Где собака зарыта - Спенсер Куинн

– Бывал здесь раньше? – спросил он. Мы двинулись по коридору бок о бок. Сначала шла комната без двери, вся затянутая паутиной, затем шла закрытая комната. Берни открыл дверь.

– Все-таки бог есть, – сказал он. Я заглянул внутрь, но не увидел ничего, кроме лестницы. Впрочем, я и не утверждаю, что всегда понимаю, что имеет в виду Берни. Мы подошли к следующей двери, той, что была приоткрыта. Я ощутил знакомый перечный запах – но очень, очень слабый, и вошел внутрь. Там, в темном углу, как и раньше, лежала подушка Принцессы – не ее настоящая атласная подушка, а другая, пыльная и грязная. Я понюхал ее, чтобы точно убедиться, что это она. Без сомнения. Я выпрямился и залаял.

Берни подошел, присел на корточки рядом с подушкой и понюхал ее.

– Ничего не чувствую, – сказал он. В это было сложно поверить, но все-таки спустя некоторое время я решил, что Берни врать не будет. Он поднял подушку и заглянул под нее: ничего. Тогда Берни перевернул подушку и пару раз ее встряхнул. На пол упало несколько длинных белых шерстинок с серебристыми кончиками. Берни взял один из них и посмотрел на свету.

– Принцесса? – сказал он. – Принцесса была здесь? Все это время? – он достал пакет и положил внутрь белые шерстинки с серебристыми кончиками. – Ты поднялся на второй этаж и нашел ее, верно, приятель? – в комнате поднялся легкий ветерок, и вскоре я понял, что его источником является мой бешено виляющий хвост.

Берни встал.

– Но потом вы разделились. Первый вопрос: как это произошло? Второй вопрос, – он подошел к шкафу в другом конце комнаты и резко распахнул дверцу, словно пытался удивить кого-то, сидящего внутри: но там было пусто, если не считать единственной деревянной вешалки, висящей на перекладине. – Аделина тоже была здесь? – ветерок за моей спиной стих.

Мы вышли из комнаты и прошли по коридору к разбитому окну. Берни пристально посмотрел на торчащий снизу заостренный осколок, поднял ногу и пнул его.

Треск! Звеньк!

И потом внизу что-то зазвенело. Мне нравилось, когда Берни делал что-нибудь эдакое, мне вообще нравилось все крушить и ломать.

Он наклонился и высунул голову в окно. Я тоже высунул голову. Эй! А отсюда довольно далеко все видно! Прямо впереди поднимались низкие холмы, на которых стояла хижина и пруд с водой – я едва мог видеть крышу хижины за каменистым склоном. С одной стороны, за покосившейся конюшней, где я нашел следы шин, лежала широкая полоса пустыни, отмеченная высокими кактусами. С другой стороны – тоже пустыня, но более зеленая, со множеством низких растений. Среди пустынной зелени вилась грунтовая дорога, по которой, поднимая пыль, ехала какая-то большая квадратная машина… Вроде как фургон. И не просто фургон, а радужный фургон, который я уже видел.

– Чет? Что такое, приятель? Видишь что-нибудь?

Я все лаял.

– Хочешь снова подняться на тот холм и взглянуть на хижину?

Я что, показывал на хижину? Нет. Я указывал на радужный фургон, который все дальше и дальше удалялся от нас. Я высунулся из окна – рука Берни опустилась на мой ошейник – и залаял во все горло, вытянувшись в одну прямую линию, указывающую на фургон.

– Фургон? – сказал Берни. – Что-то не то с фургоном? – я гавкнул еще один раз, не очень громко. – Это фургон, – вынес вердикт он.

Вскоре после этого Берни уже спускал из окна приставную лестницу.

– Дальше начнется самое сложное, – сказал он. Но мы спустились без проблем, если не считать небольшой заминки в конце, которая закончилась тем, что мы вместе свалились и упали вниз. Я сразу вскочил и отряхнулся от пыли, и Берни тоже. На Берни, стряхивающего с себя пыль, было приятно смотреть. Мы вместе могли справиться с чем угодно, даже с самыми сложными препятствиями.

– Они едут по шоссе Олд-Трейдинг Пост, – сказал Берни, отъезжая от салуна. – Нам придется проделать обратный путь к… хотя подожди-ка минутку… Разве тут не было короткого пути к… – он замолчал и принялся крутить руль. Мы промчались по переулку между какими-то покосившимися зданиями и оказались на каменистой равнине. Берни сбавил скорость, объезжая крупные камни и кусты, пока мы не добрались до мелкого оврага. Некоторое время мы ехали параллельно ему, а затем подъехали к довольно пологому склону, ведущему вниз.

– Все пересохло, – сказал он. – Но знаешь что?

Понятия не имею.

– Когда сюда пришел Коронадо, это старое русло было рекой, текущей круглый год.

Снова Коронадо. Его имя то и дело всплывало – Берни он не нравился, совсем ни капельки – но лично мы с ним еще ни разу не сталкивались. Я сидел, выпрямившись, на переднем сидении, неподвижный и молчаливый, готовый к тому, что Коронадо может объявиться в любой момент.

Песчаное дно пересохшего русла было твердым и гладким, и ехали мы довольно быстро. Время от времени Берни говорил: «Представь только, на что это было похоже», и «Если бы существовала машина времени, я бы…», и другие вещи, которые я не понимал. Все, что я знал – это то, как здорово обстояли дела здесь и сейчас. Солнце, ветерок, несколько настоящих деревьев, растущих вдоль оврага… Что это только что промелькнуло? Одно из тех растений, похожее на подушечку для булавок? Я знал, что встречаться с ними больно, но красные плоды этих колючек были просто великолепны на вкус – если тебе, конечно, удавалось до них добраться, что я пытался сделать множество раз. Всегда безуспешно: в итоге я попробовал ягоду только однажды, когда Берни для меня ее сорвал. Но прямо сейчас меня заинтересовало совсем другое: что это там мелькает среди колючек? Мускусная свинья? Да, большая и жирная. Я повернулся и…

– Чет?

Вскоре после этого впереди появился еще один пологий склон, и по нему мы выехали из пересохшего русла, ставшего оврагом. Почти сразу же мы оказались на утрамбованной песчаной дороге со множеством следов от шин. Берни остановил машину.

– Шоссе Олд-Трейдинг Пост, – сказал он. – Добрались кратчайшим путем, любезно предоставленного вашим новоявленным Китом Карсоном.

Кит Карсон: еще один парень, которого Берни упоминал не в первый раз. Был ли он в сговоре с Коронадо? Без понятия. Но Берни выглядел очень довольным, так что и я тоже был доволен.

– А теперь мы подождем.

Мы подождали, хотя я и не знал, чего именно. Берни сунул в рот сигарету, потом порылся под сиденьем в поисках спичек, и угадайте, что он там нашел?

Спички, да, но не только. Еще большое печенье от «Ровер-Энд-Кампани». Я целую