Четыре всадника раздора - Татьяна Полякова

Максимильян не ответил, он смотрел прямо перед собой и вряд ли меня слышал, настолько был сосредоточен на собственных мыслях в тот момент.

– Эй, – позвала я. – О чем ты думаешь?

– О том, что ты выберешь только одного. Остальным придется смириться, – улыбнулся он.

– Это что, шутка?

– По-моему, звучит довольно грустно.

– Начни за мной ухаживать. Вдруг это тебя развлечет.

Он привлек меня к себе, одной рукой убрал с лица выбившиеся из-под шапки волосы и поцеловал меня в переносицу.

– Ты ничего не путаешь? Поцелуй прямо-таки отеческий.

– Сегодня хороший день, – сказал он. – Ты на меня не злишься.

– Я тебя обожаю.

– Боюсь, это ненадолго.

– Я тоже боюсь. Хорошо зная твои привычки…

Над водой появилась голова Клима. Он быстро приближался к берегу.

– Ну, что? – не выдержала я.

– Сейчас увидишь.

Он тянул за собой какой-то тюк. Очень скоро стало ясно, что это. Завернутый в мешок и стянутый веревками труп.

– К ногам была привязана сумка, набитая камнями, – пояснил Клим. – Ну что, посмотрим, кого бог послал?

– Подождите, – нахмурилась я. – Мы должны сообщить в полицию, а им не понравится…

– Девушка права, – сказал Максимильян и достал мобильный. – Нам все равно потребуется их помощь.

Пока он разговаривал с дежурным, Клим освободился от костюма и оделся.

– Мы могли бы, по крайней мере, узнать, мальчик это или девочка, – подмигнул он. – Удовлетворить любопытство.

– Вряд ли нас ожидало бы приятное зрелище.

– Это точно.

Бергман закончил разговор и повернулся к нам.

– Отправляйтесь домой, я дождусь полицию.

– Ты уверен? Что ты им скажешь?

– Гулял по лесу, вышел к озеру и увидел в воде вот это. Взял палку, подтащил тюк к берегу и вызвал полицию.

– Только не увлекайся подробностями, – сказал Клим. – Чем меньше слов, тем лучше. Вот это подойдет?

Он подобрал с земли крепкую ветку, довольно длинную, и бросил ее рядом с тюком.

– Удачи.

– Встречаемся у меня, – сказал нам вдогонку Максимильян.

– О чем вы так мило беседовали? – минут через пять поинтересовался Клим.

– Я думала, ты был занят трупом.

– Обожаю делать пять дел сразу.

– Хвастун.

– Ты не ответила.

– Его беспокоит, что будет с нами дальше, – нашла я вполне приемлемый ответ.

– Он умеет беспокоиться?

– Уверяет, что да.

– Чудеса.

– Ты несправедлив к нему. – Сейчас я упрекала Клима в том, в чем с таким же успехом могла упрекнуть себя. Но не хотела.

– Возможно.

Клим мгновенно потерял интерес к разговору, а я мысленно чертыхнулась: «Почему, почему я все делаю не так и неправильно?»

Бергман вернулся поздно. Все это время мы ждали его в гостиной. Димка, как всегда, уткнулся в компьютер, Клим возился с телефоном с видом отстраненно-равнодушным, я бродила от окна к двери, прислушиваясь, не подъедет ли машина. Пыталась читать, но без особого толка. Лионелла, дважды возникнув на пороге, выразила неудовольствие, что давно следует ужинать, а хозяина все нет.

– Вам бы о другом беспокоиться, Лионелла Викторовна, – не отрываясь от компьютера, сказал Соколов.

– О чем же это? – нахмурилась она.

– Допустим, рассказ вашего хозяина покажется неубедительным. И ему придется не только ужинать в казенном доме, но и там заночевать.

– Глупость, – отрезала она и больше не показывалась.

– Обожаю ее, – хмыкнул Димка и подмигнул мне.

Однако после его слов я начала волноваться. Переместилась к окну, откуда был хорошо виден подъезд к дому.

– Девушка ждет своего героя, – съязвил Клим, обратив внимание на мою маету.

– Лучше бы подумал, что мы будем делать, если у Джокера действительно неприятности.

– Он справится, – усмехнулся Клим.

– Хорош к ней цепляться, – влез Димка.

– Боже избави. Я лишь выразил восхищение открывшейся моим глазам картиной.

Наконец я увидела «Ягуар» Бергмана и сказала с облегчением:

– Приехал.

– Бросишься встречать? – спросил Клим.

– Непременно, – я направилась к двери.

Димка, отложив компьютер в сторону, присоединился ко мне.

– Почему так долго? – спросила я, помогая Бергману снять пальто.

Лионелла, которую я на мгновение опередила, поджала губы.

– Машина правосудия дико неповоротлива, – засмеялся Максимильян. – В остальном – полный порядок.

– Они поверили в твой рассказ?

– А что им еще оставалось? Кстати, я умираю от голода.

– Ужин готов, – с достоинством сообщила Лионелла.

– Тогда я в душ. Встречаемся в столовой.

Клим остался на ужин. Наверное, оттого, что придумать внятного отказа не смог. Впрочем, возможно, кое-какую роль сыграло любопытство.

После ужина Бергман за чашкой кофе рассказал, как прошло общение с полицией. Никаких особых трудностей у него не возникло.

– У них есть какие-нибудь предположения, кто это может быть? – спросила я.

Максимильян пожал плечами.

– Учитывая, где обнаружили труп… я думаю, они подозревали, что это Нелли Зорина.

– То есть труп женский?

– Именно. И у женщины темные длинные волосы. Судя по состоянию трупа, он находился в воде довольно долго. Месяц или чуть меньше, что подтверждает их версию: это может быть Нелли Зорина.

– Выходит, я ошиблась, и она была уже мертва…

– Ты не ошиблась, – заявил Клим.

– Тогда… получается, убитая женщина не имеет отношения к нашему делу.

– Я бы не спешил с выводами, – мягко сказал Бергман. – Давайте подождем результата экспертизы.

Вскоре после этого Клим уехал, а мы разбрелись по своим комнатам.

Утром, еще до завтрака, у нас появился Зорин.

Выйдя из душа, я услышала, как он препирается внизу с Лионеллой.

– Мне нужно срочно с ним увидеться. Вы понимаете? Срочно!

Когда я вышла в коридор, Бергман появился из своей комнаты, выглядел, как всегда, безукоризненно. Мокрые после душа волосы зачесаны назад, вельветовые брюки, белоснежная рубашка и стеганая куртка. Аристократ. Впрочем, он и в джинсах смотрелся человеком с длиннющей родословной.