Старые долги - Фредди Ромм

Через сорок минут, наспех сделав зарядку и перекусив, семья уже ехала к Красной Площади. Когда показалась большая толпа, деловито готовящаяся к демонстрации, дядя Вова затормозил.

– Приехали!

– Вы опоздали на две минуты! – недовольно обратилась к нему дородная дама с красным бантиком в лацкане пиджака.

– А что случилось? – оторопел дядя Вова. – До демонстрации ещё куча времени!

– Не нарушайте установленный порядок! – сурово заявила дама. – Будете нести вот это! – она подозвала мужичка с сизым носом, заваленного плакатами, и забрала у него один, на котором было написано: «Партия – наш рулевой!» Дядя Вова покорно кивнул и взял плакат.

– А вот это – вашим детям! – дама сунула Андрюше плакат, на котором было написано: «Спасибо родной Партии за наше счастливое детство!»

– Как же они это понесут? – испугалась тётя Лена. – Плакат тяжёлый, а Андрюша ещё маленький!

– Не бойся, тётя Лена! – улыбнулся мальчик. – Справимся как-нибудь.

Убедившись, что её распоряжения приняты к исполнению, дородная дама важно удалилась.

– Рита, я один понесу плакат! – принял решение мальчик.

– Тебе будет тяжело!

– Нет, я сильный. Ты только иди рядом, держись и следи, чтобы всё было в порядке, хорошо?

Девочка неуверенно кивнула. Идея нести бессмысленный плакат в четыре руки, при том, что Андрюша значительно ниже своей кузины, выглядела идиотически, но – партия приказала, значит, надо!

Невдалеке разговаривали двое парней. Андрюша расслышал:

– Вот ещё анекдот. Армянское радио спрашивают: какие цари были в СССР? Ответ: Владимир Мудрый, Иосиф Суровый, Никита Миротворец, Леонид Летописец, Юрий Долгорукий, Константин Тихий и Михаил Вытрезвитель!

Собеседник рассказчика заржал, Андрюша тоже улыбнулся. Больше всего ему понравился намёк на длинные руки Андропова.

– Тётя Лена, а эти люди не боятся, что их арестуют? – тихо спросил он. Женщина приникла губами к его уху и прошептала:

– Скорее всего, это осведомители. Они проверяют, кто как будет реагировать. Лучше всего сделать вид, что мы их не слышим. Их самих не арестуют, но если кто-то их поддержит…

Мальчик понимающе кивнул. После того, что случилось с ним и Ритой во время безобидного визита в кинотеатр, никакие выходки дорогой Партии его уже не удивляли. Странно другое: неужели, донимая своих граждан бессмысленными и издевательскими проверками, руководители государства всерьёз рассчитывают вызвать к себе всенародную любовь? Конечно, сюда, на демонстрацию, пришли многие люди… но вот и они вчетвером здесь, а мысли не такие уж патриотичные.

Мальчик невольно прислушался к рассказчику анекдотов:

– Брежнев докладывает: дорогие товарищи! В последнее время в Политбюро участились случаи старческого маразма! На днях товарищ Устинов взял у меня оловянных солдатиков поиграть и до сих пор не отдал!

Андрюша смутно помнил Брежнева, но анекдот заставил его улыбнуться – в сторону, чтобы не вызвать неприятности. Тётя Лена вздохнула:

– Господи, сколько ещё ждать? Из-за двух минут нам выговор устроили, а стоим уже вон сколько времени без толку.

Ей никто не ответил. Все понуро смотрели на часы: ясно же, что демонстрация начнётся не позже, чем трансляция по телевизору. На какое время она назначена – на девять?

– Или вот! – увлечённо продолжал любитель анекдотов. – Хоронят Брежнева, а диктор телевидения комментирует: Политбюро в полном составе направляется к могиле!

Андрюша испытывал двойственные чувства: с одной стороны, анекдоты нравились, но с другой – уже не было сомнений, что это провокация. Слишком нарочито-громко излагал рассказчик.

