараясь выкинуть Греттен из головы, я сосредоточился на том, чтобы не запинаться о корни деревьев. Впереди маячила негнущаяся, вся в горизонтальных складках, твердокаменная шея Арно. Глядя на его ружье, я запоздало спохватился: благоразумно ли идти с этим человеком в лес? Неизвестно, что наговорила ему Греттен, а он вряд ли привык мучиться сомнениями. Одинокий выстрел в лесу никто не услышит, а тело может до бесконечности лежать среди корней. Я тряхнул головой, избавляясь от мрачных видений. Арно — человек прямой, и, если бы замыслил что-нибудь против меня, я бы уже догадался. Да и вообще — моя голова раскалывалась от боли, и, пристрелив, он избавил бы меня от мук.

Лес замер, и в тишине усиливался каждый звук. Что-то прошуршало в нескольких ярдах от тропинки. У собаки встала дыбом шерсть, и она прыгнула в ту сторону, но Арно резко окликнул ее и подозвал к себе. Лулу нехотя послушалась и вернулась, с сожалением оглядываясь назад.

На повороте тропинки Арно свернул в лес. Траву покрывали капельки росы, я мял ногами стебли, и мой комбинезон внизу намок и потемнел. Лулу побежала вперед, но хозяин ее опять подозвал и, схватив за ошейник, заставил идти сзади.

— Не боитесь, что она попадет в капкан? — спросил я.

— Я не позволю ей к ним приблизиться.

— А если не послушается и убежит в лес?

— Тогда пусть пеняет на себя. — Арно обвел глазами пространство перед собой. — Здесь.

В траве прятался поставленный на взвод капкан. Арно подобрал сухую ветку и ткнул в квадратную площадку между челюстями. Те сомкнулись, дробя дерево. Он сбросил с плеча мешок и достал из него то, что мне показалось сложенным вдвое старым армейским шанцевым инструментом. Моим первым порывом было бежать, но это оказалась всего лишь саперная лопатка. Арно раскрыл ее и подал мне.

— Откопай штырь.

Взяв лопатку, я прислонил трость к дереву. В последнее время я начал сомневаться, действительно ли она мне нужна, но без трости пока еще чувствовал себя неуверенно. Капкан был прикован к штырю металлической цепью. Саперный инструмент имел с одной стороны заостренную лопатку, с другой — нечто вроде пики. Я разрыхлил землю вокруг штыря и вырвал его вместе с градом черных комьев.

Арно ждал с мешком. Я опустил туда капкан и подал лопатку.

— Неси сам, — буркнул он, выходя на тропинку.

Мы вырыли еще два капкана, прежде чем оказались в знакомом мне участке леса. Я окинул взглядом картину: вид фермы, деревьев и озера отпечатался в мозгу, как дурной сон. Арно поджидал меня у ствола. На раскинувшихся по поверхности корнях остались зарубки от ножа. Рядом валялась пустая бутылка. Захлопнувшийся капкан лежал у подножия дерева, его зубья потемнели от крови.

— Ну? — произнес Арно. — Чего ждешь?

Я положил лопатку на землю.

— Этот могли бы отрыть и сами.

В его глазах сверкнула злорадная искорка.

— Навевает плохие воспоминания? Не пугайся, он больше тебя не укусит.

Я промолчал. Арно отставил ружье, мешок и, взяв лопатку, принялся молотить землю вокруг штыря, кромсая без разбора и почву, и корни дерева. Он был сильным мужчиной, но я по опыту знал, что этот штырь зарыт надежно. Чтобы его откопать, ушло больше времени, и, прежде чем работа была закончена, Арно изрядно пропотел. Расстегнул рубашку, обнажив белую, безволосую грудь. А когда нагнулся подобрать капкан, замер и ухватился рукой за поясницу.

— Положи в мешок, — проговорил он, разгибаясь. Я заметил, как посерело его лицо. — Или это тоже против твоих принципов? — Арно отошел, предоставляя мне завершить дело.

Я поднял капкан за цепь. На металле в том месте, где я пытался его открыть, до сих пор остались светлые царапины. Капкан тихонько покачивался на цепи — страшный маятник с испачканными кровью зубьями. Я бросил его в мешок.

Капканы стояли по всему лесу. Когда наполнялся очередной принесенный Арно мешок, мы оставляли его у тропинки, чтобы потом забрать. Все капканы были умело замаскированы — спрятаны среди корней деревьев и пучков травы. Один даже размещен в неглубокой ямке, забросанной ветками и прутиками.

Арно безошибочно находил каждый, точно знал расположение их всех. Наполовину наполненный мешок бил меня по ноге, когда я шел вслед за ним к очередному. Капкан зарос травой, была видна только цепь. Арно поискал палку, чтобы спустить пружину.

— Ну, и в чем тут смысл? — спросил я.

— Смысл чего?

Я бросил мешок с капканами на землю.

— Всего этого.

— Отпугивать людей, в чем же еще?

— В тот вечер, когда на вас напали, капканы не помогли.

— Негодяям повезло, — процедил Арно.

— А вам нет?

— Что ты хочешь сказать?

— Думаете, полиция бы ограничилась предупреждением, если бы кто-нибудь попал в капкан?

— Мне плевать.

— Тогда зачем мы их снимаем?

— Чтобы лишить полицейских удовольствия найти их. Через неделю или две, когда все уляжется, я их снова расставлю. — Он как-то странно покосился на меня. — Полагаешь, если я кого-нибудь поймаю в капкан, у него будет шанс сообщить об этом полиции? — Арно очистил капкан от травы и усмехнулся. — Этот спускать не придется.

Захваты ловушки сжимали кроличью тушку. Зверек давно распрощался с жизнью, наверное, несколько месяцев назад. Личинки и мухи сделали свое дело, оставив высохшую шкурку и кости. Арно подтолкнул его ко мне ногой.

— Забирай.

Утренняя прохлада исчезла, и туман поднялся, когда Арно объявил, что мы можем сделать перерыв. Сквозь ветви деревьев проглянуло солнце — пока не палящее, но уже предвещающее дневную жару. Мы остановились у пробившегося сквозь землю плоского камня, образующего естественное сиденье. Арно прислонил к нему ружье и сел. Радуясь передышке, я тоже опустился на землю.

— Много их еще?

— У озера полно. Что, устал?

— Нет. Наслаждаюсь процессом, хоть бы их подольше собирать.

Он хмыкнул, но не удостоил меня ответом. Я старался не думать, сколько времени нам шататься по лесу без завтрака, но в этот момент Арно достал из мешка сверток в жиронепроницаемой бумаге. Мы с Лулу с одинаковым интересом следили за тем, как он разворачивал его. В нем оказались две холодные куриные грудки. К моему удивлению, он одну предложил мне.

— Держи.

Я взял, пока Арно не передумал. Он снова порылся в мешке и извлек бутылку с водой и длинный багет хлеба.

— Вчерашний, — небрежно бросил Арно, переламывая хлеб пополам.

Мне вполне подошел и вчерашний. Мы ели молча, запивая из одной бутылки, но я заметил, что каждый из нас перед тем, как сделать глоток, вытирал горлышко. Время от времени я бросал кусочки Лулу, которая убедила себя, что жутко проголодалась. А Арно не обращал на нее внимания. Закончив есть, он вынул трубку и стал набивать табаком. Я бы тоже с ним закурил, но, в спешке уходя с чердака, забыл сигареты.