Адрес отправителя - ад - Наталья Александрова

Тогда она отвернулась от дверей метро и потихоньку пошлапрочь. Никто и ничто ей не мешало.

«Так-так, – подумала Надежда. – И сколько мне ещетак топать?»

Она внезапно развернулась и почти бегом кинулась обратно. Но– стоп! – не смогла тронуться с места.

«Доигралась, – обреченно подумала она. – Либо ясама сбрендила, либо со мной шутит свои шуточки тибетский колдун, а скорейвсего – и то и другое вместе».

Надежда отошла в сторонку, сделала вид, что ей что-то попалов глаз, и достала из сумочки пудреницу. В маленьком зеркальце отражаласьнормальная Надежда Николаевна Лебедева, не было пустых неживых глаз иотрешенного выражения на лице.

«И что же он от меня хочет? – задумаласьНадежда. – Не готовит ли он меня на роль убийцы? Глупости, я же всесоображаю. Однако уйти отсюда не могу. Так что выбора у меня нет, придетсяподчиниться».

Ноги сами понесли ее дальше. Одним духом Надежда проскочилаплощадь и свернула на маленькую боковую улочку, дальше дело пошло еще быстрее.Проскочив примерно пять домов, она свернула в подворотню, пронеслась под аркой,краем глаза отметив, что в подворотню выходит массивная железная дверь,выкрашенная ярко-рыжей краской, затем без остановки пролетела проходной двор ивошла в следующий. Там она остановилась перевести дух и ощутила себя ужеподнимающейся по лестнице. Выглянув на ходу в грязное лестничное окошко,Надежда поняла, что вошла в угловое парадное. Остановившись перед темно-серойжелезной дверью, Надежда мысленно попрощалась сама с собой и решительнонадавила кнопку звонка.

Дверь открылась почти мгновенно, как будто кто-то стоял поддверью и ждал, когда она позвонит. На пороге стоял какой-то сгорбленныйкрошечный уродец – полустарик-полуребенок, с приклеенными к блестящему черепуреденькими светлыми волосиками. Посмотрев на Надежду маленькими хитрымиглазками, он отступил, приглашая следовать за собой, и почти шепотомпроговорил:

– Пойдемте, вас ждут, – и тут же засеменил по узкомутемному коридору куда-то в глубь квартиры.

– Постойте! – окликнула карлика Надежда, стараясь неотставать. – Почему вы думаете, что ждут... именно меня? Откуда вы знаете,кто я такая?

Карлик обернулся на мгновение, блеснул в полутьме бусинкамихитрых глаз и прижал палец к губам: тише, мол. Еще некоторое время они быстро ибезмолвно шли по длинному, чудовищно извилистому коридору и оказались наконецперед высокой полуприкрытой дверью, из-за которой пробивался странный мерцающийсвет. Карлик раскрыл дверь и посторонился, пропуская Надежду. Страх, которыйона испытывала, уступил место жгучему любопытству. Она вошла в помещение изастыла в совершенном изумлении.

Комната, куда она попала, была необыкновенно велика... хотяистинные ее размеры определить не представлялось возможным, поскольку комнатабыла заставлена и завешана бесчисленными зеркалами, необычайно искажавшими ееразмеры и форму. Еще больше, чем зеркала, фантастический вид придавало этойкомнате освещение: на полу и на многочисленных подставках горели десятки свечейи светильников – не то масляных, не то керосиновых. Неровное, колеблющеесяпламя, отражаясь в зеркалах, бесконечно повторяясь в них, обманывало изапутывало взгляд. Несмотря на такое обилие светильников, в помещении былополутемно. В дополнение ко всему Надежда почувствовала пряный и томительныйзапах. Этот незнакомый запах почему-то вызывал неясные воспоминания и смутноетоскливое беспокойство. В первый момент она не заметила хозяина. Толькопривыкнув к чудному освещению, она увидела сидящего в глубине комнаты человека.Худощавый невысокий мужчина с выбритым наголо черепом сидел на коврике,скрестив ноги, лицом к вошедшим. Глаза его были полузакрыты, но Надеждачувствовала, что он внимательно за ней наблюдает.

Присмотревшись как следует, Надежда увидела разложенные наполу перед этим странным человеком, пожалуй, еще более странные предметы: сухойцветок чертополоха, несколько косточек – не то птичьих, не то какого-томаленького зверька, – пустую змеиную шкурку и большую живую лягушку,перевернутую на спину. Голый белый лягушачий живот заставил Надежду вздрогнутьот жалости, так он был беззащитен...

Надежда негромко кашлянула и сказала:

– Недурные спецэффекты. Кино снимаете?

Человек на коврике чуть пошевелился, но ничего не ответил.

– Вот ваш... привратник сказал, что вы меня ждали, –опять нахально изрекла Надежда. – Значит, вы были уверены, что я приду?

Видимо, эту реплику хозяин посчитал более серьезной, потомучто соизволил ответить:

– Я всегда все знаю заранее.

– Верно, вы не умрете от скромности. – С Надежды вдругполностью сошли все чары, и она ужасно разозлилась.

Пламя всех свечей и ламп плавно качнулось – сперва вправо,затем влево, будто легкий ветер прошел по комнате, – хотя Надежда неощущала ни дуновения, напротив, воздух был душен и неподвижен, как в склепе...и этот запах, этот непонятный пряный запах...

– Когда вы не можете подобрать достойный ответ, –промолвила Надежда, – вы устраиваете очередной фокус? Своих учеников вытоже фокусами задуривали, а потом отправляли на верную смерть, да еще ипосторонних людей в это дело втягивали?

– Отдельная жизнь ничего не стоит перед ледяным взоромвечности!

– Да, конечно, – кивнула Надежда, – особенно еслиэто не ваша жизнь!

Хозяин взглянул на нее с равнодушной неприязнью, как смотритчеловек на попавшее в салат насекомое, и спросил:

– Зачем вы пришли ко мне? Что вам от меня нужно?

– Я к вам пришла? – завопила Надежда нестесняясь. – Да вы сами меня приволокли, какой-то своей темной силой!

– Но ведь вы хотели меня увидеть? И даже хотели мне что-тосказать? – Странный человек поднял голову и посмотрел на Надежду широкораскрытыми все видящими глазами.

От этого взгляда она смешалась и ответила честно:

– Я хотела понять, зачем вы все это сделали, зачем убилистолько ни в чем не повинных людей.

– Вы уверены, что они ни в чем не повинны? И вы уверены, чтоя имею к этому отношение? – вежливо спросил маг.

– Уверена, и даже знаю, в какое слово складываются буквы.Ваша цель – Павел Власов! – выбросила Надежда свою козырную карту.

Маг поднял на нее глаза, во взгляде его появился интерес.

– Вы еще умнее, чем я думал, – произнес он тихо, –вы значительно умнее! Но я вызвал вас затем, чтобы объяснить, что вы ничего несможете сделать...

С этими словами он поднял руку и протянул ее к беззащитной,опрокинутой навзничь лягушке. Необычайно длинным и острым ногтем мизинца онкоснулся белого нежного лягушачьего живота, и Надежда вздрогнула от пронзившейее тело острой ледяной боли. В глазах у нее потемнело, она приоткрыла рот,хватая скудеющий, казалось, лишенный кислорода воздух. Боль немного отпустила.