– Рабиновича спрашивают: это правда, что вы неодобрительно отзывались о советской власти? Он отвечает: я – о советской власти? Да на кой чёрт она мне сдалась?

Наконец, в толпе началось шевеление, и Андрюша облегчённо вздохнул. Снова появилась дородная дама, на этот раз она была в очках.

– Вы идёте здесь! – тоном, не терпящим возражений, указала она дяде Вове и его семье место позади провокаторов. Дядя Вова кивнул, и все взялись за плакаты.

– Пошли!

Неожиданно для себя Андрюша испытал облегчение, а с ним и радость. Злополучное ожидание в соседстве с провокаторами подошло к концу. Сейчас пройти мимо трибун, на которых стоят вожди народа, и можно ехать домой. Ура!

– Ура! – закричала толпа, и Андрюша невольно подхватил, с удивлением прислушиваясь к собственным чувствам. Меньше всего он радовался сейчас лицезреть этих толстых балбесов, по глупой прихоти которых пришлось встать в несусветную рань, ждать на площади непонятно зачем, рядом с провокаторами. Однако ощущение – что сейчас вся эта гадость закончится и можно будет расслабиться, вернуться к нормальной жизни – успокаивало и радовало. Мальчик вдруг подумал, что такие же чувства испытывают и другие люди вокруг – кроме, может быть, злополучных провокаторов. Как странно, он не раз смотрел демонстрации по телевизору, видел радость людей – и был уверен, что они искренне радуются происходящему, восторгаются теми, кто устраивает подлые проверки и провокации…

Но вот шествие закончилось. Дородная дама забрала плакаты, и Андрюша с удивлением ощутил, как затекли руки. И зачем всё это было? Убедить вождей, что народ их обожает? Так это обман. Заставить народ радоваться в тот миг, когда стало ясно, что ожидание на площади заканчивается? Глупость несусветная, от этого патриотизма не прибавится.

– Мы сейчас домой, да?

– Андрюшенька, потерпи немного! Давай заглянем кое-куда!..

Тянуть с возвращением не хотелось, но мальчик подчинился, в полной уверенности, что на этот раз задержка оправдана. Так и оказалось: семья зашла в «Детский Мир», и там как раз продавались детские курточки.

– Андрюша, стой здесь, а нам ещё нужно один отдел проведать!

Очередь была длинная, но продавщицы работали споро, и дело продвигалось быстро. Не успел мальчик задуматься, куда это ушли взрослые с Ритой, как они снова появились, довольные. На девочке были новые сапожки.

– Финские! – гордо сообщила тётя Лена. – Нет, ребята, что ни говорите, эти демонстрации – дело хорошее! Столько добра в магазинах выбрасывают!

Подоспела очередь, и через три минуты мальчик разглядывал себя в зеркало – в новой курточке. Обычная одежда, непонятно, чему тётя радуется, но ей виднее.

– А теперь идём за мясом! – объявила тётя. Прежде чем семья добралась до своего автомобильчика, у всех четверых руки оказались заняты покупками. Когда приехали домой, стало по-настоящему радостно. По телевизору шли праздничные передачи, тётя Лена затеяла готовить борщ, всё было хорошо и замечательно.

Только через несколько дней семья узнала, что недавний взрыв на Чернобыльской АЭС привёл к катастрофическому заражению атмосферы. Ни в одном городе из-за этого не отменили праздничные демонстрации. И если над Москвой тучи разгонялись самолётами, дабы сберечь драгоценное здоровье вождей, то во многих других городах на демонстрантов обрушились радиоактивные дожди. Тысячи людей в Белоруссии, Украине, России, Прибалтике получили опаснейшее радиационное облучение – только потому, что вожди народа, вместо того, чтобы рассказать населению правду об аварии, погнали всех на демонстрации любви к советской Родине и Партии, для которой всеобщая покорность важнее человеческого здоровья и безопасности.