Серебряная река - Бен Ричардс

– Какого черта… – прошептал Ник, а Джоан молча сердито показала ему, чтобы он замолчал. Она тихо слезла с его колен и оправила платье. Отбросив прядь волос с лица, она прислушалась. Шаги приблизились и замерли у двери.

– Джо, ты здесь?

Это был НВ. Джоан вздохнула с облегчением.

– Тревор? Какого черта? Я просто хочу вдуть дорожку.

– Я подумал, тебе будет интересно узнать – я слышал, что мистер Джеймс вот-вот вернется. Подумал, что тебе захочется встретить его внизу.

Какое-то мгновение Джоан молчала.

– Спасибо, Тревор. Спускайся вниз. Я через секунду приду.

– Хорошо.

Послышался звук удалявшихся шагов.

– Я и не заметила, что прошло много времени, – пробормотала Джоан. – Иди первым, а я следом. Иди сразу вниз и разыщи своего приятеля.

– Ты в порядке? – спросил Ник. Девушка посмотрела на него так, будто он сказал самую большую глупость, какую она когда-либо слышала.

– Давай быстрее, хорошо? Веди себя естественно. Вперед.

Ник открыл дверь и выглянул наружу, как будто там могла поджидать засада. Коридор был пуст, и он решительно пошел вдоль него и спустился по лестнице. Похоже, никто не обратил внимания на его появление в клубе. НВ стоял за стойкой. Он безучастно посмотрел на Ника, и на его лице не отразилось ничего. Ник решил, что должен проявить мужество, и направился к бару.

– Тревор…

– Твой друг искал тебя и слегка рассердился. Я сказал, что ты спустишься через минуту – просто вышел, чтобы немного вдуть в нос.

Ник давно уже не чувствовал себя так неловко. Он не мог поверить в то, что только что сделал; весь сегодняшний вечер казался ему невероятным. За один день он побывал на работе, потом на свидании в тюрьме, на вечеринке в Шордиче, где нарушил свой зарок самым бессовестным образом. Затем попал в какую-то незнакомую комнату в клубе вместе с девушкой, которую едва знал, и оказался застукан администратором бара. Все-таки это лучше – намного лучше, чем быть пойманным ее приятелем-гангстером.

Джоан Салливан небрежно прошла через бар. Она выглядела совершенно спокойной и улыбнулась Нику, как будто ничего не случилось. Было очевидно, что девушку беспокоило только одно – не засекли ли ее. Стоило ей обнаружить, что Терри Джеймса нет, как она вернулась в свое обычное состояние.

– Привет, – произнес рядом другой голос, прежде чем Ник успел заговорить с Джоан, чтобы установить контакт и окончательно успокоиться. Ник обернулся и увидел, что это Орландо – уборщик. В голове у него все перемешалось.

– Привет, – пробормотал Ник заплетающимся языком.

– Как ваша девочка, Роза? Привезли ей кошку?

Услышав это, Джоан удивленно подняла брови.

– Какая прелесть… У тебя есть маленькая дочка?

– Да, но…

– Где тебя носило. Ник? – нетерпеливо проталкивающийся к ним Уилл выглядел очень раздраженным. – Притащил меня сюда, а сам слинял. Я уж подумал, что ты уехал и бросил меня здесь. Я везде тебя ищу.

– Ник нам как раз рассказывал о своей маленькой дочке. – Глаза Джоан светились весельем. – Сколько ей, Ник?

– Четыре года…

– Думаю, что нам пора двигаться, Ник. Там на улице я видел такси.

Ник посмотрел на вход и увидел там Терри Джеймса в сопровождении свиты.

– Надеюсь снова увидеть вас обоих, – сказала Джоан. – Ник, спасибо, ты ухаживал за мной как настоящий джентльмен. А теперь мне нужно идти и ухаживать за Его Светлостью. До встречи.

Она весело помахала рукой Терри Джеймсу, который поднял руку в приветствии.

– Пошли, – сказал Уилл нетерпеливо. Ник повернулся к уборщику.

– К сожалению, мне нужно уходить. Мы поговорим в офисе.

– Конечно, – ответил уборщик, – сейчас уже поздно.

– Да. – Ник посмотрел на него и внезапно почувствовал сильную зависть к этому седому мужчине, который находился здесь лишь потому, что была его рабочая смена, который мог пойти потом домой и выкинуть все из головы. Он представил себе, как уругваец возвращается домой к семье, пьет пиво и ест сэндвич, приготовленный верной женой. Жизнь Орландо не перевернулась вверх тормашками, а Ник чувствовал, что именно это внезапно произошло с его жизнью.

– Да, – повторил он, – уже очень поздно.

Ни Ник, ни Уилл не были склонны к разговорам во время поездки в такси. Она казалась бесконечной. Первым вышел Уилл, а потом Ник в одиночестве доехал от Уоппинга до Финсбери-Парк. Поездка оказалась бы еще более тяжелой, если бы не обилие пищи для размышлений. Ника все еще дразнил образ Джоан Салливан, держащей в руках задранное платье, ее трепетные поцелуи, выражение глаз девушки, когда он касался ее. Ник не испытывал сильного чувства вины: его желание было слишком сильным и слишком независимым от всего остального; это не имело никакого отношения к Кейтлин. Он был глубоко обеспокоен и смущен, но он чувствовал больше угрызений совести из-за кокаина, чем из-за странной сцены с Джоан. Теперь придется начинать все сначала, заново отсчитывать недели, и завтра будет всего лишь День Первый.

Когда Ник вернулся домой, он застал Кейтлин в постели. Она спала, и рядом с ней лежала книга о советских исследованиях космоса.

– Тебя долго не было, – сказала она, когда Ник залез в постель, – и ты нанюхался кокаина. Ты меня разбудил своим сопением, когда поднимался по лестнице.

– Я нарушил зарок, – сообщил Ник горестно.

– Ты идиот, – заявила она, но ей слишком хотелось спать, чтобы начать ссориться. – Некоторые считают, что это было жестоко, – прошептала она.

– Что жестоко?

– Запустить в космос Лайку. А по-моему, ей повезло. Многим ли собакам удается посмотреть на Землю из космоса? И много ли есть собак, клички которых запомнят навсегда? Правда, Белка и Стрелка вернулись.

Кейтлин вздохнула, перевернулась и снова заснула, глубоко дыша. Ник осторожно опустил свою ладонь ей на лоб и долго лежал, уставившись в потолок, без сна, с мятущимися мыслями.