Летучее недоразумение - Ирина Хрусталева

– Не верю в то, что я – дочь какой-то там Приттхиви, а в талисман я как раз верю, – парировала Надежда. – Он доказал уже три раза, что действительно меня оберегает.

Женя сразу же схватилась за свой медальон и посмотрела на него.

– О господи, Надя, что это с ним? – испуганно прошептала она.

– Что там?

– Он почернел, прямо в середине!

Надежда подскочила к сестре и начала внимательно рассматривать медальон.

– А ты уверена, что этого не было? – хмуро глядя на темные полосы, спросила она.

– Конечно, уверена, я же только вчера его разглядывала. И Вячеслав смотрел. Ой, кстати, он же его сфотографировал, – оживилась Женя. – На фотографии наверняка будет видно.

– Я все же думаю, что ты просто забыла, он такой и был, – не совсем уверенно произнесла Надежда. – Мне кажется, что у нас начинается мания какая-то.

– Не знаю, как у тебя, а у меня никакой мании нет. Я же прекрасно помню, что никаких черных полос на медальоне не было, – стояла на своем Евгения. – А чтобы убедиться в этом, нужно просто посмотреть на снимки, которые сделал вчера Вячеслав.

– Когда он успел-то? Я что-то не помню его с фотоаппаратом в руках, – заметила Надя.

– Это когда вы с Аленой за блинами уходили, – ответила Евгения. – Он хотел мой медальон со снимком в книге сравнить.

– Ну и что, сравнил?

– Не знаю, кажется, нет пока, – пожала Женя плечами. – Думаю, он бы нам сказал, если бы сделал это. Нет, точно, не сравнивал, – вспомнила она. – Он сказал, что за той книгой ему придется домой съездить. Он и твой хотел сфотографировать, но я сказала, что он точно такой же, как и мой, один в один. Ты же помнишь, мы с тобой их внимательно разглядывали, и никаких черных полос на моем не было, как и на твоем, – напомнила сестре Женя.

– Если честно, я больше на свой смотрела, – призналась Надежда. – Это же ты мне сказала, что они совсем одинаковые, как и мы с тобой, – улыбнулась она.

– Эта чертовщина начинает мне надоедать, – сердито проворчала Евгения. – Что бы это могло значить, как ты думаешь? – обратилась она к сестре.

– Не знаю, – растерянно пожала плечами та. – Про камни я читала, что те начинают темнеть или трескаться, если хозяин болеет или ему грозит опасность. А про амулеты… понятия не имею.

– Все, скоро мне конец, – простонала Женя. – Как пить дать, пристрелят!

– Не говори глупости, Евгения! – прикрикнула на сестру Надя. – Что за утопические мысли? Ты так и будешь стоять? Давай, одевайся быстрее, пойдем к Вячеславу, он наверняка знает, в чем здесь дело, – распорядилась она. – Ленка, хватит дрыхнуть, поднимайся немедленно, не на курорте находишься, – не забыла девушка прикрикнуть и на подругу.

– Покой нам только снится, – проворчала Лена в подушку и нехотя оторвала от нее свой нос. – Я, между прочим, совсем не выспалась.

– Спать потом будешь, а сейчас поднимайся, пойдем к Вячеславу, он уже звал нас. Сказал, что есть новости, – ответила Надя и первой направилась к двери. – Я пойду, и вы поторапливайтесь.

Она спустилась вниз и, пройдя по коридору, остановилась у двери в кабинет ученого.

– Надеюсь, что новости у него для нас хорошие, – прошептала она и распахнула дверь.

Вячеслав сидел за столом и внимательно что-то рассматривал.

– Доброе утро, вернее, день, – весело проговорила Надежда. – О каких новостях ты говорил? – сразу же поинтересовалась она.

– А, Надя, проходи, присаживайся, сейчас я все расскажу.

– А как ты узнал, что я Надя? Может, я Женя, мы же совсем одинаковые, – хитро улыбнулась девушка.

– У вас с Женей кофточки разные, я еще вчера это заметил, – весело ответил востоковед. – И потом, твоя порвана. Почему ты одна? А где же остальные?

– Одеваются, сейчас будут, – поправляя порванный рукав и перестегивая булавку, которая его держала, ответила Надя.

– Очень хорошо. Если хочешь, можешь налить себе кофе, я его только что сварил, – предложил Вячеслав. – Я практически всю ночь работал, и если бы не крепкий кофе, уснул бы, наверное, прямо вот на этом столе. А если учитывать, что предыдущая ночь была тоже рабочей… Но, признаюсь откровенно, результат стоит десяти таких бессонных ночей! Давно я с таким интересом не работал, – с энтузиазмом рассказывал молодой человек, потирая при этом руки. – Этот древний язык, на котором написан манускрипт, был давно утерян, и я потратил на его восстановление много лет. Меня многие считают ненормальным, говорят – кому это нужно? – грустно улыбнулся он. – Оказывается, нужно. Хочу еще раз поблагодарить вас с Евгенией, что выбрали именно меня и пришли сюда. Ты себе даже не представляешь, Надя, как важны для ученого вот такие материалы!

– Ну, судя по твоим рассказам, примерно представляю, – улыбнулась девушка. – Просто не всему, что ты здесь нам говорил, я верю, а в остальном… мне и самой интересно.

– Погоди, сейчас услышишь все остальное, и, поверь, станет еще интереснее, – улыбнулся Вячеслав.

– Надеюсь.

В это время открылась дверь, и вошли Алена с Евгенией.

– Добрый день, а вот и мы, – весело проговорила Женя. – Здесь сегодня кофе предлагают?

– Да, да, естественно, пейте на здоровье, он еще горячий, – ответил Вячеслав. – Хлеба у меня нет, зато найдется корочка сыра.

– Корочка сыра, это замечательно, – потирая руку об руку, засмеялась Алена. – Будем надеяться, что он еще съедобный.

– Вполне, – пожал молодой мужчина плечами. – Ему и недели еще нет.

– Что? Как – недели? Ты что, держишь сыр в холодильнике неделями, а потом ухитряешься есть его? – возмущенно поинтересовалась Алена. – Ну, ты даешь, академик! Бандиты не прикончили, так вундеркинд отравит, – закатив глаза, простонала она.

– Это твердый сыр, долгого хранения, – обиженно возразил Вячеслав. – Я хоть и рассеянный немного, но не до такой степени, чтобы есть просроченные продукты. У меня их никогда не бывает много, поэтому испортиться они не успевают. Я их съедаю до этого момента, – с иронией проговорил он и картинно развел руки в стороны.

– Может, снова за блинами сходить, а, девчонки? – спросила Лена у сестер. – Мы вчера с Надей ходили, так что сегодня твоя очередь, – обратилась она к Жене.

– Я не пойду, – тут же открестилась та. – Боюсь, – честно призналась она. – Ты предложила, вот сама и иди.

– А я, значит, не боюсь? – округлила глаза Алена. – Я, значит, пуленепробиваемая, невзрываемая, и вообще, в огне не горю и в воде не тону?

– Не нужно спорить, девушки, я сам схожу, – вклинился в спор Вячеслав. – Надеюсь, что покушаться на мою жизнь никто не будет и до палатки я дойду невредимым.

– Желательно, чтобы ты еще и обратно вернулся, уже вместе с блинами, – съехидничала Лена.