Ноль в поисках палочки - Дарья Калинина

– А где вы познакомились? – поинтересовался у нее следователь. – Или это вы тоже не помните?

– Почему же, – пожала плечами Луиза. – Он сам подошел ко мне на улице. Мне было грустно, мы разговорились, а потом стали встречаться.

– И все это время ваш муж спокойно относился к тому, что у вас есть любовник? И только не говорите мне, что ваш муж за это время не сумел смекнуть, что у вас кто-то есть, – сказал Ручкин.

– Я и не собиралась ничего такого вам говорить, – спокойно ответила Луиза. – Дело в том, что мой муж в последние годы очень редко давал о себе знать. Жил он за границей, а в Питер приезжал исключительно редко. Так что у него не было особого повода возмущаться моим поведением. К тому же я всегда очень старательно соблюдала осторожность. Никогда не оставалась ночевать у Сергея. И всегда оглядывалась, идя к нему, не следят ли за мной.

– И кто же мог следить, если, по вашим словам, муж был далеко и ему было все равно? – поинтересовался Ручкин.

– Свекровь или брат моего мужа, – неохотно ответила Луиза. – У них очень дружная семья. Так что они, пожалуй, могли…

Ручкин просиял. Обманутый муж или брат обманутого мужа вполне могли разделаться с любовником Луизы. Измены в семьях обычно не приветствуются. Особенно если дело происходит в армянской семье. Итак, муж и брат мужа – это были вполне весомые подозреваемые в убийстве Снайпера. Но тут же Ручкина ждало разочарование.

– Но убивать Сергея брат моего мужа не стал бы, – произнесла Луиза.

– Почему? – спустился с небес на землю Ручкин.

– То есть раньше, в начале нашей связи, он еще мог бы постоять за честь брата. Но не теперь.

– Но почему?

– Потому что я вдова уже почти полгода, – ответила Луиза. – Так что убивать Сергея у Марата не было никакого резона. Если бы Марат или Карен пронюхали про мою связь с Сергеем, они прикончили бы Сергея уже давно.

Ручкин подумал и покачал головой. Конечно, могло быть и так. Но могло быть иначе – Марат уже давно знал о связи Луизы с Сергеем, но выжидал момент, чтобы нанести удар. А уж тот факт, что удар был нанесен уже после смерти мужа Луизы, в глазах Ручкина ничего не менял. Месть – дело святое, и оно, как известно, не терпит суеты. Так что в убийствах из мести время не имеет особого значения. Убийца, действующий из чувства мести, может выжидать годами. И выбрать наиболее подходящий момент, чтобы совершить возмездие.

– Где мне найти брата вашего мужа? – спросил у Луизы Ручкин.

– Понятия не имею, – вздохнула Луиза. – У него вечно какие-то карточные долги. Или просто долги. Но результат всегда одинаков: он некоторое время прячется от всего мира, а потом все как-то утрясается. В данный период он прячется. И сколько времени еще будет прятаться, и где именно он скрывается, я даже предположить не могу.

– Но не от своей же матери он прячется? – проницательно заметил Ручкин.

И впервые со времени начала разговора Луиза сильно испугалась и заметно побледнела.

– Умоляю вас, только не говорите моей свекрови о Сергее! – воскликнула она. – Она проклянет меня! Вы не представляете, какого высокого она мнения о своем сыне Карене. Она меня точно со свету сживет, если узнает, что у меня в жизни был другой мужчина. По ее мнению, мне полагалось сидеть у окошка, выглядывать своего мужа и тихо стареть при этом.

– Хм, – произнес Ручкин, глядя на женщину. – Хм, – повторил он задумчиво.

Подруги уже полчаса сидели за столиком с Маратом и пили кофе, который в этом местечке и в самом деле имел вполне пристойный вкус. Марат оказался очень даже приятным кавалером. В полутьме легкая помятость его облика скрадывалась, зато вовсю проявлялся темперамент и чувство юмора. И девушки уже через десять минут без труда поняли, почему бывшая жена Марата – Леночка – до сих пор не может выбросить его из головы. И почему подруга Марата, рискуя собой, дала визитку его друга. Женщины должны были обожать Марата, потому что и он обожал их. Ведь любая взаимность, как известно, возникает не на пустом месте.

– Если хотите знать, я не одобрял своего брата в том, как он поступает с Луизой, – говорил Марат, неспешно отпивая по глоточку из своей чашки. – Женщину нужно любить и быть с ней. Или не стоит и комедию устраивать.

– Комедию? – переспросила у него Мариша.

– Даже трагикомедию, – кивнул Марат. – Для бедной девочки это, разумеется, была трагедия. Для Карена фарс, а комедией их отношения могли быть для посторонних людей, узнай они, как на самом деле обстоят дела в семье у Карена.

– А в чем было дело? – спросила Инна.

– Не думаю, что есть на свете женщина, которая спокойно воспринимала бы тот факт, что абсолютно здоровый и по-мужски привлекательный законный муж годами не только не прикасается к ней, но и вовсе не вспоминает о ее существовании, – ответил ей Марат.

– Но почему Луиза не развелась, если все было так плохо? – удивилась Инна. – Ушла бы, да и все.

– Только не в нашей семье и не в семье Луизы! – фыркнул Марат. – У нас развод считается чем-то ужасным, хуже сифилиса. Тот по крайней мере можно скрыть и тайно вылечить. А развод становится в любом случае поводом для сплетен. Так что Луиза была обречена нести свою ношу до конца. Но я ничуть не удивился, когда узнал, что девочка нашла способ немного облегчить ее.

– То есть? – спросила Инна.

– Завела себе любовника, – пожал плечами Марат. – Но она сделала одну, но очень большую ошибку. Она полагала, что если Карен не обращает на нее никакого внимания, то и появление у супруги любовника воспримет спокойно. Поэтому даже не старалась особенно утаить от мужа свою любовную связь. И, разумеется, Карен довольно скоро все узнал.

– И он рассвирепел? – затаив дыхание, спросила Мариша.

– Само сабой! Он был в бешенстве. Но только не потому, что ревновал Луизу. Плевать он на нее хотел. Он бесился из-за того, что ее связь могла в любой момент выплыть на белый свет. А этого Карен допустить никак не мог. Во-первых, никому не хочется прослыть рогатым мужем. И потом, неизбежно пошли бы слухи, что у хороших мужей жены по любовникам не бегают. Знаете, дыма без огня не бывает. А во-вторых, и это было самое главное, Луиза выбрала себе в любовники не того человека.

– Конечно, бывший воин-«афганец» с кучей психических проблем после ранений, – кивнула Мариша.

– Воин? Да еще «афганец»? – недоуменно переспросил у нее Марат. – Честно говоря, это для меня что-то новенькое. Что, у Луизы был любовник воин-интернационалист?

– Угу, – кивнула Мариша. – А вы не знали?

– Молодец, девочка! – хлопнул в ладоши Марат. – Честное слово, молодец! Я всегда подозревал, что она вовсе не такая дурочка, какой прикидывается. Значит, после циркача она нашла себе еще одного друга сердца. Что же, ее право, лично я ее не обвиняю. Если ей было хорошо с ее дружками, так я лично очень рад.