Искушение Ворона - Дмитрий Вересов

И ему казалось, что он достаточно проникновенно изложил суть проблемы, чтобы любой из руководителей проекта, даже если он и не геолог, мог бы понять, что это не простой Павла каприз – идти на такое удорожание работ.

«И еще… И еще… – думал он, грызя карандаш, – и еще надо, чтоб они включили меня в состав поисковой экспедиции… Меня и Клэр…»

Он распечатал на цветном принтере карту России и взял ее в свое бунгало.

«Если сорваться с маршрута где-нибудь в районе Ини или Чемала, то по реке можно добраться до Бийска, а там рядом железная дорога, а там уже и Барнаул, а в Барнауле есть аэропорт, откуда самолеты летают в Питер и в Москву… Правда, без документов, без паспорта… Ну ничего, главное – вырваться, а там что-нибудь придумаем…»

Павел часами изучал карту.

И Клэр не мешала ему в этом его занятии, только прижималась щекой к его плечу и молчала…

Один раз только спросила.

– Ты хочешь остаться в России?

И, не дождавшись ответа, ушла в ванную, оставив его с вопросом: хочет ли он?

Хочет ли он в Россию?

– Три года с корешом побег готовили, харчей три тонны мы наготовили… – замурлыкал он по-русски старинную блатную песню.

«А ведь бежать одному – это дело ох какое сложное! – подумал Павел. – Тайгу нахрапом не возьмешь! И дикое зверье, и энцефалитный клещ – еще не самое страшное. Самую страшную опасность представляют не те факторы риска, о которых ты осведомлен, но те, о которых ты не догадываешься…»

Дополнительная трудность побега в том, что нет никакой возможности выяснить заранее, кто в экспедиции будет персональным его опекуном. И как администрация Ред-Рока решит подстраховаться на случай его побега? И будет ли у администрации контакт с алтайской милицией и российской ФСБ?

Все это придется определять по ходу дела.

А вообще… А вообще, однажды его выкинули без паспорта из поезда. Разве тогда ему было легче?

Клэр плескалась в ванной.

Вот и привыкла… Не стесняется теперь, хоть и знает о видеокамерах, понатыканных повсюду… Привыкла… «А почему привыкла? Может, была к этому сознательно готова изначально, по условию?» – подумал вдруг Павел, поглядывая на раскрытую дверь ванной, откуда доносился шелест струй сильно включенного душа… «Включенная струя воды заглушает любой разговор от прослушивания», – вспомнил Павел наставление знакомого гэбиста из того еще, советского периода жизни.

«К чему это я? – спохватился Павел, – к тому, наверное, что не с кем мне посоветоваться, не с кем поделиться, и даже с ней… С Клэр – об этом нельзя».

Но судьбе было угодно распорядиться по-своему. Как говорят в Одессе, человек предполагает, Бог располагает, судьба играет человеком, а человек играет на трубе. На трубе Павел Розен играть не умел. Зато судьба умела играть с человеком, как Ван Клиберн на рояле… И даже лучше.

В побег они с Клэр сорвались, не выезжая в Россию. Спонтанно сорвались.

И инициатива исходила совсем не от Павла…

В один прекрасный вечер, когда на любимой верхней веранде своего коттеджа Павел, как всегда, заварил в стеклянном чайнике любимого своего чайку «Привет могола» и расставил на столе чашки, слегка припозднившаяся из лаборатории Клэр, с игривым блеском в глазах, притащила и вывалила на стол какой-то прибор явно из военной электроники.

– Знаешь, что это? – спросила она, прижимаясь грудью к его спине.

– Нет, не знаю и не догадываюсь, – ответил Павел.

– Это прибор космического позиционирования, – сказала Клэр без капли эмоций, – с ним можно идти по планете Земля без карты и компаса, только глядишь на дисплей, а там тебе еще и направление более удобного маршрута подсказывает умный компьютер…

Павлу все сразу стало ясно.

Ясно, что Клэр не просто была ему помощницей и единомышленником, но и той верной и сильной подругой, как Бонни у Клайда…

– А как быть с браслетами? – спросил Павел.

– Я их заблокирую, – ответила Клэр, – система зонного слежения в Ред-Роке, оказывается, единая для всех объектов, понимаешь?…

– Не совсем, – ответил Павел заинтригованно.

– Мы в своем департаменте запускаем птичек с вашими гироскопами, и система слежения за птичками, оказывается, проходит по той же программе, что и контроль за нашими с тобой браслетами…

– Да-а-а? – удивленно протянул Павел.

– Да-а-а-а! – передразнила Клэр, – и более того, я воспользовалась случаем, когда мы экспериментировали с искусственным поворотом стаи перелетных птиц, и напросилась чуть ли не на коленки к тому программисту из секретного отдела, который курирует координатное позиционирование всех объектов в Ред-Роке…

– На коленки? Да я умру от ревности! – шутливо заорал Павел, сгребая Клэр в свои объятия, – да молилась ли ты на ночь, Дездемона моя?

– Я для дела, это во-первых, а во-вторых, я про коленки, фигурально выражаясь, – с улыбкой сказала Клэр, с трудом высвобождаясь из медвежьих объятий.

– Ну? – нетерпеливо спросил Павел.

– Ну и выяснила я, что в программу контроля за объектами можно как вводить объекты, так их и выводить…

– Но необходимо знать пароль, – догадался Павел.

– Именно! – подхватила Клэр, – не зря я напросилась на программистские коленки, ой не зря! Когда мы вели нашу стаю пернатых и стая стала разделяться по причине того, что во время искусственного поворота не все гироскопы сработали, нам надо было проконтролировать только часть стаи.

– И ты попросила программиста, чтобы он снял контроль с той части стаи, которая перестала вас интересовать? – спросил Павел.

– Какой ты умный! – воскликнула Клэр и запечатлела на лбу своего друга звонкий поцелуй.

– То есть ты видела, как он это делает, и запомнила пароль!

– И более того, – добавила Клэр с особенным пафосом, – и более того, я знаю теперь, как войти в эту программу с любого компьютера нашей локальной сети…

Так они и решились тогда.

Решились потому, что приняли стечение обстоятельств за голос судьбы.